— Поняла. Привези свою задницу сюда как можно скорее, или, помоги мне бог, я убью этого ублюдка.

— Принято. Я избавлюсь от Билли, чтобы он не путался у тебя под ногами, и натравлю его на некроманта, который делает все эти призрачные бомбы. Ты хочешь поучаствовать?

— Мне нужно поговорить с Билли?

— Возможно, это неизбежно.

— Спасибо, но я пас. Будь с ним осторожен.

— Буду. Если у Билли нет своего плана, значит, что-то идёт не так. Я просто ещё не понял, что именно.

— Ты мог бы просто пристрелить его — говорит она — Это сэкономило бы кучу времени.

— Он стоит пули?

— Чёрт, он стоит целой обоймы.

— Я за ним приеду — говорю я — Скоро увидимся.

Она заканчивает разговор.

Чёрт возьми. Билли, может, и не сможет вернуться к своим боссам, потому что мистер Бо получил пулю в лоб, но он всё ещё Билли. И он всё ещё часть 14K. Конечно, он будет что-то вынюхивать.

Я звоню ему следующим. Когда он отвечает, я перебиваю его.

— Ничего не говори. Я буду там примерно через час. Если ты ещё что-нибудь тронешь, Габриэла сдерет с тебя кожу.

— Я её не боюсь, Эрик.

— А стоило бы, чёрт возьми. Я знаю, на что она способна, и, что ещё важнее, я знаю, что она сделает. Когда я говорю "сдеру с тебя шкуру", это не метафора.

— Если я вернусь, мне конец.

— Только если ты вернёшься с пустыми руками — говорю я — Уничтожь некроманта Сунь Йи Он, и с тобой всё будет в порядке.

— Ты что, с ума сошёл? Этот человек вытаскивает призраков из своей чёртовой задницы.

— Позволь мне позаботиться об этом. А ты подумай, как нам его найти. Вы с Бо выслеживали этого парня. Должно быть, у вас есть зацепка. Чёрт возьми, у тебя же есть имя, верно? Нага Клык?

— Нанонг Фан — говорит он. Я слышу отвращение в его голосе из-за того, как ужасно я исказил его имя.

— Чувак, у меня была долгая ночь, и последние четыре года я пытался вспомнить, как правильно произносить имена родственников моей жены, так что будь добр, не будь таким чёртовым снобом.

— Я не знаю, где Фан, но я знаю одно из мест, где Сунь Йи Он ведёт дела. Он может быть там.

— Ты знаешь, есть ли там ещё какие-нибудь маги, кроме этого некроманта?

— Там только куча парней с оружием, тесаками для мяса и плохим настроением. Чувак, откуда мне, чёрт возьми, знать?

— Я здесь турист — говорю я — Что ты знаешь?

Он закрывает глаза и глубоко вздыхает.

— Я что-нибудь придумаю. Сделаю пару звонков. Там всё равно будут парни с оружием. Наверное, те же, что прошлой ночью обстреляли твой номер в мотеле.

— Эй, не забывай о своём боссе — говорю я — Они и в него стреляли. Он подпрыгивал, как водяной шарик на оголённом проводе. Чёрт возьми, там было много крови.

— Эй, спасибо за напоминание, дружище. Я чуть не забыл, но с таким ярким образом в голове мне будут сниться кошмары до конца жизни.

— Это меньшее, что я могу сделать, приятель. Ладно, посмотрим, что ты сможешь выяснить. Я скоро буду у Габриэлы. Не делай ничего такого, из-за чего ей захочется убить тебя ещё больше, чем сейчас.

— Да, я просто буду сидеть в углу, как хороший мальчик.

— Идеально. Ты даже научился ныть, как ребёнок.

— О, чёрт...

Я вешаю трубку.

Мне требуется больше двух часов, чтобы хоть немного привести себя в порядок. Рана от зубочистки слишком неровная, чтобы её можно было закрыть пластырем, так что придётся поработать иголкой и ниткой. Жаль, что я так плохо разбираюсь в целительной магии. Если я попытаюсь, то скорее оторву себе лицо, чем соединю кожу. Вивиан пыталась научить меня этому много лет назад. Заставила меня зашить рану на мёртвой свинье.

Свинья лопнула. Да, лопнула. И чем меньше мы будем об этом говорить, тем лучше.

Я и раньше зашивал себя. На самом деле, больше раз, чем могу сосчитать. Но мне впервые пришлось делать это на собственном лице.

Шприц с ксилокаином, пара таблеток оксиконтина, чтобы заглушить боль, и аддералл, чтобы я мог двигаться, потому что, чёрт возьми, я устал. Дело продвигается медленно, потому что у меня сводит левую руку, и хотя я не чувствую, как проходит игла, я смотрю на неё в зеркало и чувствую, как она дёргается каждый раз, когда я натягиваю нить.

В какой-то момент у меня двоится в глазах, и я чуть не закалываю себя иглой, но зрение так же быстро восстанавливается. Я решаю, что это из-за усталости, но у меня начинает складываться ощущение, что дело не только в этом. В конце концов я зашиваю рану на лице. Швы выглядят не очень, но они достаточно аккуратные, так что, когда всё заживёт, я не буду сильно похож на Аль Капоне…

С остальным лицом дело обстоит иначе. Оно похоже на хорошо побитую боксёрскую грушу. Нос не сломан, но очень близок к этому. Левый глаз опух и стал цвета испорченного мяса. Губа распухла, а пара зубов шатаются. Кажется, я ушиб ребро, когда падал в отеле, и точно что-то сделал с коленом…

Сейчас я ничего не могу с этим поделать. Когда у меня будет время, мне нужно будет найти врача-мага. Я измотан, ничего не ел и весь в синяках. Но у меня нет времени на это дерьмо.

Когда я встаю, одеваюсь и уже собираюсь выйти за дверь, я вспоминаю о гвоздях. Я потерял те, что были в моей руке, когда Летиция выдернула их с помощью гвоздодёра, но у меня есть новые, которые дал мне Питер. Когда я прикасаюсь к ним, я отчётливо чувствую эффект. Но между мной и ними ничего нет…

Я обматываю нижнюю часть гвоздей изолентой, так что они выступают примерно на дюйм. Мне требуется некоторое время, но в конце концов я нахожу на кухне в номере достаточно маленький нож и прикрепляю гвозди к лезвию. Один удар, и они отскочат, но если простое прикосновение к чьей-то коже может разрушить заклинание, то это может быть полезно. Я кладу его в карман сумки-мессенджера, и моя рука задевает "Браунинг"…

Я тут же вижу яркую картину насилия, крови и слышу вопрос. Картины, ощущения, но не слова. Что ж, это что-то новенькое. Время от времени я получаю смутные впечатления, но это совсем другой уровень. Меня предупредили, что пока он не заговорит со мной, всё будет в порядке, но это уже слишком. Я беру "Браунинг" и проверяю, заряжен ли он. Может, мне стоит взять другой пистолет? И снова возникает ощущение вопроса.

— Да — говорю я — Ты, наверное, сегодня убьёшь много людей.

Больше я ничего не чувствую. Почему-то эта внезапная тишина в голове пугает ещё больше.

Глава 16

Я подъезжаю к воротам, где меня уже ждёт Билли. Он привёл себя в порядок и переоделся, хотя чёрт его знает, как ему это удалось. В Гонконге я иногда думал, что он сделан из тефлона. Он всегда выглядел собранным, ни один волосок не выбивался из причёски. Он садится на пассажирское сиденье "Хонды.

— Ты не мог угнать машину получше? — Лёгкое недовольство на его лице сменяется шоком, когда он видит меня — Чёрт возьми, что с тобой случилось?

— Врезался в дверь.

— В большую дверь — говорит он.

— Не совсем, просто в дверь с острыми углами. Ладно, куда мы едем?

— В Чайнатаун. Джи Кунг Тонг держит зал для игры в маджонг на Йель-стрит, рядом с Алпайн-стрит.

— Я думал, что тонги, это что-то вроде мафии.

— Нет. Ладно, Ги Кунг, да, у них возникли некоторые проблемы. Но большинство "тонг", это... слушай, тонга, это просто слово, которое означает что-то вроде зала для собраний, места для встреч. Представь, что это что-то вроде "Ложи Лосей.

— С периодическим рэкетом.

— В девяноста процентах случаев, нет. Они помогают своим сообществам. Они помогают с иммиграцией, с уроками английского и тому подобным. Они спасательный круг для китайцев, приезжающих в США.

— Ты, кажется, много знаешь об этом для человека, который здесь не местный.

— Я новичок в этом деле, приятель. Я знаю только то, на что мне велели обращать внимание мои боссы. Я знаю, кто эти игроки и где некоторые из них тусуются, но не более того. Например, этот зал для игры в маджонг, куда мы идём. Я знаю, что официально он принадлежит "Хоп Синг Тонгу", который чист как стёклышко.