Я обняла его за шею и впилась губами в его губы, отпуская себя окончательно, перешагивая некую черту, за которой у меня уже не было никакого страха.

Власть и близость опьяняли. Мои руки скользили по его спине, пальцы сжимали ткань рубашки до треска. Кажется, я обезумела, жажда ощутить его обнаженной кожей стала невыносимой.

Он попытался развернуть меня спиной к себе, я не поддалась. Обхватила ногами его поясницу, прижимаясь, покрывая поцелуями шею, волевой подбородок, острые скулы. Все, до чего могла дотянуться. Как в последний раз перед тем, как добровольно отдать свободу в эти сильные руки, что сейчас крепко держали меня, освобождая от оставшейся одежды.

Я ощутила спиной твердую поверхность. Вот что называется – время лечь на стол переговоров. Наслаждаться этим как в последний раз, не чувствовать фиксирующих ремней на руках и ногах, просто отпустить себя в порыв, которого я так сильно жаждала.

Майкл не мог не остаться собой. Наша неистовая сексуальная схватка была похожа на борьбу, в которой он независимо от того, признала я его власть или нет, стремился взять надо мной верх.

Я не уступала. Возможно, мне было важно показать этой яростной атакой со своей стороны, что я никогда не потеряю себя в наших жарких отношениях.

Я закинула ногу ему на плечо, провела провела пальчиками по щеке, неотрывно глядя в глаза. Бейн хрипло застонал, перехватывая мою вторую ногу и закидывая себе на плечо. Все качнулось перед моими глазами, вырвав из горла хриплый стон в унисон.

Нам уже не нужны были долгие прелюдии. Влага стекала по внутренней стороне моих бедер, киска жарко пульсировала, готовая принять его член полностью, с одного резкого вторжения. Я недооценила степень того, насколько сильно скучала за мужчиной, который смог перевернуть мой мир с ног на голову. Насколько сильно хотела быть с ним рядом и растворяться в ощущении каменной стены и опоры, оберегающей меня от жестокого мира.

Когда он пронзил меня, так, как я себе это и представляла – одним толчком, замирая, давая мне возможность прочувствовать себя внутри, я потеряла связь с реальностью.

Толкала бедра навстречу, скользила обнаженной спиной по жесткой поверхности стола, царапала его грудь в безумном порыве на волнах резкого удовольствия. Будто хотела напомнить себе, почему я с ним и больше нет в этом мире никого, кто бы так много для меня значил.

Майкл будто пытался взять реванш за мою инициативу. Пронзал меня резко, менял угол проникновения, вырывая из горла уже не стоны, а дикие крики. Сжимал мою грудь, лаская, надавливая, перекатывая соски между пальцами, продолжая брать меня с напором бушующей стихии.

Мое одержимое желание уже плескалось через край. По счастью, Майкл не стал пытать меня контролем оргазма, который я собиралась настоятельно внести в свои ограничения в наших дальнейших отношениях.

Когда меня накрыло первой волной, мощной, сжигающей все на своем пути, он резко притянул меня к себе, прижимая к груди, осыпая жаркими поцелуями, пока я разлеталась на атомы в сладких судорогах, возносящих на запредельную высоту.

Снова и снова. До четвертой волны, утихающей, вырвавшей у меня всхлип то ли изумления, то ли гордости от собственной смелости.

- Никогда больше так не делай! – я обиженной девчонкой стукнула его по груди.

- Так? – перебирая мои разметавшиеся волосы, спросил Майкл.

- Нет. Не запрещай мне получать удовольствие. Это меня разрушает.

- Хорошо, - вот так вот просто. – Приходи в себя. Ужин уже остыл.

- А я не в ресторан пришла.

- Часть меня хочет видеть твоё полное подчинение. А вторая сходит с ума от твоей ребяческой дерзости. Ты поистине загадка для меня, - Майкл поднял с пола мою блузку. – Все равно придется восстанавливать силы и много говорить.

Я сидела за его столом в одной блузке, с запахом Майкла на своей коже. Всё казалось нереальным — как будто я шагнула в другой мир. Только тёплый взгляд Бейна возвращал к реальности. Он наливал вино, не спеша, с той самой контролируемой силой, от которой у меня внутри все содрогалось в предвкушении

- Озвучь свое решение. Давай, Блейк. Я хочу это слышать от тебя.

— Хорошо, — выдохнула я. — Остаюсь. Хочу… идти дальше. С тобой.

Он поднял глаза. И я увидела это — не просто одобрение, не просто удовлетворение. Что-то тёплое, тянущееся из глубины. Он не сказал ни слова, просто провёл пальцами по моей щеке, так осторожно, будто я могла исчезнуть.

Мы сидели рядом, и я чувствовала — между нами больше, чем плотское влечение и его желание взять все под контроль. Я знала это по его молчанию. По тому, как он не спешил отпускать мою руку.

— Майкл, — прошептала я, — ты говорил, что одна ошибка изменила тебя. Что-то, чего ты больше не сделаешь. Если мы приняли решение быть вместе, недомолвок быть не должно. Ты мне расскажешь?

Он долго молчал. А потом заговорил тихо, почти отстранённо:

— Была девушка. Я надавил. Слишком сильно. В моей жизни произошло страшное событие, она была причастна… я так думал. Но на самом деле я просто потерял контроль. На то были причины. Действительно страшные причины.

Бокал замер у меня в руке. По спине прошел холод. Я не хотела представлять это, но моя эмпатия играла со мной злую шутку.

Майкл отвел взгляд в сторону, его пальцы сжались так, что кулаки побелели.

- Ей было страшно. Больно. Она не была готова. А я не просто это проигнорировал… я шел дальше. Я думал, что она та, кто сотворила нечто ужасное. В любом случае я не имел права использовать свои пристрастия так.

Он замолчал, и я почувствовала, как его дыхание сбилось

— Ее вины не было. Это и есть моя ошибка. Я увидел, как легко превратиться в того, кем быть не хочешь. Я дал себе слово… никогда больше не ломать. Не отпускать контроль. Особенно с тобой.

Я смотрела в его глаза, и впервые не видела в них угрозу. Только раскаяние. И, может быть, страх. Страх потерять меня.

Мое сердце разрывалось от чувств к нему. А по спине скользил холод, стоило мне представить.

Я пыталась убедить себя, что этот хищник рядом со мной умеет чувствовать. И боится собственной темноты. Но у нас все будет по-другому. Это была интуиция или я просто так отчаянно хотела ему верить?

- Что с ней сейчас? – в горле пересохло.

- Я всегда беру ответственность за свои поступки. Хотелось бы сказать, что все хорошо. Верю, что у нее действительно так сейчас, и это чувство вины съедает одного меня.

- А я? У тебя ко мне чувства или необходимость в искуплении?

Майкл посмотрел мне в глаза. Власть и холод дрогнули в глубине.

- Я просто люблю тебя, Блейк. Все остальное – полутона…

Я не сразу поняла, что он сказал. Эти слова повисли в воздухе, как нечто неотвратимое, что не должно было произойти.

Но это случилось. Осело в тишине комнаты таким простым и легким "Я люблю тебя."

Как только эти слова дошли до моего сознания, мой мозг не сразу придал им значение. Я растерялась. Моё сердце будто пропустило удар — восторг смешался с недоверием. Как может человек, который так долго скрывал свою жестокость, теперь говорить что-то подобное? Разве это возможно?

После его откровения я совсем не ожидала такого. Я думала, что я просто часть игры, его способ избавиться от боли.

И всё-таки его голос... Он не дрогнул. Он говорил спокойно, уверенно, как будто это не было чем-то новым, как будто он всегда знал, что он должен это сказать. Но я не могла просто поверить в это. Это звучало слишком... настоящим.

Я почувствовала, как в груди зарождается странное тепло. Это была не радость, скорее что-то, напоминающее облегчение. Может быть, я только сейчас начинаю верить, что он действительно хочет быть со мной?

Но тут же накрыли опасения. Я все еще не знала, что с этим делать. Как мне реагировать на это признание? Разве я достойна такого чувства от него? Он говорил это так легко, так естественно, а я... я не могла понять, как всё это уместится в моей голове.