Пока эти мысли проносятся у меня в голове, внутри крепнет желание уйти. Потому что привычка — никого не напрягать и делать все самой — давно стала второй натурой.
— Короче, я… — мнусь, — эм… мне… мне пора. Увидимся позже…
— Стопэ, Тишина. Я вот тут не понял, — Демьян притягивает меня к себе. — Тебе понравилось, прям даже очень. И при этом ты выглядишь так, будто прямо сейчас меня продинамишь. Я ничего не перепутал?
Молча поднимаю на него виноватый взгляд.
В общем-то, он прав.
Какое у нас с ним будущее?
Трахаться до конца его отпуска? А что потом? Пожелаем друг другу удачи и разбежимся?
Вчера этот формат не пугал меня так, как сегодня, при свете дня.
Все мои страхи выползли из темноты и набросились с удвоенной силой.
Я, наверное, слабачка, раз так легко поддаюсь обаянию Морозова.
Но сейчас мне страшно… страшно, что для него это просто веселый деревенский перепих, а для меня… для меня слишком поздно!
— Ну пиздец! — выдыхает, закатывая глаза. — Что ж так сложно-то все?
— Ничего сложного, Морозов! — тут же ощетиниваюсь, отталкивая его от себя. — Не дави на меня своим тестостероном!
Я и так уже раздавлена.
Своими глупыми чувствами к одному похотливому чурбану!
— Тебе вот пять минут назад очень даже зашло, как я на тебя им давил! — Нахально улыбается, а в глазах какой-то холодок. — Ах, Дема! Да, Дема!
Пародирует меня, и мне хочется его стукнуть.
— Ты… Ты просто кобель, Морозов! И трахаешь всё, что движется. А недвижимое сначала проверяешь на пульс и только потом затрахиваешь до смерти!
Меня несет. Раздрай раскачивает мое шаткое эмоциональное состояние до критической отметки.
— Прибежала ко мне ты сама, ноги тоже раздвинула без подсказок. А кобель здесь только я?
От его тона меня пробирает холодок. Ежусь, мечтая вернуться на десять минут назад, где всё было просто и понятно.
— Это у тебя бабы меняются со скоростью света. Вчера Ульяна, сегодня я, завтра какая-нибудь Маша или Глаша, — выплевываю зло. — График, что ли, составь, а то вдруг накладка случится!
— Ты, Люб, либо крестик сними, либо трусы надень, — цедит, сведя брови к переносице. — И в следующий раз пиши, когда киску почесать захочется. Внесу тебя в график.
От злости и обиды дрожит подбородок и глазам подбирается предательская влага.
— Хорошо, что телефон сломан! Но ты меня заранее запиши, на тридцать второе января или на тридцатое февраля… я еще не определилась с датой! И шубу свою забери!..
Распахиваю дверь и вылетаю на крыльцо, по щекам градом текут слезы.
— Дура, куда ты раздетая! — летит в спину.
Но я бегу, не оборачиваясь.
Да, я дура.
Дура, которая влюбилась в Морозова снова!
Глава 43. Слезы, месть и герой
Любовь
Я вваливаюсь домой, вся в слезах, и падаю на диван.
Внутри меня шторм девять баллов, прорывающийся наружу громкими децибеллами.
Лика катится следом.
Я бы могла сказать, что она стремительна, как вихрь, но она скорее напоминает уютную неповоротливую тучку:
— Что случилось?!
— Демьян... — всхлипываю я. — Он... он...
— Зажал холодильник? — Лика садится рядом, аккуратно придерживая живот. —
— К-какой еще хо-холодильник? — икаю и шмыгаю носом.
До меня не сразу доходит, что подруга имеет в виду инкубатор, который я и отправилась добывать.
С этим чертовым Морозовым я скоро и имя свое забуду!
— Та-а-ак! — Лика сердито сводит брови к переносице, а потом поднимается всем своим грозным видом показывая, что тучка может хорошенько звездануть молнией. — Если этот козел тебе что-то сделал, я ему…
— Нет-нет! — перебиваю я. — Он н-ничего не сделал… В смысле… сделал, но не то-о-о!.. — Слезы снова рвутся из меня бурным потоком.
Лика замирает, потом медленно садится обратно:
— Сделал, но не то… — Задумчиво смотрит на меня, а потом выразительно поднимает брови. — А-а-а! Это ты об…
— Д-да.
— Оу! И что… так всё плохо?
— Х-хорошо-о, — вою я, пытаясь обуздать поток слез.
— Ага. А ревешь ты, потому что?..
— Потому что дура!!! — раскрываю самый главный секрет.
— Так! Я сейчас пойду и ему что-нибудь сломаю или оторву! — рявкает Лика.
— З-зачем?
— Для профилактики!
— Что ты задумала? — настороженно спрашиваю я, наблюдая, как подруга собирается в прихожей.
— Месть! — она воинственно трясет телефоном, а потом вдруг громко ойкает и хватается за живот.
— Лика! Это... — подскакиваю к ней. — Это схватки!?
Слезы моментально высыхают.
Помогаю подруге сесть на табурет и подношу стакан воды.
— Тренировочные, — поморщившись, через минуту выдыхает Лика, а у меня от испуга дрожат пальцы.
— Напугала! — смахиваю пот со лба.
— Варюша негодует, что тетя Люба расстраивается из-за такого козла, как Морозов, — напевно произносит, поглаживая живот. — Но мы сейчас немножечко отдохнем и пойдем вынесем ему мозг.
— Оставь его, — отмахиваюсь от планов подруги. — Еще не хватало, чтобы ты у него на пороге рожать начала.
Лика задумчиво отпивает воды и пристраивает стакан на стол рядом с ноутом.
— А это мысль!
— О чем ты? — бормочу неуверенно, наблюдая за сменой эмоций на лице подруги.
— Да вот думаю устроить твоему Морозову сеанс шоковой терапии…
— Не надо, Лика, — качаю головой, догадавшись, что она задумала.
— Надо, Федя, надо! — картинно взмахивает она рукой и задевает стакан. — Ой!
Тот опрокидывается, и вода выплескивается на клавиатуру ноута.
Через секунду раздается подозрительный треск и экран гаснет.
В душе поднимается волна негодования, но я с усилием стискиваю зубы, чтобы не заорать.
Моя работа!
Моя рукопись!
А-а-а-а-а-а.
— Люб, — тихо-тихо зовет Лика, пока я мысленно ору, как тот самый бобер в Альпах.
Молча отворачиваюсь и отхожу к окну. Мне надо просто подышать.
Просто, мать твою, отдышаться!
— Люб, мы все починим, — Лика шелестит сзади виновато.
А я зажмуриваюсь.
«— Это просто небольшие трудности, — убеждаю себя. — Все поправимо».
Но обида все равно выклевывает мне мозг.
Это. Это просто была последняя капля.
— Люб…
— Лик, — перебиваю резко. — Сходи погуляй, подыши свежим воздухом…
И не трогай меня сейчас.
— Прости, Люб! Я… я не специально! — начинает тараторить она, но я отвечаю, так и не повернувшись к лучшей подруге:
— Все нормально. Мне просто нужно немного побыть одной.
Я не хочу с ней ругаться.
Я пережую это недоразумение в одиночку. Пережую и выплюну. И дальше все будет нормально.
А сейчас… сейчас мне надо немного побыть одной.
Вопреки своей просьбе я сама хватаю верхнюю одежду и спешу на улицу.
Холодный воздух холодит мокрые щеки, стягивая кожу льдинками, но я лишь упрямо стискиваю губы и шагаю…
Куда?
В бане темно и тихо. И здесь меня точно не найдет виноватая Лика. По крайней мере не с ее скоростью.
Дышу по квадрату, грея озябшие ладони.
Мне нужен мой дзен. Чтобы снова стать собой.
Его же так было легко здесь достичь.
Достаточно соблюдать простые правила.
Никаких шашней с соседом-козлом. Даже если этот козел подарил мне самые шикарные оргазмы.
Никакого алкоголя. Даже если очень хочется прямо сейчас забыться и стереть все неприятные события утра.
Всегда запирать курятник!
Черт, я нарушила их все!
И теперь обиженно колупаю смолу на лавке вместо того, чтобы решать свои проблемы по-взрослому.
Еще минутку. Еще минутку посижу здесь.
Скрип двери раздается оглушающе громко, следом аккуратные шаги.
— Лик, еще минуту, — прошу, не оборачиваясь, подцепив наконец ногтем чертову смолу. — Минуту, я буду думать, как и что чинить…
Осекаюсь, когда меня обнимают сзади сильные руки.
Сердце предательски пропускает удар, когда до меня доходит, что это не Лика.
