Потом паразит захватил еще нескольких моих братьев, пока отец не забил тревогу. Но однажды он заперся с Ангельмом в своем кабинете и очень долго не выходил. Когда же появился, в его глазах засверкал добровольно принятый мрак, позже окончательно погубивший всю нашу семью…

Слегка оглушенный продолжающими течь воспоминаниями, я сделал еще один шаг вперед. По телу пробежала дрожь, и я взглянул на свою руку, вытянув ее вперед.

Я ведь могу менять структуру своих собственных клеток!

Это открытие глубоко поразило меня, а ладонь на глазах начала увеличиваться.

Метаморфизм! Дар, способный полностью преобразить мое тело!

Как много всего я еще могу? Телепортация, телекинез, регенерация, управление временем, а теперь еще и метаморфизм! Я почувствовал себя почти всесильным…

Но меня тянуло поскорее войти вовнутрь, поэтому, остановив преображение, я сделал еще несколько шагов в сторону открывшегося входа.

Передо мной открывался обзор в большое помещение, стены которого светились мягким белым светом. На них отлично сохранились узоры в виде растений, обвивавших до боли знакомые символы, сейчас сияющие как раз напротив меня.

— Во имя жизни… — прочитал я и, наверное, произнес это вслух.

Сердце безумно заколотилось, когда я ступил на ровный, слегка светящийся пол, созданный из драгоценного мрамора «афримори», способного аккумулировать тепло для поддержания нужной температуры.

Комната казалась пустой, но я точно знал, что это не так. Моя вспыхивающая воспоминаниями память легко распознала знакомое расположение скрытых в стенах ячеек, дверей и предметов мебели.

Если я сейчас прикажу, всё здесь придет в движение, потому что я чувствую начертание своего имени в этом месте.

— Что это? — послышался изумленный выдох Ангелики у меня за спиной.

Я вздрогнул, словно возвращаясь из другого мира.

— Это место… оно принадлежало предтечам… — ошарашенно ответил Риан, а я перестал дышать.

Ну конечно! Наконец-то я вспомнил самое главное: я ведь и есть самый настоящий предтеч!

Риан

Всё еще пошатывающийся от слабости, я, тем не менее, был полностью поглощен увиденным. Расписные стены в совершенно уникальном стиле, четко выведенные сияющие символы, которые я с трудом, но все-таки попытался прочесть — передо мной, без сомнения, было детище предтечей.

Историей прародителей я интересовался с тех самых пор, как себя помнил. В подростковом возрасте не вылазил из библиотеки, зачитываясь хрониками и засматриваясь на сохранившиеся изображения их культуры. Правда, после достижения мною двух циклов* (*100 лет по иширскому летоисчислению) мой интерес угас, и я вот сейчас я с удивлением осознал, что искренне не понимаю, почему это произошло. Во мне всколыхнулись прежние чувства, и я решительно сделал первый шаг в древнее помещение вслед за Нэем.

— Это место… оно принадлежало предтечам… — не удержался я от восторженного шепота, а Ангелика рядом изумленно выдохнула.

От стен исходило явное ощущение ментального характера. Наверняка здесь спрятаны необходимые предметы мебели, которыми можно управлять силой мысли: эту технологию зоннёны давно переняли от предтечей, тоже научившись делать нечто подобное.

Я жадно осматривал каждый фрагмент узоров на стенах, удивляясь яркости красок, не поблекших со временем. Несколько изображенных растений мне показались знакомыми, а в центре стены напротив — как раз над надписью — красовался распустившийся бутон «мисхеры», плоды которой так нравились Нэю.

Наконец, я снова попробовал разобраться с текстом. Первый символ мне был знаком. Он означал «жизнь», а вот последующие два ввели меня в ступор. Я однозначно знал их, но на разум вдруг наполз туман, в ушах зазвенело, и я почувствовал резко набросившуюся на меня боль.

Эта боль была такой острой, что казалось, будто кто-то воткнул мне нож прямо в шею у основания черепа.

Я покачнулся, хватаясь за голову руками, и почувствовал, что падаю…

— Риан!!! — голос Нэя был последним звуком, который я услышал, прежде чем провалился в беспамятство…

Нэй

Меня наполнял настоящий восторг, но сильнее даже этого чувства было кое-что другое: устойчивое ощущение, что в этом месте хранится нечто важное для меня.

Сейчас, когда меня ярко наполнили воспоминания о прошлом, отошли в сторону мои недавние страхи, и жизнь, в которой я отчаянно пытался доказать свою «взрослость», показалась мне каким-то мимолетным сном.

На несколько мгновений я позабыл даже об Ангелике, но не в смысле, что забыл о ее существовании, а просто перестал бояться ее отвержения: в моей прежней жизни отторжение ко мне проявлял исключительно отец, поэтому перед кем-либо еще я не чувствовал себя обделенным.

В этот момент, наоборот, я ощущал глубокую уверенность и силу, однако вдруг сзади послышался тихий стон, и струны связи с Рианом резко натянулись.

Я развернулся как раз в тот момент, когда он — бледный и с искажённым муками лицом — падал на гладкий светящийся пол.

Подхватил, оказавшись рядом в доли секунды.

С меня мгновенно слетело недавнее чувство погружения в себя прошлого, и я снова стал обычным Нэем — эмоциональным и простым парнем, который очень беспокоился о своих друзьях.

— Риан! Риан!!! — я слегка встряхнул зоннёна, но тот был без сознания и немного рвано дышал.

Меня затопил страх. Через нашу связь я чувствовал, что принцу очень-очень плохо, но причин совершенно не находил. Физически с ним было все в порядке, но его ментальное поле сейчас превратилось в какой-то колючий ком, который ранил его самого!

Я понял, что нужно срочно уходить отсюда и спасать Риана.

Я подхватил его на руки, а Ангелика помогла устроить его голову на моем плече. Я сделал шаг в сторону выхода и замер.

ЗОВ внутри меня неистово сигнализировал, словно умоляя не уходить, а НАЙТИ то, что я должен был отыскать.

Меня затопило сомнениями и болью.

Что же делать???

Если я уйду сейчас с этого места, не найдя то, что должен был, то моя миссия, дарованная мне Создателем, может оказаться под угрозой!

Но если не поспешу убраться отсюда, то буду рисковать благополучием Риана…

— Нэй! Уходим! — заторопила меня Ангелика. — Скорее!

Но я не двигался.

Мучительно закрыл глаза, не решаясь сделать следующий шаг.

И вдруг я вспомнил!

Вспомнил, откуда взята вот эта строчка, ярко сияющая на стене: «Во имя жизни…»

Это ведь первые слова из клятвы общества ученых, в котором я состоял втайне от своей императорской родни! Точно! В этом обществе было не так уж много моих соотечественников, но все они были видными специалистами в области медицины, генетики и фармакогнозии* (*наука, изучающая полезные свойства растений). Мы искали средство победы над тьмой, но смогли создать только яд, подавляющий её…

В этом месте должен хранится какой-то продукт наших прежних исследований, и ментальные настройки этого помещения, которые я облек в слово «ЗОВ», удивительным образом были настроены именно на меня, хотя в памяти так и не появилось воспоминаний, что я когда-либо бывал в этом месте…

Я развернулся к надписи, а потом громко, зычно и с расстановкой произнес на родном языке:

— Во имя жизни!

Надпись на стене засветилась еще сильнее, а в воздухе зазвенел мягкий безэмоциональный голос древнего искина:

— Приветствую господина! — произнес он. — Ваш доступ номер пять инициирован, но доступа номер шесть на получение сыворотки у вас нет. Для этого вам нужно произнести ваше полное имя, и я через сканирование имени и голоса проверю возможность вашего доступа…

Краем глаза я увидел, как рядом сжалась Ангелика. Речь искина была для нее странной и совершено незнакомой.

— Нэй, что происходит? — спросила она, инстинктивно хватаясь за бластер на поясе.

— Не волнуйся, — шепнул я. — Это искин. Он не представляет никакой опасности…