Девушка вздрогнула теперь уже от его прикосновений — нежных, трепетных…

— Илва… не бойся меня…

Она снова окунулась в тоску. Ей так хотелось верить ему! Так хотелось отбросить всякие сомнения и позволить себе раствориться в своих чувствах к этому невероятно притягательному божеству! Но… разве его нежность может быть настоящей? Зачем великому и блистательному небожителю какая-то там охотница из низов? Она ведь даже не аристократка!

Страх, выуженный из глубин памяти, никак не отпускал из своих лап. Илву уже предавали и обманывали самые близкие: дорогой брат, возлюбленное божество… Где гарантия, что Гардияр не сделает того же самого?

— Я искренен… — прошептал Арраэх, утыкаясь лицом Илве в висок и словно улавливая ее сомнения. — Я не предам тебя…

Сердце девушки совершило кульбит в груди. Чувства раскалились до предела, заставляя тяжело дышать от волнения. Она вцепилась пальцами в плечи Арраэха, словно боясь его потерять, как вдруг… весь мир словно сотрясся. Земля под ногами заплясала, порывы ветра стали сильнее.

Арраэх вскинул голову вверх и тревожно огляделся. Окружающий мир менялся на глазах: небо стремительно тускнело, горы исчезали, словно их и не было…

На Илву накатил иррациональный страх, а потом в одно мгновение сильный удар в грудь буквально выбил ее из этой странной реальности…

Девушка распахнула глаза и испуганно уставилась в незнакомый потрескавшийся потолок.

Это был только сон???

Чувство досады заворочалось в груди. Ведь в том странном сне Гардияр был таким… искренним! Она уже была готова довериться ему до конца…

Но если это сон, то… надежда тщетна.

Илва медленно присела, огляделась и замерла.

Гардияр был прямо здесь, перед нею.

В полутемной комнате, похожей на дешевый гостиничный номер, стояло две кровати. На одной сейчас находилась Илва, а на второй — как раз напротив — восседал Арраэх-Гардияр.

Его тело было обнажено до пояса, золотые волосы небрежно перекинуты на мускулистую грудь, лицо отчего-то очень напряжено, но глаза закрыты.

Илва взволнованно сглотнула и медленно сползла с кровати.

Поняла, на ней — всего одна рубашка, как и во сне — а потом в разум потоком хлынули воспоминания: поиски Гардияра, драка в трактире, битва со слишком сильным противником, а напоследок — появление могущественного божества. Божества, схватившего ее на руки и зашептавшего ей на ухо слишком нежным голосом…

Девушка чувствовала такое глубокое смятение, что долгое время не решалась подойти к похитителю своего спокойствия. Но шаг за шагом — и вот она уже почти касается его.

Замерла, оглушаемая собственным сердцебиением. Лицо божества было искажено напряжением, да таким сильным, что с висков скатывались капли пота. Илва почувствовала непреодолимое желание смахнуть эти капли и потянулась к его лицу рукой.

Вдруг входная дверь распахнулась, и в комнату ввалился молодой человек немного потёртой наружности, несущий в руках целую охапку незнакомых растений. Увидев полуголую Илву, почти касающуюся лица Арраэха, он выпустил из рук «букет», и тот с шорохом разлетелся по полу.

— Не трогай его! — громким шепотом «воскликнул» парень, и Илва машинально отдернула руку. — Господина нельзя прерывать! Он восстанавливается после ранения!

Илва ощутила, как в груди похолодело.

— Он ранен??? — воскликнула она слишком громко, за что получила полный осуждения взгляд. А потом парень пробежался глазами по ее голым ногам и вообще скривился.

— Прикрылась бы! Любимая женщина господина должна быть приличной!

Мысли Илвы были слишком заняты ранением Арраэха, поэтому она не сразу поняла смысл слов странного человека. Но когда да неё дошло, сердце предательски ёкнуло.

— О чем ты? — нахмурилась она. — И вообще, кто ты?

— Я слуга господина Арраэха, — с достоинством проговорил парень, выравнивая свою спину, словно аристократ. В его манере двигаться и говорить действительно сквозило что-то далеко не простонародное, и Илва нахмурилась еще сильнее.

Неужели Гардияр уже выцепил себе кого-то из благородных и заставил служить себе?

Эти мысли очень Илве не понравились. Она пыталась найти свою одежду, нервно следя за странным парнем и при этом поглядывая на застывшего Арраэха. Но штаны ее оказались испорченными, а другой одежды у нее не было.

— Эй! — бросила она грубовато. — Одолжи шматья…

Парень с напускным недовольством приподнял бровь, а потом выдохнул так устало, словно едва ее терпел.

Но уже через несколько мгновений достал из старой потертой сумки поношенные, но чистые штаны, похожие на свои собственные.

— Так кто ты? — поинтересовалась Илва, натягивая на себя одежду. — Почему ты… — она бросила взгляд на Арраэха и болезненно поморщилась, — почему ты с Гардияром?

— Он спас меня. Поэтому отныне я ему служу! — с достоинством проговорил парень. — А тебе следует посерьезнее относиться к чувствам господина, чтобы он не разочаровался!

Илва вспыхнула. Ну опять он талдычит о каких-то чувствах и отношениях!

— С чего ты взял, что я… — Илва раздраженно натягивала наемническую крутку, — что я женщина Гардияра???

Снова покосилась в сторону застывшей фигуры.

— Потому что он тебя любит! — припечатал наглый слуга с недовольством. — Только вот искренне не могу понять, за что...

Последние слова он уже пробурчал себе под нос, выливая в миску пахнущую травами жидкость. Потом взял тряпицу и подошел к Арраэху со спины.

Илва запоздало вспомнила о ранении Арраэха. Сглотнула, волнуясь.

— Его рана… — голос дрогнул, — она опасна?

Парень поднял на нее пренебрежительно-насмешливый взгляд.

— Только сейчас удосужилась спросить? Как хорошо, что господин медитирует и тебя не слышит! А то это причинило бы ему боль! Он носился с тобой, как с драгоценностью: исцелил, лично своими руками смыл с тебя кровь, а ты… эх!

Слуга осуждающе покачал головой.

Илва почувствовала, что её щеки начинают полыхать от неожиданно налетевшего стыда.

Неужели Гардияр и правда... позаботился о ней? Похоже на то, ведь на бедре действительно нет ни раны, ни крови…

Слугу, конечно же, хотелось пристукнуть за дерзость, и раньше Илва обязательно влепила бы ему увесистую оплеуху, но в присутствии Гардияра махать кулаками было как-то стыдно. Да и трогать его личного слугу было бы неразумно. Наверное, паршивец пользуется столь высоким покровительством и потому смеет распускать свой длинный язык.

Мысли снова переметнулись на заботу Гардияра, а в груди так сильно запекло, что захотелось просто забиться в какой-нибудь угол и всё это как-то переварить…

Но парень-слуга не дал ей этого сделать.

— Ладно, — проворчал он уже немного смягчившимся тоном, — садись за стол: я дам тебе поесть. Все-таки ты спала больше двух суток и, наверное, успела проголодаться! Я позабочусь о тебе ради господина…

Илва замерла, шокировано распахнув глаза.

— Как… двое суток? — прошептала она, смотря на парня, как на привидение. — Я что… спала три дня???

Слуга усмехнулся.

— Конечно! А ты этого не знала?

Илва побледнела, понимая, что может вот-вот попасть в неприятности. Бои должны были начаться уже сегодня! Если она не появится, то не только потеряет огромные деньги, но и серьезно подпортит свою репутацию. А репутация была для охотницы единственным шансом на комфортное существование: кто же станет пользоваться услугами человека, который потерял свое доблестное имя в наёмническом мире?

Девушка начала лихорадочно оглядываться в поисках своего оружия и, найдя его, поспешила нацепить меч к поясу. Потом отыскала сапоги, впрыгнула в них и рванула к двери.

— Ты куда??? — выкрикнул парень изумленно. — Господин очень хотел поговорить!!!

Илва на мгновение замерла, не оборачиваясь. Кровь еще сильнее стучала в висках.

— Он так сказал? — уточнила она резко осипшим голосом.

— Да! — ответил слуга. — Останься! Господин скоро очнется! Ты должна быть предельно благодарной!..