Эмор вспомнила. Она в Доме Иолана, потому что поручение Мирверина, которое ей пришлось выполнять вместе с Рованионом, заняло больше времени, чем ожидалось. Они вернулись уже ближе к утру, и слишком уставшие, так что Мирверин предложил переночевать у него.
Она поёжилась, вспомнив два перехода по Теням и то, что в промежутке между ними произошло. Но Мирверин сказал, что иначе никак, а она ему слишком многим обязана, чтобы отказать. К тому же, в награду она получит то, что давно выпрашивала у князя Иолана, но он отказывал, говоря, что такое следует приберечь для особого случая, а не тратить на то, чего можно добиться и безо всякой магии, тем более, тёмной.
С улицы доносились громкие, отрывисто звучащие голоса и звон металла. Она поднялась, подошла к окну и выглянула во двор. Кольчуги сверкали серебристо-синими всполохами на солнце. Дружинники Мирверина, разбившись на пары, отрабатывали удары мечом. Некоторое время она наблюдала за ними, отметив для себя одного воина — высокого, мощного и двигающегося с какой-то особенной грацией. Чем-то он ей напомнил Риана.
Эмор прерывисто вздохнула, её чёрные глаза затуманились. Она вспомнила его шепот, нежность в глазах, вспомнила сладостную ласку и то, как дрожала и плавилась в его объятиях. И ей стало грустно, но следом пришла другая мысль: в полночь начнётся Турнир Творцов, и она вдруг разволновалась, как девчонка, ждущая первого свидания. Да, они поссорились, но у них бывали ссоры и посерьёзней, чем эта. И всегда Риан приходил мириться первым. И она прощала. Иногда сразу, чаще — через некоторое время.
Но её немного беспокоило, что прошло уже почти пять дней с момента ссоры, а Риан так и не пришёл мириться. Более того, он повсюду появлялся в обществе армиды, словно бы установил преграду между ними. Эмор озаботилась даже выяснить её имя — Кейра. Всерьёз как соперницу она армиду не рассматривала: полукровка без Старшей Крови в жилах, сгодится для развлечения, да и только. Да и смотрел-то Риан по прежнему лишь на неё, такое Эмор всегда чувствовала безошибочно. И своего участия в Турнире княжич Синегорья не отменил, а это означало, что он по-прежнему намерен сделать ей предложение.
Сбросив тонкую полотняную камизу, Эмор подошла к зеркалу и начала внимательно себя разглядывать. Разумеется, её тело безупречно. А остаток дня она посвятит тому, чтобы сделать эту красоту ослепительной.
— Уже проснулась? — послышался слегка насмешливый голос Мирверина.
Она гневно сверкнула на него чёрными глазами, так как вошёл он без стука, но Мирверин только усмехнулся: мол, чего я ещё не видел, и без церемоний уселся на ложе.
Эмор натянула камизу и выжидательно уставилась на него.
— Присаживайся, — усмехнулся князь Иолана.
Она села чуть поодаль, его аромат — фиалка, амбра и шафран — раздражающе щекотал её обоняние. Одно время они были любовниками, но недолго: предпочтения князя Иолана оказались для Эмор… чересчур изощрёнными. Но дружеские отношения между ними всё же сохранились.
— Ночью не успели поговорить, — продолжил Мирверин. — Да и то, что я принёс тебе, Рованиону лучше не видеть. Видишь ли, я ему обещал… эту вещицу. Но решил, что ты больше заслуживаешь такого… исключительного подарка.
Эмор слегка нахмурилась, мол, давай, ближе к делу.
— Скажи, — князь смотрел на неё с лёгким любопытством. — Ты с какой целью княжну в Тени затянула?
Мирверин даром хождения по Теням не обладал, в отличие от Рованиона и Эмор, но знал, что это такое, и по их рассказам представлял, как в действительности выглядит пространство непроявленного, и какие опасные твари там обитают. Оказаться в нём без сопровождающего Мага Теней означало почти верную смерть.
— Зачем бы мне такое делать? — невинно улыбнулась Эмор.
Честно говоря, она вытолкнула Рэйвен в Тень, просто потому что подвернулась такая возможность. Но не из-за того, что плохо к ней относилась — княжна Арденского Леса была ей, скорее, безразлична, хотя это всеобщее к ней внимание и вызывало лёгкое раздражение. Эмор попросту выместила на княжне, так удачно подвернувшейся под руку, свою досаду от того, что из-за срочного поручения Мирверина Риан на два дня остался без присмотра. Да ещё и в обществе явно неравнодушной к нему армиды.
— Мне Рованион рассказал, — усмехнулся Мирверин. — Это было… весьма неосмотрительно с твоей стороны.
— Может, лучше о деле поговорим? — слегка поморщилась Эмор. Не хватало ещё отчитываться и оправдываться перед ним.
— И как всё прошло? — спросил Мирверин таким будничным тоном, что Эмор даже стало обидно.
— А ничего, что этот твой Торн оказался чёрным магом? — поинтересовалась она. — Мог бы и предупредить.
— И что? — глаза князя чуть мерцали. — Он разве не мужчина?
Эмор состроила милую гримаску. Торн, о котором Мирверин говорил тоном, весьма похожим на сдержанное уважение, оказался попросту скучен. И в беседе, и в постели. И, честно говоря, Эмор бы и не стала… Тем более, что Мирверин попросил её просто поприсутствовать на встрече с Торном, так как Рованион напрочь лишён обаяния и не умеет договариваться… в отличие от неё.
Но вот то, что Торн, как выяснилось, не только сильный чёрный маг, но ещё и магистр Эр-Тириона, зловещего аластримского ордена, о котором в княжествах многие говорили со страхом, вызвало у неё интерес. И она его соблазнила, просто из любопытства. И это оказалось, во-первых, несложно. А во-вторых, разочаровало её — от чёрного мага она, всё же, ожидала… чего-то необычного.
— Понятно, — усмехнулся Мирверин и протянул ей небольшой фиал, выточенный из аметиста, в тонкой золотой оплётке. — Пользуйся осторожно, не более одной-двух капель, иначе убьёшь. Кстати, если не секрет, кто это тебя настолько… разозлил?
— Никто, — Эмор пожала плечами и принялась разглядывать фиал. — Просто… вдруг пригодится.
— Ясно, — князь встал. — Ладно, не буду мешать.
Но у порога Мирверин остановился, будто бы что-то внезапно вспомнил.
— Да, кстати, — произнёс слегка озабоченным тоном. — Думаю, тебе пора уже простить Риана. А то упустишь ведь.
— Благодарю за заботу, — она слегка приподняла брови. — Но я как-нибудь сама разберусь.
— Как знаешь, — пожал он плечами. — Но есть основания полагать, что вопрос о союзе их детей между их отцами уже решён. Рэйвен и Риан и в Логрейн на одном корабле приехали. И поселил их Фаэррон чуть ли не в соседних покоях.
— Да всё это не более, чем политика, — Эмор пожала плечами. — Риан мне сказал, что сам решит, с кем ему брачный союз заключать.
Она вообще не слишком интересовалась политикой и тем, что происходит в Совете. Тем более, что она точно знала: ничего, кроме долгих и скучных разговоров. Потому что как-то раз упросила отца, который был одним из удельных князей Логрейна, позволить ей вместе с ним придти на Совет.
— А ты знала, что они дружат с детства? — поинтересовался Мирверин, разглядывая Эмор с каким-то непонятным выражением на лице.
— И что? — слегка улыбнулась она. — Детям союзников не избежать общения.
— И что, княжич тебе о своём детстве никогда не рассказывал? — по губам князя Иолана скользнула лёгкая улыбка.
— У нас ним были более интересные темы для беседы, — усмехнулась Эмор слегка настороженно, не понимая, к чему Мирверин клонит. — Но что-то такое припоминаю.
— Так вот, моя дорогая, — Мирверин чуть сузил глаза, в этом миг более чем когда-либо напомнив Эмор кота, скрадывающего мышь. — Между Рианом и Рэйвен более чем тёплые и доверительные отношения, которых оба и не скрывают. И странно, что ты об этом не знаешь.
— И что с того? — Эмор с недоумением глянула на него. — Любит-то он меня.
— А ты не задумывалась, — Мирверин сочувственно улыбнулся. — Почему вдруг Риан с тобой поссорился по такому… ничтожному поводу?
Она кивнула, уже слегка встревоженная. Повод для ссоры действительно выглядел… неубедительно. Она до сих пор не понимала, на что именно Риан обиделся. Подумаешь, сказала, что все её танцы обещаны, что, кстати, было не совсем так. Два танца она приберегла для него, но собиралась сказать об этом не сразу, а уступив его просьбам и мольбам, как прежде обычно и бывало.
