— Кто-нибудь хочет прогуляться? — Алина, греющаяся на солнце в паре метров от нас, начинает надевать обувь. Получив отказ, она встает и уходит, доставая телефон и начиная говорить на неразборчиво быстром испанском.

Даже в тени я чувствую, как жар разливается внутри. Комбинезон пропитывается потом, стоит мне чуть дольше задержаться в одном положении. Покопавшись в сумке, я достаю воду и залпом выпиваю половину, игнорируя голос разума, твердящий, что нужно экономить.

Глядя на удаляющуюся Алину, я ловлю себя на мысли.

— Можно задать тебе вопрос?

Джози хмурится, вынимая наушник.

— Ты что-то сказала?

— Да. Прости.

Она убирает наушники в футляр и, подперев подбородок ладонью, ждет, пока я продолжу.

— Я — причина, по которой вы с Алиной не живете вместе? Ты боишься меня выгнать?

Она молчит несколько секунд, а затем разражается смехом.

— О боже, нет. Если бы я хотела жить с Алиной прямо сейчас, я бы так и сделала. Но она любит свою квартиру, а я люблю свою. Нашу.

— Но однажды вы будете жить вместе, да?

— Полагаю, — она пожимает плечами. — Но независимость для нас обеих очень важна. У нас так много личных дел, что мы сознательно уделяем время работе над собой. Потому что тогда мы станем лучшими версиями себя — и друг для друга тоже, понимаешь?

Это же эмоциональная зрелость, правда? А тем временем я тут пью с незнакомцем, чтобы переспать с ним, а потом сбегаю.

Будто прочитав мои мысли, она продолжает:

— Твой путь, кстати, не неправильный. Он просто отличается от моего. Он работает для тебя.

Мы молчим, пока правда не вырывается у меня так тихо, что ее почти заглушает шелест листьев над нами.

— Не уверена, что он работает, вообще-то. В последнее время я чувствую себя странно. Думаю, мне стоит завязать с ночными приключениями. Пока что.

Джози кивает и, как всегда, терпеливо ждет, пока я продолжу. Я всматриваюсь вдаль, щурясь от солнца. Едва различаю группу парней, играющих в футбол, и это напоминает мне, как родители в детстве таскали меня смотреть матчи Макса за местную команду по воскресеньям.

— Ты знаешь, что с момента всей этой истории с Максом прошло шесть лет? Он написал мне вчера. Впервые я забыла.

Она дает мне время собраться с мыслями, прежде чем я продолжаю.

— Не могу поверить, что мне нужно было напоминание.

— Он расстроился, что ты забыла?

— Нет. Он всегда хотел, чтобы мы двигались дальше. — Я наслаждаюсь очередным порывом ветра. — Просто потребовалось шесть лет, чтобы все перестало казаться таким шатким. Я почти чувствую, что снова могу доверять себе.

— Может, это хороший знак, что ты забыла. Твой мозг говорит тебе идти вперед.

— Думаю, так и есть. И, возможно, я хочу попробовать что-то… более постоянное.

От этого признания мои щеки розовеют, но Джози не смеется и не говорит, что это глупо. Конечно же, нет.

— Как это могло бы выглядеть?

— Для начала… — Я срываю травинку. — Не знаю. Просто встречаться с парнем больше одного раза и посмотреть, как пойдет? Не обязательно загадывать дальше.

— А если в твоей жизни уже есть кто-то?

— Это не сработает, Джози. По множеству причин.

Она приподнимается на локтях.

— Объясни мне. — Достает семейную пачку чипсов и протягивает мне.

— Потому что… — Я беру несколько чипсов и жестом растворяюсь в воздухе, обдумывая ответ.

Потому что он скоро уедет.

Потому что я держу людей на расстоянии, чтобы сохранить хоть какую-то власть над своей жизнью.

Потому что в глубине души я знаю: я не для кого-то вроде него. Я не теплая, не любящая, не открытая. А он заслуживает человека, который сможет дать ему все, чего он достоин. Надеюсь, он найдет этого человека однажды.

Я выдыхаю, прежде чем сказать самое важное.

— Потому что мы действительно друзья. А их у меня не так много. И я не хочу это терять.

Как часто бывает, ее глаза наполняются бездонной мудростью, и она просто говорит:

— Хорошо. — Берет чипс и откусывает край. — Ты выглядишь счастливее, чем за последнее время. Стала чаще выходить. Думаю, Финн хорошо на тебя влияет.

У меня не хватает духу сказать, что работа, которую он хочет получить, находится на другом конце света — особенно сейчас, когда она наконец перестала за меня волноваться.

— Думаю, да.

— Мне стоит обижаться, что, как только я слишком занялась работой, ты сразу нашла кого-то, с кем проводишь все свободное время? Может, тебе просто не хотелось гулять со мной.

— Я всегда буду хотеть гулять с тобой. — Набив рот чипсами, добавляю: — Даже если ты — человек, который добровольно выбирает чипсы «ready salted» вместо любого другого, более вкусного варианта.

Она со смехом отдергивает пачку, как раз когда возвращается Алина.

— Что я пропустила?

Она плюхается рядом с Джози.

— Ава ищет, с кем бы ей… ну, типа, встречаться. По-настоящему.

Алина засовывает руку в пачку и, как нормальный человек, хватает полную горсть и отправляет в рот.

— Есть кандидаты?

— Я переписывалась сегодня с парнем в Hinge. — Достаю телефон, чтобы найти его. Он не в моем вкусе, но, может, это к лучшему. Мне нужны перемены. — Он скалолаз. Очень любит… ну, карабкаться, наверное. Обожает приключения.

— Прямо как ты, — сухо замечает Алина.

— Я обожаю приключения! Живу ради них!

— Сходить в большой Tesco вместо Aldi — не приключение, — замечает Джози.

Я с визгом сбрасываю жука с ноги.

— Я могу быть активной! Просто я ходила на одни и те же свидания, поэтому, когда он предложил пойти на скалодром, я согласилась. — Выражение Джози становится еще более настороженным, когда я добавляю: — Возможно, я сказала ему, что тоже лазаю.

Она вздыхает. Я заметила, что перед фразами в мой адрес она часто так делает.

— Зачем ты ему это сказала?

— Что в этом сложного? Все сейчас этим занимаются.

— Ты очень способная женщина, Ава.

— Чую «но».

— Но я бы не сказала, что у тебя лучшая координация. Вообще, я уверена, что хуже твоей нет ни у кого из моих знакомых.

— Ну спасибо за откровенность.

Макс спортивный, так что, наверное, где-то в моих генах тоже есть намек на атлетизм.

Внезапно парни, играющие в футбол, кричат.

— Головы!

Через долю секунды мяч летит в нашу сторону.

Пока Джози и Алина разумно прикрывают головы, будто в позе безопасности в самолете, я пытаюсь поймать его, но он проскальзывает у меня между пальцами и падает за плед. Пока я поднимаю его, владелец уже бежит к нам в тень.

Увидев меня, он застывает с округлившимися глазами.

Когда Финн стоит на солнце, кажется, будто оно его вырастило. Можно представить, как он, согретый теплым светом, вырос из крошечного семечка в человека.

Я отправила ему последнее сообщение утром и заглушила уведомления, потому что не хотела читать ответ. Почему-то я написала: «Девчонки любят щетину». Глядя на него сейчас, освещенного солнцем, с растрепанными от игры волосами, могу подтвердить: да, это про меня. Я и есть «девчонки». Боже, в такой жаркий день выглядеть так собранно должно быть запрещено.

— Привет.

Я бросаю ему мяч. Даже мой неуклюжий бросок, будто от трехлетки, он ловит легко.

— Привет, — тихо говорит он. На нем нет очков, и я лучше вижу, как его улыбка озаряет все лицо, поднимаясь к морщинкам вокруг глаз. Затем, заметив Джози и Алину, он добавляет более четким и оживленным голосом: — Джози! Не знаю, помнишь ли ты меня...

Джози оживляется и отвечает:

— Финн! Это моя девушка, Алина. Алина, это Финн...Финн Авы. — Она запинается.

— Друг? — подсказываю я, когда она замолкает.

— Приятно познакомиться, — отвечает он, проводя рукой по волосам, чтобы убрать их со лба. — Можно я присяду?

— Конечно, — говорю я, отвечая ему легкой улыбкой.

Кто-то зовет его, и он оборачивается, чтобы крикнуть:

— Я закончил! Я растаю, если буду играть дольше.

Раздается хор недовольных возгласов, и он с усмешкой качает головой, прежде чем опуститься на траву напротив меня, вытянув ноги и согнув их в коленях. Я снова ложусь на спину и на мгновение замечаю, как его взгляд скользит к вырезу моего комбинезона.