Я сглотнула, чувствуя, как напряглось тело. Неужели он догадался про записку? Это невозможно.

Эмир наклонился ближе, почти касаясь моего лица.

— Я чувствую, когда ты что-то скрываешь, Лилу, — его пальцы легко скользнули по моей щеке, затем сжали мой подбородок, вынуждая поднять голову и смотреть ему в глаза. — Я связал тебя со своей кровью, и я вижу тебя насквозь.

— Я… я ничего не скрываю, — выдохнула я, но голос предательски дрогнул.

Он хмыкнул и протянул руку, пальцы требовательно шевельнулись.

— Дай сюда то, что передала тебе Шарлин.

Я сильнее прижалась к стене.

— У меня ничего нет.

— Я сказал, дай сюда, — его голос стал ниже, опаснее. — Не заставляй меня повторять.

— С чего ты вообще взял, что она что-то передала?

— Это написано на твоем лице.

— Правда? И как ты это увидел?

— Несмотря на то, что я псих, я умею читать людей, — холодно усмехнулся он. — И предупреждаю в последний раз: не заставляй меня повторять.

— Я сказала, ничего нет! — с вызовом бросила я и толкнула его в грудь, но он даже не шелохнулся.

Эмир склонил голову, разглядывая меня сверху вниз, и его глаза потемнели.

— Значит, мне применить силу? — его голос стал тише, но от этого ещё страшнее. — Значит, мне сделать тебе больно?

Я встретила его взгляд и замерла. В этих холодных синих глазах не было ни намека на шутку. Он даже не пытался притворяться.

Я понимала, что покойница.

Я не успела даже моргнуть, как его рука резко взметнулась в воздухе. Глухой удар раздался в тишине комнаты — его ладонь с силой врезалась мне в щёку, отбрасывая голову в сторону. Горячая волна боли прострелила скулу, во рту тут же появился металлический привкус крови.

Я зажмурилась, от удара голова зашумела, но даже не успела прийти в себя, как он схватил меня за горло и поднял вверх.

— Дай сюда, твою мать! — его голос звучал глухо, наполненный ледяной яростью.

Его пальцы сжались сильнее, заставляя меня вздрогнуть. Дыхание перехватило. Я инстинктивно вцепилась в его запястье, но он был слишком силён.

— Думаешь, я ничего не понял когда ты прошла мимо меня, Лилу? — его лицо было пугающе близко, дыхание горячим касалось моей кожи. — Думаешь, я не узнаю, когда ты врёшь?

Я задыхалась. Его хватка была крепкой, но он не убивал — нет, он просто наслаждался своей властью, своей неоспоримой силой, которой я не могла сопротивляться.

— Отдай. Сейчас же, — каждое слово он выговаривал медленно, растягивая, будто пробуя их на вкус.

Я захрипела, пытаясь что-то сказать, но он не ослабил хватку. Паника затопила меня с головой. Сердце бешено билось в груди, голова закружилась.

— Я… — с трудом выдавила я, хватаясь за его руку, ногти царапали кожу, но он не дрогнул. — Я сожгла.

— Не ври! — рыкнул он, и я почувствовала, как его пальцы сжимаются ещё сильнее.

Глаза затянула пелена. Всё плыло передо мной. Ещё секунда — и я потеряю сознание.

— К-клянусь, не вру!

Он резко разжал пальцы. Я рухнула вниз, хватая ртом воздух, в груди жгло от нехватки кислорода. Лёгкие отчаянно боролись за каждый вдох, а я всё ещё не могла прийти в себя.

— Дрянь! — вскрикнул он. — Что за шашни ты затеваешь за моей спиной?

Я не могла ответить, пытаясь хватать воздух.

— Что было на записке? Это Аспер оставил тебе?

Я не успела отдышаться, как он грубо схватил меня за волосы, заставляя вскрикнуть. Острая боль пронзила кожу головы, когда он рванул меня вверх, вынуждая встать на ноги. Я схватилась за его запястье, но это лишь разозлило его ещё больше.

— Расскажи что было в записке, — Он с силой дёрнул меня ближе, и наши лица оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Его глаза сверкали яростью, дыхание было тяжёлым, бешеным.

— Ч-что… ты делаешь… — прошептала я сдавленно, едва держась на ногах.

— Я спрашиваю в последний раз. Что было на этой, мать твою, записке⁈

Я закусила губу, не желая отвечать. Но его хватка стала сильнее. Он рванул мои волосы назад, вынуждая меня выгнуться, открывая шею.

— Ты хочешь, чтобы я тебе сломал все кости, черт тебя побери⁈ — взревел он, и я дёрнулась от страха.

— Я… я не могу… — прошептала я, стараясь не смотреть ему в глаза. — Мне больно…

— Можешь. И сделаешь. — Его рука вдруг метнулась к моей щеке, сжимая её так сильно, что я вскрикнула от боли. — Не вынуждай меня действовать жёстче, Лилу. Я уже на пределе.

Я сжала губы, борясь с паникой. Я знала, что если продолжу молчать, последствия будут страшнее.

— Там… — я судорожно сглотнула, чувствуя, как его пальцы больно врезаются в кожу. — Там было одно слово…

Он резко ослабил хватку, но взгляд оставался таким же свирепым.

— Какое слово⁈

Я посмотрела на него, стараясь унять дрожь в голосе.

— ' Псих'.

Его ноздри раздулись, губы скривились в яростной усмешке. В комнате повисла зловещая тишина. Затем он рывком толкнул меня назад, и я спиной ударилась о стену, вскрикнув от боли.

— Ты играешь в опасные игры, девочка, — прошипел он, наклоняясь ко мне. — Но ты не выйдешь из них победителем.

Я сжала кулаки, сдерживая слёзы.

— Я не верю тебе, — его голос стал ледяным. — Какого хрена ты мне сказки придумываешь? Я знаю, что это тебе оставил Аспер, и я заставлю тебя заговорить.

Слёзы невольно покатились по щекам, я сжалась в комок, прижимая колени к груди, стараясь сдержать рыдания.

Эмир опустился на корточки напротив, его синие глаза сверлили меня насквозь.

— Мне что, бить тебя как мужчину, чтобы ты наконец сказала правду? — прошипел он. — А, детка?

Я стиснула зубы, не позволяя себе показать страх.

— Делай что хочешь, но я сказала правду, — выдохнула я, с трудом удерживая голос ровным. — Наверное, он просто пошутил…

Эмир усмехнулся, опасно склонив голову.

— Значит, я прав. Записка была от Аспера.

Боже…

Зачем я это сказала? Сама себя выдала.

Он медленно кивнул, словно подтверждая свои догадки.

— Значит, ты всё равно не скажешь, что в ней было?

Эмир медленно поднялся на ноги, возвышаясь надо мной, как гроза, которая вот-вот разразится. Выражение его лица потемнело, глаза сузились, а челюсть сжалась. Я знала этот взгляд. Та тихая, бурлящая ярость, которая всегда предшествовала чему-то гораздо, гораздо худшему.

— Хорошо, раз ты решила молчать.

Я вздрогнула, когда он резко схватил меня за руку, выдернув из-под себя колени. Его хватка была стальной, пальцы впивались в кожу так сильно, что я знала — останутся синяки.

— Пусти… — прошептала я, но даже не пыталась вырваться. Это было бесполезно.

— Нет, Лилу, теперь уже поздно, — его губы дрогнули в усмешке, но в глазах не было ничего, кроме жестокой решимости.

Он дёрнул меня вперёд, заставляя идти за ним. Я споткнулась, но он лишь сильнее сжал мою руку, буквально волоча меня за собой.

— К-куда ты ведёшь меня? — голос дрожал, хоть я старалась этого не показывать.

— Туда, где ты наконец-то заговоришь.

Мы покинули комнату и направились вниз. Двигались довольно долго в совершенно другое крыло, в котором я никогда не была. По пути он снял факел со стены.

Я сглотнула, когда он толкнул дверь, ведущую на лестницу. Запах сырости и чего-то металлического ударил в нос. Сердце сжалось, страх пробежался по коже ледяными пальцами. Я знала, что внизу был подвал.

— Эмир… пожалуйста, — попыталась я заговорить, но он лишь фыркнул, продолжая тащить меня вниз.

Ступени скрипели под нашими шагами. Я дышала часто, паника затопила грудь.

— Не бойся, детка, — его голос был наполнен насмешкой, — я не убью тебя.

В животе всё сжалось в тугой узел.

Когда мы спустились вниз, он рывком распахнул тяжёлую дверь и втолкнул меня внутрь.

Я не удержалась на ногах и упала на холодный каменный пол. Ладони обожгло от удара, но это была ничтожная боль по сравнению с ужасом, что сковал меня.

Подвал.

Я подняла голову и посмотрела на него.