— Ну, я с тобой не согласна. Мне нужны твои советы, как... — она размахивает руками в поисках слов, —...раскрыть свою природную харизму.

Природную харизму. У Авы природная харизма, как у тех пауков, что стреляют иглами из тела.

— Почему тебе не научить Джози? Она же профессиональный спикер.

— Она занята, — отвечает она, наливая молоко в кувшин.

— А я разве нет?

— Я не уверена, что у тебя вообще есть работа. Всё, что я вижу — ты пьёшь кофе, перекладываешь блокнот с одной стороны ноутбука на другую и периодически встаёшь, чтобы флиртовать с нашими клиентами среднего возраста.

— И с пожилыми тоже, если на то пошло.

— Это не оправдание. Ты хоть раз закончил хоть что-то, работая здесь? — Она начала взбивать молоко, и, как всегда, я поразился, что это одно из редких действий, которые она выполняет без своей обычной неуклюжести.

— Прости, босс, не знал, что ты за мной следишь. — Надеясь, что шум машинки заглушит мои слова, пробормотал: — Не моя вина, что это место такое отвлекающее.

— Тогда зачем ты здесь работаешь, если оно тебя отвлекает?

Сейчас не время для этого разговора. Я потер челюсть и ответил:

— Я думал, мы говорим о твоём желании раскрыть скрытую харизму.

— Именно, — сказала она. — Просто скажи мне, как быть обаятельной. Используй свои супер-альфа-мужские, мужественные, маскулинные знания...

— Мне не нравится, сколько прилагательных ты использовала.

—...чтобы помочь мне найти идеальный уровень приятности, чтобы этот парень, с которым я собираюсь на свидание, проникся мной правильно. Не в чисто сексуальном плане. — Она расширила глаза, подчеркивая последнюю часть.

— Погоди, я запутался. Ты хочешь, чтобы парень, с которым ты встречаешься, не испытывал к тебе такого влечения?

— Да. Нет. Не знаю. У меня не так много опыта отношений, выходящих за рамки секса. — Она понизила голос, чтобы клиенты не услышали, хотя, честно говоря, сомневаюсь, что этот разговор был бы самым скандальным, что Белинда когда-либо слышала. — Я хочу, чтобы он воспринимал меня примерно так, как ты.

Я действительно не могу понять, то ли я прекрасный актёр, то ли она в ужасном отрицании. Возможно, и то, и другое.

— То есть ты хочешь, чтобы он относился к тебе как к человеку?

— Да, Финн, — она смотрит на меня с такой наглостью, будто это я тупой из-за того, что не понимаю её «не-проблемы». — Я планирую свидание с этим парнем, делаю вид, что мне интересны его увлечения, и он кажется очень милым. — Она выплюнула слово «милый», как живую гранату. — И чтобы получить второе свидание, мне нужно быть такой же... приятной.

— Я не стану говорить тебе меняться. Будь собой.

Она поставила последнюю кружку на стойку и смотрит на меня с недоверием.

— Это ужасная идея.

— Видишь? Ты не хочешь моего совета. — Я подумал, что могу предложить ей что-то полезное. — Ну, лично мне нравится, когда кто-то проявляет интерес к тому, что я люблю. И, кажется, ты уже это делаешь. Может, на следующем свидании (а оно точно будет, если ты захочешь) выбери то, что нравится тебе.

— Окей. Спасибо. Круто.

— Круто, — повторяю я.

— А как у тебя дела с Алекс? Вы ещё встречались?

— С чего ты взяла?

— Вам было хорошо вместе в ресторане, и я видела, как ты в последнее время не отлипаешь от телефона. Сложила два и два. Подумала, может, ты снова её видел.

— И зачем тебе знать?

Она сглатывает.

— Мне просто любопытно.

— Любопытно. Это единственная причина? — Её щёки слегка розовеют, но она ничего не говорит. Вот оно, это едва уловимое «что-то», которое говорит мне, что я не всё выдумываю. Не полностью. — Если бы я сказал тебе, что много сижу в телефоне, потому что планирую визит отца, и что встретился с Алекс тогда, потому что она в маркетинге, и её мама подумала, что ей может быть интересно взять мой контракт, когда я уеду, это удовлетворило бы твоё любопытство?

Она пытается скрыть своё замешательство, когда чьи-то руки хватают меня за плечи. Я узнаю Жюльена по одному только парфюму. Он пахнет дорого.

— Получаешь напутствие от Авы перед важным собеседованием?

Сзади появляется Рори, выглядевший, как обычно, потерянным и растрёпанным.

— Блин, это же сегодня? — Ава снова надела маску безразличия, пробивая мои напитки и снеки с невероятной скидкой. Она точно получит нагоняй от менеджера. — Почему ты мне не сказал?

— Видимо, забыл, — пожал я плечами.

Уже несколько недель Сан-Франциско вызывает у меня смешанные чувства. Я не могу дождаться, когда познакомлюсь с новым городом, попробую местную еду, исследую потаённые уголки, буду чаще видеться с отцом. Обычно к этому моменту я бы уже изучил рестораны и развлечения на первые недели, но я ещё ничего не спланировал. Может, это потому, что я не уверен, поеду ли вообще, и не хочу слишком радоваться, если ничего не выйдет.

— Погоди, — говорит Ава. — Ты сказал, что собираешься увидеться с отцом? Здесь?

Наконец-то, после недель переносов и бесконечных переговоров с его ассистентом, мы назначили дату.

— Да, разве я не говорил? Он приезжает через несколько недель.

— Ты и мне не говорил, — замечает Жюльен.

— Его было сложно поймать, — отвечаю я.

Мысль о встрече с отцом, о том, чтобы сказать ему, что, скорее всего, скоро перееду ближе к нему, переполняет меня волнением. Я даже немного нервничаю. Но это же нормально, да? Все хотят впечатлить своих родителей, услышать, что они гордятся тобой.

— Какие у тебя планы? — Ава играет с кончиками волос.

— Мы проведём вместе целый день, что обычно нам редко удаётся, так что у меня есть несколько вариантов, в зависимости от его настроения. Утром я встречу его в его отеле в Найтсбридже, потом пойдём куда-нибудь пафосно позавтракать, а потом, поскольку он увлекается очень специфическим видом антиквариата, я подумал сводить его по магазинам и дилерам днём.

— Ты действительно всё продумал, — говорит она с лёгкой улыбкой и каким-то нечитаемым выражением в глазах.

— Его ассистентка сказала мне, что пару месяцев назад, когда он был здесь, он пытался попасть в этот стейк-ресторан в Сохо, но там не было свободных мест. Так что я забронировал столик для нас. Ну, лично я не фанат стейков, но в меню наверняка найдётся что-то, что мне понравится.

— Ты знал, что он недавно был в Лондоне? — спрашивает Жюльен.

Когда я качаю головой, на его и Авы лицах мелькает одинаковое выражение — и я не могу понять, то ли это жалость, то ли раздражение. Они меня не так поняли, и я спешно объясняю:

— Нет, всё в порядке, я всё равно был занят. Но именно поэтому я так старался организовать эту встречу.

Ава откашливается и говорит:

— Звучит заманчиво.

Так и будет. И, надеюсь, к встрече с отцом у меня будут хорошие новости. Грудь слегка дрожит от предвкушения.

— У меня только полчаса до следующей встречи, — вмешивается Рори, обрывая неловкую паузу. — Так что если хотите, чтобы я выслушал ваш план, лучше начинать.

Он хватает пачку печенья со стойки с таким видом, будто нашёл клад. Ава наблюдает, как он сжимает её, словно Голлум Кольцо, потом смотрит на меня и говорит:

— Вот моё требование. Кто-то, кто смотрит на меня так же, как Рори на печенье.

— Ты думаешь, никто на тебя так не смотрит? — спрашивает Жюльен, уголки его губ дрожат от улыбки.

— Если честно, я не особо разбираюсь в твоей работе, — говорит Рори, разворачивая пачку. — Когда ты начинаешь про SEO, я просто отключаюсь. Я здесь, потому что хотел кофе, а Жюльен сказал, что ему может понадобиться подкрепление, чтобы удержать тебя от Авы...

— Давайте сядем, — прерываю я, неожиданно рассмеявшись. Мы устраиваемся за столиком в углу, я смахиваю крошки сахара в салфетку и смотрю на Жюльена и Рори: — Спасибо вам за это.

— Не за что, — говорит Рори, крошки разлетаются во все стороны, пока он жуёт печенье. — Стой, за что?

Звуки кофейни — успокаивающий саундтрек к моей подготовке к собеседованию. Последние несколько часов Ава тайком подкармливает меня бесплатными напитками и закусками.