Ашарм тоже подскочил, готовясь вызвать охрану, но в этот момент пространство всё-таки расступилось, выпуская наружу две стройные фигуры, одна из которых оказалась мне очень знакома.

- Нэй! – воскликнула я изумленно. – Как? Откуда???

Предтеч ведь точно остался на базе «Кремень-1»!

Переведя взгляд на его спутника, я поняла, что это был зоннен. Нэй поддерживал его под руку, но тот стоял довольно-таки прямо. Лицо его было бледным, но удивительно молодым и породистым. Волосы казались немного тусклыми, но опускались до самой поясницы, а вот одежда на нем была очевидно иширского производства.

- Что происходит? – вмешался возмущённый Ашарм. – Кто вы такие?

Когда Нэй обернулся к нему и сверкнул колдовскими бирюзовыми глазами, которые почти никогда не встречались у зоннёнов, отец Нэссиля замолчал и ошарашенно открыл рот.

- Нэй Синоарим? – наконец прошептал он, узнав своего далёкого, но крайне могущественного предка. – Но почему вы здесь??? И как преодолели барьер?

Нэй усмехнулся.

- Да вот… научился, когда припекло. Слишком уж мой пациент рвался… к дочери!

Нэй перевёл взгляд на меня. А у меня перехватило дыхание. Я во все глаза уставилась на бледного зоннёна, а потом разом потеряла силы и закачалась.

- Папа? – прошептала почти беззвучно, от шока лишившись голоса. – Папа???

Моисей Саворский улыбнулся. Лицо его мгновенно просияло.

- Здравствуй… Юлечка!

Я не смогла сдвинуться с места, хотя слезы уже полились из глаз, и тогда Нэссиль мне здорово помог. Помог подойти ближе и буквально втолкнул в объятья отца. Когда я почувствовала тепло незнакомых, но таких родных объятий, меня просто прорвало. Я рыдала, захлёбываясь, изливая скорбь всей своей жизни. Кажется, я еще никогда в жизни не плакала ТАК!!!!

Отец тоже прослезился. А с ним и Нэссиль, который мужественно отбросил прочь одиноко скатившуюся слезу.

Нэриэль испуганно прижалась к мужу, смотря на нас со вселенским непониманием, а когда мои слезы наконец-то иссякли, Нэй выдохнул и просил всех присесть.

Отец присел с трудом, и я поняла, как же сильно он еще слаб. Села рядом, боясь отпустить его руку. Но он уже пришёл в себя и со странной улыбкой посмотрел на родителей Нэссиля.

- Простите за несколько… невежливое вторжение, - проговорил он обманчиво мягким голосом, хотя мне показалось, в что в глубине этого голоса зарождалась сталь. – Но я очень спешил. Знаете, между мной и моей дочерью – так уж получилось – с некоторых пор существует глубокая ментальная связь. И я слышал очень многое из того, что происходило с ней в вашем доме. Скажу сразу, мне это настолько не понравилось, что я… очнулся!!! Потому что дочь у меня горячо любимая и единственная, и я не потерплю чтобы кто-то ее оскорблял!!!

Последние слова прозвучали настолько угрожающе, что родители Нэссиля вжались в спинку дивана. От отца отлетела настолько мощная ментальная волна, что задребезжали вазы по углам комнаты.

- Кто вы такой? – спросил Ашарм Синоарим напряжённо.

- И как эта девушка может быть вашей дочерью, если она иширка??? – вставила своё неугомонная Нэриэль, на что отец приподнял брови.

- Если моя дочь похожа свою мать, это не отменяет ее происхождения, раз уж вам так важен чей-то статус. Честно говоря, я очень разочарован в вас, Ашарм и Нэриэль! Не тому учил я вас в своё время, не тому…

Глаза зоннёнский четы полезли на лоб от удивления, я же в ступоре замерла, ожидая дальнейших шокирующих откровений.

- Я понимаю, что меня давно не было и что я сейчас… немного не в форме, но неужели вы могли меня настолько забыть? - отец горько усмехнулся. – Мое настоящее, зоннёнское имя – Аданьер Риноар!

В ошеломленной тишине не раздалось не звука. Ашарм и Нэриэль долго смотрели на моего отца, как на привидение, однако наконец отмерли и в один голос прошептали страдальческое: «Учитель!», после чего синхронно поднялись на ноги и столь же единодушно поклонились ему.

Я запуталась окончательно и бесповоротно, но рука Нэссиля, схватившая мои пальцы, поделилась волной тёплой успокаивающей энергии.

«Я поражен! – произнес он мысленно. – Твой отец – это один из князей еще первого мира! Он видел родителей нашего Правителя Арраэха! Но считался пропавшим уже больше тысячи лет…»

- Простите, учитель! – проговорил Ашарм, виновато глядя на бледного, но такого властного мужчину перед собой. – Мы очень виноваты! Мы просим прощения у вашей дочери, господин!!!»

На такой вот шокирующей ноте закончился этот презреннейший разговор. После всего этого вмешался Нэй и сказал:

- Моему пациенту пора отдыхать. Можем ли мы рассчитывать на ваше гостеприимство?

Родители Нэссиля лихорадочно закивали. Нэриэль начала суетиться и гонять по всему дому киборгов, готовя комнаты для еще двух гостей, а меня снова обняли отеческие руки, поцеловали бледные губы и отправили с Нэссилем в сад – приходить в себя…

***

В последующие дни всё изменилось кардинально! Наверное, я чего-то не понимала, но со мной теперь носились, как с редкой жемчужиной. Родители Нэссиля были неизменно приветливы. Нэриэль несколько раз даже назвала меня дочерью, чем вызывала полнейший шок. Нэссиль тоже изумлялся, но понимал происходящее больше.

- Аданьер Риноар – легенда! – объяснял он. – По написанныи им учебникам до ситх пор преподают в учебных заведениях. Он был личным учителем правителя Арраэха, обучал моих родителей, а также еще несколько десятков других высокопоставленных лиц. После поднявшихся слухов о его смерти многие на Мироане носили траур – настолько он был уважаем! Так что… ты дочь великого, моя дорогая!!!

Но в меня это всё равно не помещалось.

Наконец, мне удалось поговорить с отцом наедине.

Пребывание на Мироане пошло ему на пользу: уже на следующее утро Аданьер выглядел не таким бледным и встал мне навстречу без чужой помощи. Обнял меня и долго не отпускал, поглаживая по волосам, словно я все еще была маленькой девочкой.

Не удержалась – всхлипнула вновь.

Отец!

Как много это слово значило для меня на самом деле!

И хотя я всегда пыталась убедить себя в том, что родители для меня не важны, но в глубине души понимала, что это не так. Обида заставляла пренебрегать ими в своем сердце, делать вид, что их судьба меня не интересует. Но когда я узнала, что отец много лет был рабстве у саалонца и оказался доведен им до плачевного состояния, то обиды не стало. Выходит, меня не бросали? От меня не избавились, как от раздражающего элемента?

- Доченька, какое счастье! - проговорил Аданьер дрогнувшим голосом, хотя ничего старческого и слабого в нем не было и в помине. Он выглядел моим ровесникам, разве что в уголках глаз пробивались тонкие морщинки. Да и они, наверное, должны были исчезнуть после того, как он восстановится окончательно. Отец расцепил объятья, всмотрелся в мои глаза и добавил: - Ты копия своей матери! Именно такой я ее и запомнил…

Мы присели, и начался неспешный, но очень печальный рассказ.

Аданьер никуда не пропал: ему просто надоела прежняя жизнь, и он улетел в глубины космоса осваивать новые миры. Наткнулся на Ишир, когда тот был еще совершенно диким. Планета отцу понравилась, люди тоже. Он обосновался в империи кочевников, где стал уважаемым… шаманом! Да, да, именно шаманом. Древние люди только так могли принять его удивительные способности – наделив мистическим статусом. Итак, Аданьер создал для них письменность, значительно улучшил врачевательство, набрал учеников, из которых потом вышли знаменитые лекари древности – Шаншей Бурый, Иллионий, Ассмарей Непримиримый и многие другие…

Услышав эти имена, я шокировано распахнула глаза.

- Что??? Это твои ученики???

Кажется, мой рот открылся слишком широко, потому что отец рассмеялся и пальцем поднажал на мой подбородок, чтобы этот рот закрыть.

- Да, помню их до сих пор! Отличные были парни, смышлёные…

Чтобы пощадить моё психологическое состояние, он поспешно продолжил рассказ дальше.

Аданьер прожил на Ишире все последующие поколения, перемещаясь с места на место, чтобы не слишком афишировать свою неувядающую молодость. Дожив до современности, он сбежал от настырной и шумной цивилизации в горы, где занимался исследованием недр земли.