– Прошу, – Эльна протянула мне овальное зеркало в серебряной оправе и тактично замолчала, я же потрясённо потерялась.

Я смотрела и задыхалась. Я ожидала увидеть кого угодно, но только не себя… двадцатилетнюю. Хотя нет, даже в двадцать я не была такой. В свои сорок с небольшим я была ухоженной привлекательной женщиной, владелицей сети фитнес-центров и салонов красоты. Я не прибегала к радикальным процедурам, но никогда не считала свою внешность божественным даром.

Теперь же на меня смотрела юная девушка редкой, почти нереальной красоты. Шоколадные волосы мягко обрамляли нежное лицо с тонкими, идеально выверенными чертами. Симметричное, изящное, будто сошедшее с полотна художника. И только глаза остались моими – бледно-зелёные с карими вкраплениями. Не зря их называют зеркалом души.

Я отложила зеркало и медленно подняла взгляд на Эльну. Она, кажется, неправильно поняла моё молчание.

– Не волнуйтесь, госпожа Кристель, ваша гордость – белоснежная фарфоровая кожа – вскоре вернётся, краснота спадёт и не оставит следа. А теперь позвольте, я закончу.

В её голосе мне послышались лёгкие ноты раздражения, и, честно, я её понимала: она же думала, будто я настолько тщеславна, что страдаю по утраченной красоте.

– Лорд Блейкмор сказал, что у меня есть отец… как он?

– К сожалению, без изменений, – почти всё моё тело было обмотано повязками, которые она аккуратно снимала, не забывая обдавать открытые участки прохладным касанием. Я не могла его объяснить и пришла к выводу, что это магия. Таким образом она обезболивала участок кожи, где снимала ткань.

– Мне кажется, что я в хорошем состоянии. Мне не нужно обезболивание.

– Уверены? – с лёгким интересом во взгляде поинтересовалась Эльна, на что я согласно кивнула. – Как пожелаете…

– Отведёте меня к… отцу после осмотра? – выдохнула я, ощущая колющий дискомфорт на коже. Как бы хорошо себя ни чувствовала, это было неприятно.

– Пока нельзя, – сочувственно протянула девушка, – он сейчас в закрытом коконе. Мы пробуем восстановить внутренние органы.

– Звучит не очень…

– Мне жаль.

Дальше она работала сноровисто, но молча, да и я пока была не готова продолжать разговор, наблюдая, как сантиметр за сантиметром из плена повязок вырывается моя новая розовая кожа.

Как там, интересно, настоящая Кристель? Во мне жила непоколебимая уверенность, что она сейчас в моём теле, и я искренне желала ей удачи, надеясь, что Ленка, как когда-то обо мне, позаботится и о ней. Что девушка найдёт в себе силы смириться с происходящим и разобраться в произошедшем. Мне моя авария не виделась случайной…

– А из-за чего произошло возгорание на фабрике отца? – нахмурившись, я почувствовала, как болезненно свело кожу на лбу, и тут же приняла безучастное выражение лица. Мне слышалось эхо голосов в голове, и их «двойники» стало обрастать смыслом. Мы ведь похожи не только внешне, но и судьбой, так может, и конец у нас обеих был не столь однозначен?

– Пока ведётся расследование, но, честно сказать, за подробностями вам лучше обратиться или к юристу вашего отца, или к секретарю. Они оба в коридоре, ждут, когда вы их примете. И кстати, я закончила. Вам доставили одежду, но я бы посоветовала пока воспользоваться пеньюаром или оставить нашу сорочку; боюсь, другие ткани будут чересчур грубы для вас. И горничную сюда не пустят; пока к вам допускаются люди по списку, заверенному лордом Блейкмором.

– Да что же это такое?! – моментально взвилась я, недовольно скривившись, но вновь пожалела о своей чересчур активной мимике.

Оголённую кожу приятно обдувал прохладный ветерок, но не сидеть же мне голышом целый день?! Потому, с лёгкой руки Эльны, я нашла невесомый пеньюар, выполненный из мягкой ткани. Девушка молча выполнила роль моей горничной, не возмутившись. Я же, кряхтя, уже жалела, что отказалась от обезболивания. Вот только гордость не позволяла попросить сейчас.

– Если что-нибудь понадобится, зовите меня, – собралась уходить Эльна.

– А как?

– На вашей тумбочке есть голубой оповещатель, – указала она на шар, что я ранее приняла за лампу. Прикусив губу, принялась гадать, как он работает, но спросить не решалась. Мне казалось, что настоящая Кристель даже с амнезией бы разобралась, ведь это что-то на уровне механической памяти.

– Позовёте моих посетителей?

– Хорошо, но только не долго. Мы не хотим, чтобы вам снова стало плохо!

– Конечно…

Я не стала ждать незнакомцев в постели и прошла к окну, наблюдая чудесный закат. Яркие рыжие всполохи отражались в воде и на белых фасадах зданий на другом берегу.

– Госпожа Кристель, – откашлявшись, позвал меня мужчина, и я сразу оглянулась.

Ему было около пятидесяти: высокий, поджарый, с пухлым портфелем подмышкой. Его острый взгляд внимательно следил за моими движениями.

– Добрый день! Надеюсь, лекари предупредили вас, что я ничего не помню…

– Да, и мне очень жаль. Я – господин Леруа, юрист вашего отца, а в коридоре ожидает его секретарь. Лекарь Варшлоу велел сильно вас не беспокоить.

– И потому вы решили растянуть удовольствие… Есть ли конфиденциальные вопросы, которые нам нужно обсудить наедине?

– На данный момент нет.

– Тогда пригласите и его. Быстрее начнём – быстрее закончим.

Секретарём оказалась невысокого роста женщина – Онора. На вид ей было слегка за тридцать, но с возрастом могла и случиться загвоздка. Ведь её абсолютно не красила причёска: морковного цвета волосы были гладко зализаны в низкий пучок, и казалось, что пряди слегка перетянуты, отчего глаза начали косить, да и платье было серым и мешковатым. Она настороженно смотрела на меня, ожидая… чего? Я же ничего не знаю!

– Будет лучше, если вы присядете и начнёте первыми. Я ничего не помню, а потому будет проще, если вы будете вести в беседе.

– Хорошо, – одобрительно качнул головой господин Леруа. – Господин Фоксгейт сейчас в состоянии анабиоза, и будь состояние дел иным, я бы не потревожил ваш покой, госпожа Кристель, но вы – его единственная дочь и наследница, а дела сейчас у предприятия вашего отца не очень.

– Понимаю… пожар, – качнула я головой, ещё не до конца осознавая размах случившегося.

– Верно. Пожар затронул три цеха и два склада. Причину возгорания ещё не установили, но на месте происшествия работают лучшие маги его величества. Шепчут, что это был поджог. Уцелевшие склады на данный момент усиленно охраняют боевые маги его величества. Скорее всего, от нас затребуют перевести вооружение под королевское покровительство, что было бы не самым лучшим вариантом. Не все партии были предназначены королю, но мы будем вынуждены ему их отдать. За сегодняшнее утро я получил множество писем от поставщиков с требованиями погасить долги по договорам; они боятся, что мы не выплатим. Заказчики также отправили запросы с требованиями подтвердить сроки и в случае несоблюдения вернуть деньги.

– Это непредвиденные обстоятельства…

– Я, конечно, именно так им отпишусь и укажу на нужный пункт в договоре, но сути это не меняет – нужно действовать. И это ведь ещё не всё. Есть люди… – он перевёл дыхание и продолжил: – В пожаре погибло семнадцать человек, ещё трое умерли по пути, девятнадцать находятся в лечебницах с ранениями разной степени тяжести. Пожар затронул жилые дома около фабрики, их потушили, но несколько семей остались без жилья. Люди паникуют, ваш отец… он всегда обладал авторитетом, что успокаивал и внушал доверие рабочим, сейчас же все в панике от неизвестности. Нужно принимать меры, а управляющий не уполномочен и на половину необходимых решений, особенно теперь, когда король отправляет своих людей.

– Где управляющий?.. – сипло выдохнула я, понимая, что настоящая Кристель влипла покруче, чем я.

– Он на месте происшествия, разбирает со всеми завалы.

– Поняла, – облизав пересохшие губы, я присела на постель, собирая мысли в кучу.

– Я понимаю, что вы сами не сможете разрешить данную ситуацию, но тогда нужно решить, кого вы выберете своим представителем.