Он тоже это делает. Играет со словом «любовь». Я люблю твой соус. Я люблю, что ты сумасшедшая. Он собирается сказать мне это — я вижу это по его лицу. Это лишь вопрос времени.

Пока он целует меня, раздается звонок в дверь. В восемь тридцать вечера.

— Кто это, черт возьми? — спрашивает Люк.

Я беру телефон, который оставила на кухонной столешнице. Открываю приложение с камерой, чтобы посмотреть, кто стоит у входной двери. У меня внутри всё сжимается. Это Э. Дж.

Снова раздается звонок в дверь.

Люк поворачивается, чтобы открыть дверь, но я хватаю его за руку.

— Не открывай.

Он хмурится. — Кто это?

— Пациент. Просто не обращай внимания. Он уйдёт.

Люк морщит лоб. — Почему один из твоих пациентов звонит в дверь в восемь часов вечера?

— Всё в порядке. — Я сглатываю. — У него есть проблемы с личными границами людей. Лучше его игнорировать.

В дверь снова звонят, и лицо Люка мрачнеет.

— Это ненормально. Я пойду и скажу ему, что это неуместно и что он должен оставить тебя в покое.

— Нет. Нет. — Прежде чем Люк успевает выйти из кухни, я хватаю его за руку, продолжая сжимать телефон в другой. Мои ногти впиваются в его кожу. — Поверь мне. Просто не обращай на него внимания, и он уйдёт. Я обещаю.

Я не отпускаю его руку, пока он не расслабляется. Он вздыхает. — Ладно. Ты психолог. Ты знаешь, что лучше.

В дверь больше не звонят, но я не обманываю себя, думая, что Э. Дж. ушёл. Я смотрю на экран своего телефона, пока Люк готовит ужин. Через несколько секунд на экране появляется сообщение:

Я знаю, что вы дома.

Поднимаю взгляд на Люка и печатаю ответ: Я занята.

Занята со своим парнем?

Конечно, Э. Дж. знает о Люке. Я бы никогда не стала скрывать от него свои отношения. Хотя обычно, когда он приходит поздно вечером, он выбирает время, когда Люка нет дома. Он становится всё наглее.

Мне нужно с вами встретиться, доктор Хейл.

Я сейчас занята. Я могу принять вас завтра днём.

Нет. Завтра утром.

Я прикусываю нижнюю губу. Он всегда так делает. Он раздвигает границы дозволенного, чтобы посмотреть, на что я соглашусь. Выложит ли он это видео в открытый доступ только потому, что я отказалась встретиться с ним утром, а не днём? Думаю, нет. Но я не знаю наверняка. А он такой импульсивный, что может сделать это в порыве гнева. Так что я должна сыграть в эту игру.

Я в его власти. Я обещала ему встречи раз в неделю, но теперь они проходят два или три раза в неделю. Это непродуктивные встречи. Часто он заставляет меня слушать, как он в отвратительных подробностях описывает свои сексуальные подвиги. Хуже всего то, что он постоянно намекает, что я могла бы присоединиться. Но он не настаивает.

Пока.

Хорошо. Завтра в 10 утра. Пожалуйста, будьте вовремя.

Я всегда появляюсь вовремя.

Глава 29

Расшифровка записи.

Это 179—я сессия с «Э. Дж.», 29—летним мужчиной, страдающим нарциссическим расстройством личности.

Э. Дж.: Спасибо, что приняли меня так быстро, док.

Доктор Хейл: У меня не было особого выбора, не так ли?

Э. Дж.: Не говорите так. Вам нравятся наши встречи так же, как и мне.

Доктор Хейл: Чем я могу вам помочь сегодня?

Э. Дж.: Вот в чем дело. Вчера я пошел на пробежку. Это вы советовали мне быть более активным. Поэтому я решил прислушаться к вашим советам.

Доктор Хейл: Это здорово.

Э. Дж.: Да, только во время пробежки я вывихнул колено.

Доктор Хейл: Не повезло.

Э. Дж.: Мне очень больно. По шкале боли от одного до десяти, это примерно двенадцать.

Доктор Хейл: Не замечала, чтобы вы хромали.

Э. Дж.: Это не такая боль. Поверьте мне, мне очень больно. Глубоко внутри.

Доктор Хейл: Мне жаль это слышать.

Э. Дж.: Так что, может быть, вы сможете мне помочь. Тем более что это ваша вина. Ведь это именно вы посоветовали мне бегать.

Доктор Хейл: Боюсь, я мало что знаю о травмах колена. Может быть, вам стоит записаться на приём к своему лечащему врачу?

Э. Дж.: У меня нет лечащего врача.

Доктор Хейл: Тогда обратитесь в отделение неотложной помощи.

Э. Дж.: Ну, я не думаю, что это что—то серьезное. Мне просто нужно что—то от боли. Я надеялся, что вы сможете выписать рецепт на оксикодон.

Доктор Хейл: Окси…

Э. Дж.: Думаю, тридцати таблеток будет достаточно. Я рассчитываю на таблетки по 10 мг.

Доктор Хейл: Если у вас травма колена, вам следует обратиться к специалисту, который занимается такими случаями. Я психиатр. Я не обучена справляться с болями в коленях.

Э. Дж.: Ну, вы же учились на медицинском факультете, не так ли?

Доктор Хейл: Да, но это было давно.

Э. Дж.: Это не имеет значения. С моим коленом всё в порядке. Мне просто нужно немного оксикодона, чтобы пережить это. Как я уже сказал, тридцати таблеток будет достаточно.

Доктор Хейл: Я не могу просто так выписать вам наркотические средства. Такое лечение должно проходить под контролем.

Э. Дж.: Не несите чушь. Вы выписываете лекарства, которые намного сильнее оксикодона.

Доктор Хейл: Психотропные препараты. Не наркотики. Я не могу дать вам тридцать таблеток оксикодона. У меня могут быть проблемы.

Э. Дж.: Более серьезные проблемы, чем те, что возникнут после того, как видео, на котором вы режете шины, появится в сети?

Доктор Хейл: Я…

Э. Дж.: Как я уже говорил, тридцати таблеток хватит. Я не буду продавать их или что—то в этом роде. Мне просто нужно справиться с этой болью. Смилуйтесь надо мной, док.

Доктор Хейл: Я дам вам двадцать таблеток. По пять миллиграммов каждая.

Э. Дж.: Это не переговоры.

Доктор Хейл: Я могу лишиться лицензии.

Э. Дж.: Тридцать таблеток. Пусть будут по пять миллиграммов, если вам от этого станет легче.

Доктор Хейл: Хорошо, но это первый и последний раз.

Э. Дж.: Да. Конечно, док. Я больше не буду просить у вас оксикодон. Ну, если только я снова не вывихну колено.

Глава 30. Триша

Наши дни

Итан готовит нам обед. Я предлагала приготовить его самостоятельно, потому что он готовил нам последние два раза, но он так настойчив. «Ты беременна. Я должен о тебе заботиться».

Я чувствую себя такой глупой из—за того, что скрывала от него свою беременность.

Он достаёт из холодильника упаковку с индейкой. Но вместо того, чтобы положить её на хлеб, он кладёт кусочки на тарелку и ставит в микроволновку. Затем он разогревает её в течение тридцати секунд.