Блоха не стала спорить.

Окно треснуло.

Ашра смотрела, как стекло покрывается паутинкой трещин. Долгое время оно сопротивлялось атакам гулей, что давало ей надежду на то, что она доживет до рассвета. Уйдут ли гули, когда взойдет солнце? Она могла только надеяться на это. И надеяться, что стекло продержится до тех пор.

Какое-то время казалось, что может продержаться.

Затем одно из существ схватило железный столбик решетки и ударило острым концом по стеклу. Первые несколько ударов просто отскочили. Но затем гуль перевернул столбик и ударил его плоским основанием в окно. От нескольких сильных ударов в стекле появилась небольшая трещина. Ашра поняла, что обречена.

Теперь их прорыв был делом нескольких мгновений.

Существа тоже это знали. В их криках появились торжествующие нотки, когда они почувствовали победу. Ашра снова огляделась, ища спасения в плюшевой обивке кареты, но там ничего не было. В некоторых экипажах был люк, позволявший пассажирам выбраться через пол, но не в этом. Очевидно, это были слишком большие расходы для банка Черный Огонь. Чертовы счетчики монет. Им нравилось зарабатывать деньги, но тратить их? Не так. Бормоча проклятия, Ашра схватила единственный попавшийся ей под руку предмет — бархатную подушку.

Основание столбика решетки снова ударило в окно. Один осколок стекла влетел внутрь и приземлился на сиденье напротив нее. Еще один удар, и этого было бы достаточно. Страх и непокорность боролись в душе Ашры, когда она сидела и ждала, когда наступит нужный момент, вцепившись в подушку, как благородная дама, хранящая скромность. Но в ней не было ничего скромного. Она была лучшей чертовой воровкой, которая когда-либо бродила по улицам Сафроны. Смерть от рук этих гулей ничего не изменит. Она только надеялась, что Лукан и Блоха не стали рисковать своими жизнями, отправляясь на ее поиски.

Из окна выпал еще один осколок стекла. Ашра глубоко вздохнула и подумала о Сафроне. О доме. О голубом небе, о солнце, отражающемся от бронзовых куполов, о звоне колоколов над красными крышами, об Альфонсе и его шутках.

Окно разлетелось вдребезги.

Полетели осколки.

Подушка Ашры защитила ее. Выглянув из-за подушки, она увидела бледную, гибкую руку, которая тянулась внутрь — но не к ней.

Она тянулась к дверным засовам.

Она схватила свой стилет и нанесла удар по руке, сталь пронзила бледную плоть. Гуль зашипел и отдернул конечность. Его клыкастая морда сердито уставилась на нее через окно. В его зеленых глазах светился разум. Как он узнал, что нужно отпереть дверь? У нее не было времени обдумать ответ, прежде чем последовала следующая атака. На этот раз не рука, а столбик решетки. И не плоское основание, а заостренный кончик.

Когда столбик полетел в ее сторону, она отбила его подушкой. Ей удалось отразить и следующую атаку, и третью, но на четвертый раз острие разорвало подушку. Перья затрепетали, когда гуль отступил, готовясь к последнему удару.

Ашра отбросила испорченную подушку в сторону и, стиснув зубы, с бешено колотящимся сердцем подняла руки. Если бы только она могла ухватиться за древко, каким-то образом вырвать его у нападавшего…

Жди.

Она наклонила голову, прислушиваясь.

Это были… шаги?

Конечно, нет. Должно быть, ей это показалось.

Щелчок арбалетной тетивы подсказал ей, что это не так.

С шипением гуль, стоявший у окна, отвернулся и спрыгнул с подножки кареты. Ашра воспользовалась шансом выглянуть в окно. Облегчение, смешанное с чувством вины, охватило ее при виде Блохи, поднимающей арбалет для следующего выстрела. Лукан стоял позади нее с факелом в одной руке и мечом в другой. Перед ними стояли три гуля, их когти подергивались, когда они оценивали новую угрозу. Один из них уже получил арбалетный болт в плечо.

Ашра подавила желание закричать, не желая отвлекать Блоху и Лукана. Они и так были в большой опасности. Но Блоха, должно быть, увидела ее тень в темноте, потому что взгляд девочки метнулся к окну кареты. «Ашра!» — позвала она, отводя взгляд от гуля с железным столбиком от перил.

Ошибка.

Гуль сделал выпад, направив острие в грудь Блохи. Девочке удалось увернуться, но она поскользнулась и упала на землю. Существо нависло над ней, отводя руку для смертельного удара. Сердце Ашры упало, как камень, когда Блоха попыталась подняться, ее глаза расширились от ужаса. Она не сумеет. Время замедлилось, мгновение сгустилось вокруг кончика столбика, обещая смерть.

— Нет, — выдохнула Ашра.

Гуль нанес удар.

И тут Лукан, оскалив зубы, оказался рядом и отбил столбик мечом. Он уклонился от когтей другого гуля и полоснул монстра по спине, когда тот проносился мимо. Гуль, державший столбик, готовился к новой атаке, но на этот раз Блоха была готова. Когда монстр навис над ней, девочка спокойно выпустила болт прямо ему между глаз. Голова гуля откинулась назад, и он пошатнулся, прежде чем упасть на землю. Блоха не теряла времени даром, упиваясь победой; ее пальцы уже шарили по колчану на бедре в поисках еще одного болта.

— Ашра? — позвал Лукан, указывая горящим факелом на одного из гулей. — Нам действительно не помешала бы еще одна рука. — Хотя его слова были легкомысленными, в его тоне не было ничего дерзкого, как и в том, как он держал свой меч. Блоха рассказала Ашре о поединке Лукана с Аметист на кладбище Сафроны, но Ашра видела Лукана в бою только во время спаррингов, которые он проводил с моряками Солнечной Рыбы. Там он сражался с полуулыбкой и некоторой показной ленцой, но сейчас она ничего этого не заметила, когда он уклонился от очередной атаки и нанес резкий ответный удар, который почти пронзил его противника. У него было суровое лицо и экономные движения, он был полон той же целеустремленности, что и тогда, когда стоял перед Маркеттой и Безликим — почти совсем другой человек, не тот, которого она обычно видела.

Ашра отодвинула засовы и плечом распахнула дверь.

Лукан мог сам о себе позаботиться.

Блоха, напротив, отступала, перезаряжая свой арбалет. Стоявший перед ней гуль был отвлечен Луканом, но теперь он зашипел и поднял когти, приближаясь к ней. Блоха не зарядит свой арбалет вовремя. Судя по выражению ее лица, она это знала.

— Эй, — крикнула Ашра, доставая из-за пояса метательный нож.

Гуль не обернулся.

— Будь по-твоему. — Ашра метнула клинок, который попал существу между лопаток. Гуль пошатнулся, яростно зашипел и развернулся.

Ашра подняла свой стилет. Она знала, что у нее будет только одна попытка.

Гуль шагнул к ней, но тут же вздрогнул и споткнулся. Мгновение он стоял неподвижно, подергивая когтями. Затем рухнул на землю, один из арбалетных болтов Блохи торчал из его затылка. Девочка улыбнулась ей. Ашра повернулась, чтобы помочь Лукану, но поняла, что в этом нет необходимости. Последний гуль стоял перед ним на коленях, прижав когтистую лапу к земле, и черная кровь сочилась из его ног в том месте, где клинок Лукана перерезал ему сухожилия. Гуль зашипел и замахнулся на Лукана свободной рукой, но тот был вне досягаемости. Ашра ожидала от него остроумной колкости, теперь, когда битва была выиграна, но выражение его лица было мрачным, когда он занес свой клинок. Одним мощным ударом он обезглавил существо.

Брызнула черная кровь.

Блоха бросилась к Ашре прежде, чем голова гуля ударилась о снег.

Ашра чуть не рухнула, настолько крепко девочка в нее вцепилась.

— У тебя кровь, — сказала Блоха, отстраняясь, с беспокойством в глазах. — Ты в порядке?

— Да, маджин. Это просто порез.

Приветствие Лукана было далеко не таким теплым.

— У нас был план, — сказал он, приближаясь, все еще держа меч наготове. Даже когда бой закончился, он не утратил своего мрачного выражения лица; напротив, оно только усилилось.

Ашра заставила себя встретиться с ним взглядом, и ее охватило незнакомое чувство стыда.

— Я знаю, что совершила ошибку, — ответила она. Слова отдавали пеплом на ее языке. — И я очень сожалею.