Он провёл рукой по жирным волосам.

— Не дождусь, когда убью эту сучку Викторию.

Джуд напрягся рядом.

— И всю твою семейку тоже. Я говорил своему отцу десять лет назад, что пора прикончить твоего старика, но у него к нему была какая-то жалость. Ну и чем это нам помогло? — Он покачал головой и пнул землю. — Скоро он приедет. Уверен, в этот раз согласится дать мне тебя пристрелить. Не думаю, что он повторит свою ошибку.

Я раскрыла рот, чтобы попытаться его вразумить, но не успела — шум у здания привлёк наше внимание.

С другой стороны дороги въехали несколько тёмных внедорожников. Один из них с надписью Полиция Лаввелла на борту.

Волна облегчения захлестнула меня. Господи, спасибо.

— Flics! (*Копы) — закричали несколько мужчин, используя французский сленг для слова «полиция», и бросились к своим машинам.

Денис обернулся, когда подъехало ещё несколько автомобилей, и из них начали выскакивать полицейские в штурмовой экипировке.

Джуд схватил меня за руку, потянул и мы рванули в лес.

— Держите их! — заорал Денис, наставив на нас пистолет.

Джуд повалил меня на землю, когда пуля рикошетом ударила в дерево рядом. Раздались и другие выстрелы, отдаваясь эхом между стволами. Крики тоже. Кто-то отдавал команды через громкоговоритель, пока мы бежали.

Из склада выскочили мужчины: одни прыгнули в грузовики и, взметая гравий, рванули прочь, другие начали стрелять по полицейским машинам.

— На том уступе! — крикнул чей-то низкий голос. Почти сразу рядом взвилась струя земли, а потом в нашу сторону разрядили целую очередь. Джуд толкнул меня вперёд, прикрывая собой, пока мы бежали к месту, где оставили квадроцикл.

Преследователи были уже совсем близко, я спотыкалась о корни и камни. Чёрт, я не была уверена, что смогу их обогнать.

Внезапный глухой треск заставил меня замереть. Я подняла голову как раз в тот момент, когда сверху рухнула огромная ветка.

Джуд дёрнул меня за руку, но не успел — ветка ударила в бедро и отбросила меня на несколько метров.

Я рухнула на каменистую землю, и боль взорвалась по всей левой стороне. Я уже не стояла на ногах, но всё ещё двигалась — меня тянуло вниз.

Понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что я скольжу. Я судорожно хваталась за кусты, корни, за всё, что попадалось под руки, но бесполезно.

Скатывалась всё ниже, пока затылок не ударился о твёрдую поверхность. Перед глазами поплыло, и я перестала видеть и слышать Джуда.

Вокруг продолжались крики, выстрелы, визг шин… но Джуда не было.

Боль, головокружение… и пустота там, где была его надёжная рука.

— Мила, — донёсся голос. — Ты в порядке?

Надо мной стоял мужчина.

И это был не Джуд.

На нём был жилет, а на шее — блестящий жетон.

— Мила, это специальный агент Портной, — сказал он. — Можешь подняться?

Я открыла рот, чтобы ответить, но боль отозвалась в голове резким, пульсирующим ударом.

Он был из ФБР. Всё сходилось. Значит, они действительно приехали. Моя информация оказалась верной.

Но где же Джуд?

— Давай помогу, — он протянул руку. — Я выведу тебя в безопасное место. Теперь ты в порядке.

Я слегка кивнула, от этого кивка мир поплыл перед глазами, и потянулась к его руке, пытаясь приподняться.

Пока я собиралась с силами, чтобы подняться на ноги, моя ладонь всё ещё была в его, и рукав его форменной рубашки сдвинулся.

На запястье, переходя на тыльную сторону ладони, темнела татуировка: толстый ствол, колючие ветви.

Тис.

Джуд

Я смахнул грязь с жгущих глаза. Где, чёрт возьми, Мила? Шум вокруг разросся до оглушительного рева — визг шин, выстрелы, гремящие сквозь деревья.

В голове стоял туман, а в бедро полоснула резкая боль. Я прижал ладонь к ране и, нащупав кровь, почувствовал, как внутри всё обрывается.

Джинсы были разорваны. Кровь и грязь — вот и всё, что я видел.

Но это не имело значения. Единственное, что важно, — Мила. Мне нужно было её найти. Защитить.

Я поднялся на ноги, ухватившись за тонкое деревце, чтобы устоять. Окинул взглядом окрестности в поисках Милы, с облегчением заметив, что на поляну хлынули люди из правоохранительных органов. Людей было повсюду полно. Хромая, я пошёл к ним, громко зовя её по имени, и стал спускаться по небольшому откосу к месту, где стояли грузовики.

Она должна быть здесь. Она должна быть в порядке. Другого варианта я даже не допускал. Найду и вытащу отсюда.

Полицейские были заняты: кого-то заковывали в наручники, кого-то догоняли. На меня никто не обращал внимания, и я продолжил хромать прямо в самую гущу событий.

Я уже поднимался на небольшой холм, когда увидел её. Она прижимала руку к плечу и шла быстрым шагом к зданию в сопровождении мужчины в жилете и с жетоном.

Я с облегчением выдохнул. Отлично.

Прибавил шаг, почти перешёл на бег, не обращая внимания на нестерпимую боль. Главное — она жива. Надо лишь добраться до неё.

Когда они чуть повернулись, я узнал её спутника. Портной.

Ещё лучше. Парня я не любил, но был уверен: он сможет её защитить.

Я сбавил шаг, перешёл на неловкую походку, уступая дорогу машинам, мчавшимся с места событий. Обогнул здание там же, где минутой раньше прошла Мила, и увидел несколько мужчин на погрузочной платформе. Они затаскивали в грузовик огромные резиновые контейнеры.

А рядом с ними стоял директор полевого офиса ФБР в Портленде.

В животе всё похолодело.

Рука Портного на плече Милы оказалась вовсе не защитным жестом, как я думал. Нет — он толкал её к зданию.

Я снова бросился вперёд.

— Мила! — крикнул я.

Она обернулась. Её лицо было искажено болью, в царапинах и грязи, уставшее.

— Джуд, нет, — резко замотала она головой.

Портной дёрнул её за плечо, заставив вскрикнуть, и направил на меня оружие.

Я вскинул руки, стараясь говорить ровно.

— Брайс. Отличная работа, мужик. Но Миле и мне надо убираться отсюда.

Он усмехнулся.

— Нет. Она садится в грузовик. — Он кивнул туда, где люди в спешке грузили ящики. — Я ищу эту суку больше года. — Он схватил её за волосы, и Мила вскрикнула. — Столько проблем ты мне доставила… Но не волнуйся. Мы не повторим ошибку с твоим братом. На этот раз ты умрёшь ещё до того, как мы закончим.

На его лице застыло самодовольство, в жестах — уверенность. Вид человека, который уверен, что уже победил. Всю жизнь он выглядел серой посредственностью, бюрократом, которому доверяли, с кем сотрудничали… А всё это время он был преступником?

Меня подступила тошнота. Мила поймала мой взгляд. У меня не было оружия, никакой подготовки, да ещё и нога сильно пострадала. Но я ни за что не позволю ему прикоснуться к ней.

Она молча умоляла меня глазами, чуть качнув головой. Не хотела, чтобы я рисковал. Я понял это. Но выхода не было.

Портной отвлёкся на погрузку грузовика. Я стал медленно сокращать дистанцию. Пистолет был в его руке, но палец не лежал на спусковом крючке.

Он меня не считал угрозой. Прекрасно.

Я снова взглянул на Милу, едва заметно кивнул в сторону оружия. Её глаза расширились. Я поднял брови. Его хватка ослабла. Он решил, что она подчинилась. Ошибка.

Мила никогда не была сильна в том, чтобы следовать приказам.

Оказавшись в паре метров, я подал ей знак.

Она схватила его за руку и рванула вверх, направив ствол в небо. Я рванул вперёд изо всех сил, пригнувшись и выставив плечо.

Когда я врезался в него, раздался выстрел, но адреналин заглушил всё. Мы рухнули на землю, и я начал бить. Удары сыпались один за другим, и я получал свои, пока мы боролись за контроль.

Мила кричала, вокруг раздавались новые выстрелы, но я был сосредоточен лишь на одном — вбить этого ублюдка в землю так, чтобы он никогда больше никому не навредил.

Я никогда не любил драться. Всегда предпочитал улаживать конфликты. Но злость, что пульсировала в моих венах, была безграничной. Он наставил пистолет на Милу. Он угрожал ей и моей семье. Всё. Кончено. И если за это я окажусь в тюрьме — пусть.