- Не звони ему… - простонала Дреа перед тем, как разрыдаться.

Я застыла. Параллели с тем, через что я прошла в руках Хьюго, едва не накрыли меня.

«Кто это чудовище? Кто сделал с ней то, из-за чего она сейчас словно разрушается изнутри?» - хотелось спросить психотерапевта, но я с трудом сдержалась.

Я почувствовала себя чужой. Я не имела права прикасаться к боли Дреа и всему, что происходит.

- Если нужна помощь… какие-то лекарства… я могу привезти…

Доктор Майклсон бросила на меня сосредоточенный взгляд.

- Ничего не нужно. Спасибо, что привезли ее. И вы же понимаете, что существует врачебная тайна. Вам придется уйти, и о неразглашении, полагаю, напоминать не стоит.

- Конечно, я немедленно ухожу. Скажите, она будет в порядке? Вы поможете ей?

- Да, - отрывисто ответила Шарлиз.

Я поспешно достала из сумочки свою рабочую визитку.

- Я очень прошу… позвоните мне, когда ей станет легче. Пожалуйста.

Доктор лишь кивнула, помогая Дреа встать с кресла и укладывая ее на софу. Я поспешила уйти. Внутри меня все разрывалось точно так же, как у новой подруги.

Что пережила эта девочка с большими светлыми глазами? Я считала себя стойкой, но при попытке представить, что же с ней могло случиться, у меня закружилась голова.

Я не могла вести машину в таком состоянии. Уронила голову на руль, тяжело дыша.

«Не звони ему». О ком говорила Дреа с таким паническим ужасом?..

Я добралась до своей квартиры, когда Палм Бич коснулся первый луч рассветного солнца. Поставила свой разряженный смартфон на подзарядку. Приняла душ и уснула почти моментально.

Утром телефон разорвался от звонков Майкла, стоило мне включить его. Я тупо смотрела на экран, понимая, что мне не хочется ни слышать, ни видеть никого. Моя эмпатия сейчас была на стороне Дреа. Мы обе прошли через ад. Я вырвалась, а вот она… ей, похоже, не повезло.

«Мне нужно побыть одной. Я перезвоню».

Должна ли я была рассказать ему о том, чему стала свидетелем? Я так и не поняла их отношений. Похоже, по большей части – деловые. Возможно, обо всем ему сообщит ассистентка Каммингс, если это имеет значение.

Я чувствовала себя разбитой. Произошедшее лишило меня ресурса на что-либо. Синдром свидетеля отодвинул острое желание наконец оказаться в жарких объятиях Бейна на второй план.

Я сама приеду и стану перед ним на колени, когда с моей подругой будет все в порядке. Пока что я не могла думать ни о чем другом. Мы оказались во многом похожи. Только я была сильнее… или просто вовремя вырвалась.

Вечер плавно перетек в ночь. Я почувствовала себя немного лучше. И все равно неизвестность разрывала на части. Я говорила себе, что нельзя так сильно переживать за других, особенно если помочь ничем не можешь – но легче не становилось.

Утро следующего дня я начала с пробежки. Именно тут, забыв обо всем и чувствуя приятную усталость в мышцах, я непроизвольно ответила на звонок Майкла.

- Ты прячешься от меня. Что произошло на фотосессии?

От холода в его голосе я остановилась. Сошла с беговой дорожки и села на одну из скамеек под тенью пальм. Я уже забыла, что он может быть таким. Похоже, не стоит об этом забывать.

- Майкл, мне просто надо побыть одной. Со мной ничего не случилось.

- Блейк, когда я надену на тебя ошейник, у тебя не будет права закрываться и прятаться.

Помимо моих переживаний, эти слова вызвали по телу сначала холод, а потом жар. И без того сбившееся от бега дыхание сбилось еще сильнее.

- Я… я буду просить оставить мне это право.

- Нет.

- В таком случае, я хочу насладиться этим, пока ты не отобрал! – дерзость вызвала прилив жара во всем теле. Я дерзила и наслаждалась этим.

- Предлагаю сегодня обсудить наш разговор.

- Где?

- В моей спальне, Блейк. Ты будешь умолять, чтобы это не заканчивалось.

- Хорошо. Вечером я приеду. Но… я не гарантирую, что буду в настроении.

- Что случилось? Говори прямо.

- Ничего… я сама решу этот вопрос. Я все расскажу, но не по телефону, прости.

- Крис заберет тебя в восемь. И будь готова мне все рассказать. Не заставляй напоминать, как я наказываю за недоверие.

- Это другое, Майкл. – я смотрела, как волны накатывают на берег. – Я все расскажу вечером.

- До встречи, моя девочка.

Я почувствовала, как холод вытесняют солнечные лучи.

- До встречи, мой господин. – и быстро повесила трубку, самодовольно улыбаясь.

Он прав. Хватит мне тонуть в чужих проблемах. Они не должны нам мешать.

Шарлиз Майклсон так и не перезвонила. Второй день. Она забыла обо мне? Скорее всего, да. Позвонить ассистентке Дреа? Наверное, я так и сделаю.

Но затем мои мысли вытеснило предвкушение встречи с Майклом. Я выбирала наряд, делала свое тело еще более совершенным с помощью разных косметических средств, укладывала волосы так, чтобы они были похожи на гладкий шелк.

Звонок застал меня за час до того, как должен был приехать водитель Майкла.

Я подняла трубку, даже не придав значения тому, что но мер незнакомый.

И сразу услышала её голос — тихий, отрешённый, с каким-то неизъяснимым отчаянием.

- Дреа? Милая, ты как? Все хорошо?

— Приезжай ко мне, — её слова звучали почти как просьба, но в них была ещё и какая-то невыразимая боль. — Ты с ним? С Майклом Бейном?

Я замерла, чувствуя, как холодная волна пробежала по моему телу. Да, я с ним. Я хотела бы сказать ей, что это не имеет значения, что я отменю встречу, если ей нужна помощь, а Майкл против не будет. Но что-то в её голосе заставило меня забыть обо всем.

— Ты в опасности, — Дреа продолжала, теперь её голос стал слабым, словно она боролась с чем-то внутри себя. — Если ты с ним, то ты в опасности... он... он не тот, за кого себя выдает. Просто беги. Я не могу... не могу больше молчать.

И тут, словно бы в ответ на свои слова, она вдруг заплакала. Я слышала, как её дыхание стало прерывистым, как слёзы капают на что-то, возможно, на её руки или на стол.

— Дреа, — я пыталась успокоить её, но слова словно застряли в горле. — Что случилось? Почему ты так говоришь?

Но в ответ был только тишина, с которой она боролась, не в силах произнести ничего больше.

Я стояла, не зная, что делать. Дреа была в беде. И теперь мне нужно было решать, как быть с Майклом. Сказать ему? Убежать? Или понять, что же заключалось в словах Дреа, которые вырвались наружу, как крик из-за какого-то кошмара, с которым она не могла справиться.

— Я приеду, — сказала я, не дождавшись ответа, и закрыла глаза, ощущая, как мир вдруг сузился до этой одной, немыслимой идеи.

Дреа нуждалась во мне. Я узнаю, кто ее разрушил. Надеюсь, он уже получил по заслугам. Но причем тут Майкл? И что теперь мне делать с ощущениями, будто мир стремительно летит на дно, и я вместе с ним?

Я написала сообщение.

«Я не могу сегодня приехать, прости. Подруга в беде. Я должна ей помочь».

Такси приехало быстро. Дреа сказала, что будет в студии. Если она на рабочем месте, может, не все так плохо?

Я влетела в творческую обитель фотохудожницы, всю затянутую тенью темных углов и приглушенных световых пятен. Студия, где раньше я чувствовала себя уверенно, теперь казалась неуютной и чужой.

Дреа сидела на кресле, её лицо было побледневшим, глаза красные от слез, и в этот момент она выглядела настолько хрупкой, что мне хотелось взять её на руки и защитить. Она то и дело щелкала зажигалкой, глядя на огонь.

- Дреа!

- Блейк, - тускло отозвалась она. – Как думаешь… если я все здесь спалю, все эти серые и черные тона, я смогу снова забыть?

- Убери огонь. – я подскочила к ней, отбирая зажигалку. – Это не выход. Хочешь курить? Может, пить?

— Ты с ним счастлива? — спросила вдруг девушка едва слышно. В её голосе не было ни злости, ни осуждения, только тяжёлое отчаяние. — С Майклом?