Оглянулся и растерянно замер посреди коридора.

Так, нужно сосредоточиться! Я могу попробовать отследить ее ментально. Только нужно немного успокоиться!

Я остановился, тяжело дыша. Силы оставляли меня. Как же невовремя! Головокружение с каждым мгновением усиливалось.

Ангелика! Где же ты???

Страх о ней был так велик, что я ощутил накатывающую на себя темноту, а спящая внутри меня тьма вздрогнула.

Нет! Не позволю!!!

Вытолкал из души растущее отчаяние и взял себя в руки.

Закрыл глаза, настроился на ее образ и… смог молниеносно телепортироваться на следующем вдохе.

Меня «выплюнуло» в небольшой забаррикадированной комнатке двумя этажами выше.

При моем появлении люди внутри запаниковали, наставили на меня оружие, но вскоре узнали, и послышались облегченные выдохи.

— Это Нэй! — навстречу мне выскочил Сэм, сжимающий в руках бластер старого образца. — Где ты был??? Капитан так волновалась о тебе, что полезла в драку с военными! Одна! Мы едва успели ей на помощь…

Я побледнел.

— Где она?

— Вон там, — Сэм указал на койку в углу посреди завалов вещей, — спит сейчас… Ее бластером задело…

Я рванул к ней, перепугав окружающих скоростным рывком, и рухнул на колени у койки, разорвав штанину попавшимся не к месту гвоздем. По-моему, даже кожу пробил, но даже не заметил этого.

Ангелика действительно спала, но очень беспокойно. Растрепанные каштановые волосы разметались вокруг лица, прикрывая собой какую-то тряпку, на которой покоилась ее голова. Белая обтягивающая футболка была разорвана в нескольких местах, как и черные широкие штаны мужского покроя, на которых местами запеклась кровь. На плече окровавленная повязка. Такая же — на бедре…

Все внутри меня затряслось. От страха за неё. От гнева. Мне захотелось выскочить сейчас и одним махом уничтожить всех тех безумцев, которые посмели поднять руку на мою любимую.

В этот момент девушка застонала и медленно открыла глаза.

— Ангелика! — я наклонился ближе, всматриваясь в дорогие черты, и все внутри меня начало распирать от бури самых разнообразных чувств.

Она наконец-то смогла сфокусировать взгляд, но посмотрела на меня странно, с удивлением и некоторым замешательством.

— Нэй… — прошептала она, протягивая руку к моему лицу. — У тебя глаза светятся…

Я схватил ее ладонь своею и прижал к своим губам. Тут же, не задумываясь, начал вливать в нее остатки своей энергии, но видимо не рассчитал с количеством и высвободил ее по полной, так что на несколько мгновений наши тела окутались нежно-голубой дымкой, вызвавшей у окружающих очередной изумленный возглас.

Ангелика вздрогнула, ощутив необычайное наполнение, потом дернулась, почувствовав легкий зуд в месте ранений, но я удержал ее руку в своей, и через минуту все это закончилось.

Ангелика рывком присела, смотря на мое бледнеющее лицо.

От очередной траты сил меня повело, но я заставил себя удержаться на месте. Улыбнулся, демонстрируя лживую бодрость, но Ангелика слишком хорошо меня знала, чтобы мне поверить.

Схватила меня за плечи и заставила присесть рядом. Я не удержался и оперся об стену, чувствуя, как жутко кружится голова.

— Нэй! Я тебя прибью! — зашипела Ангелика мне в ухо, а потом крикнула кому-то из присутствующих. — Вода есть? Дайте сюда! Быстрее!

Она плеснула мне этой водой прямо в лицо, так что я от неожиданности даже оторвался от стены и возмущенно фыркнул.

— Ангелика!

— Решил, как всегда, угробить себя ради других??? — девушка грубо вытирала мое лицо какой-то непонятной тряпкой. — Балбес! Разве так можно??? Жизнь не научила, что такая тактика абсолютно провальна??? Если во флайкаре окажется аварийная ситуация, и он начнет падать, а пассажирам прикажут надеть кислородные маски, чтобы не упасть в обморок, скажи, что должна сделать мать: надеть маску в первую очередь себе или же своему ребенку???

Немного обескураженный ее гневом, я задумался. Чувства требовали в первую очередь помогать более слабому существу, но потом включилась логика, и я признал: мать прежде должна думать о своём благополучии, а то потом некому будет помогать ребенку.

— Мать должна сперва побеспокоиться о себе… — буркнул я, опуская взгляд. Да, она, как всегда, права.

— Ну вот! Дошло наконец?

Ангелика щелкнула меня по лбу, а потом вдруг схватила ладонями мое лицо и, приблизившись, прошептала:

— Я же без тебя жить не смогу, понимаешь??? — в ее глазах плескались неожиданная боль и страх. — Не смей бездумно рисковать собой, Нэй!

А потом подумала и еще тише добавила:

— Ладно?

И я понял. Понял, что должен думать не только о том, что Я беспокоюсь о НЕЙ. А ещё и о том, что ОНА беспокоится обо МНЕ. Это было какое-то новое понимание, ведь никто раньше не дорожил мной вот ТАК… Я просто к этому не привык.

В груди разлилось тепло, губы сами собой растянулись в улыбке, и я наклонился вперед, оставив на губах Ангелики легкий поцелуй.

Недалеко послышались беззлобные смешки — хорошо, что ребята даже в этой обстановке сохраняли некое подобие благодушного настроения.

— Я так и знал, что у них это… любовь… — протянул кто-то, за что получил тычок в ребра.

— Ну и помалкивай… — послышалось в ответ.

Ангелика отпустила мое лицо, взглядом приказала мне не двигаться с места, а сама поднялась на ноги. С недоверием она подвигала ранеными конечностями, но потом ее брови удивленно поползли вверх, и она еще раз обернулась ко мне.

«Исцелил?» — спрашивали ее глаза.

Я улыбнулся и кивнул. Я был счастлив…

Повернувшись к остальным, Ангелика снова стала командиром и начала выспрашивать о том, какой информацией кто обладает.

— Кэп, Маринка и еще несколько сотрудников заперлись у ангаров… — проговорил Прат, — я лично видел. Именно тогда Кэп сообщил мне, что здесь есть убежище, которое невозможно найти никакими приборами. Звукоизоляция, запас продуктов и возможность активировать запасной выход…

Ангелика заинтересованно оглянулась. Я тоже начал шарить взглядом по ободранным стенам и наваленным в кучу вещам, но приходилось признать, что полноценным убежищем это помещение трудно было назвать.

— Ладно, разберемся… — пробормотала Ангелика, а потом начались доклады обо всем, что произошло в этом здании.

Оказалось, что полчаса назад сюда ворвались военные, с легкостью взломав все кодовые замки, что наводило на мысль о чьем-то предательстве.

— С утра не видно Лиса… — послышался чей-то робкий голос, и вокруг воцарилась гнетущая тишина.

Я замер, а потом возмутился:

— Лис не может быть предателем! — мой голос прозвучал резче, чем следовало. — Это невозможно!!!

Ребята из нашего отряда понуро молчали, тоже не желая верить сказанному, но один парень из сотрудников Кэпа, который уже очень хорошо всех нас знал, да и с Лисом частенько проводил совместное время, осторожно произнес:

— В последнее время он выглядел странным, дерганным. Я несколько раз спрашивал его о том, что с ним происходит, но он отмахивался, а потом говорил, что скоро все ЭТО закончится…

— Он не свое предательство имел в виду… — мрачно процедил я, поднимаясь на ноги в знак протеста, хотя слабость все еще накатывала неприятными волнами. — У него были определенные личные переживания, и я в курсе, какие! — я обвел всех суровым взглядом, словно предупреждая: кто посмеет со мной спорить, тому не поздоровиться. — Лис никогда бы не предал нас!

— Я тоже так считаю! — сообщила Ангелика, повыше вздернув подбородок. В ее голосе прозвучали стальные командирские нотки. — Кто-нибудь видел его перед тем, как все случилось?

Но все отрицательно покачали головами, и я начал серьезно беспокоиться, особенно, когда вспомнил мертвых парней в одном из коридоров.

— Ладно, — Ангелика отмахнулась от царившей вокруг неловкости. — Нам нужно выбираться! Давайте найдем тот самый запасной выход, если он есть, а ты, — девушка повернулась ко мне и строго посмотрела мне в глаза, — бегом на койку!!!