— Я предоставила доказательства, — напомнила я. — И понимаю, как работают процедуры и поправка о незаконных обысках. Но если арестованы только семеро, остальные двадцать шесть продолжат готовиться к завтрашнему плану.

— Завтра ничего не будет, — уверенно заявил Портной. — У нас нет твёрдых данных.

Холод пробежал по коже. Завтра точно что-то будет. И немалое. Арест Разора ничего не изменит. Такие, как Чарльз Хаксли, действуют с математической точностью. У них всегда есть запасные варианты.

— Ты отлично поработала, Мила, — сказала Паркер. — Они в панике. Именно так и строятся дела. Колёса уже крутятся, и справедливость восторжествует.

Как бы мне ни хотелось ей верить, нутро подсказывало — всё ещё далеко не закончено.

— Скоро сможешь вернуться домой, — мягче добавила Паркер.

— Как можно скорее, — перебил Портной. — Нам нужно вас допросить. Можем прислать самолёт…

— Нет, — отрезала я. — Мы сами свяжемся с Финном и договоримся о поездке. Здесь уже темно.

Ещё несколько минут разговора и мы отключились. Я тут же вытащила ноутбук из рюкзака.

— Где внешний аккумулятор?

Джуд вскочил.

— Сейчас.

Мы установили ноутбук и телефон на маленький столик и подключили оба к зарядке. Затем я запустила запись с покерной игры. Потом ещё одну. За последний год я собрала их немало.

Пока на записи мужские голоса обсуждали пятницу тринадцатое, а в фоне звенели бокалы и щёлкали фишки, я закрыла глаза, переносясь в тот прокуренный зал, вспоминая лица за покерным столом, заказы напитков, что я приносила.

Минут через несколько меня начала разъедать нетерпеливость. Я встала и зашагала по крошечному пространству, перебирая пальцами волосы.

— Всё это всё равно случится завтра, — сказала я. — Я чувствую это нутром.

— Давай позвоним Паркер.

Я подняла руку, останавливая его.

— Не надо. Она подумает, что я сошла с ума. Мне нужно подумать.

У окна я развернулась и уткнулась в грудь Джуда. Он обнял меня и прижался губами к макушке.

— Что бы это ни было, ты разберёшься. Ты умница.

Его слова зажгли внутри крошечную искру надежды.

Я мягко высвободилась.

— Можем ещё раз взглянуть на карту территории, закрытой из-за летучих мышей?

— Конечно.

Экран ноутбука был небольшим, но мы просмотрели карту по частям, изучая последние запреты.

— Где был пожар? — спросила я. — В Sinistre Nord.

Джуд снял очки и, воспользовавшись краем футболки, протер их, покачав головой:

— Трудно сказать, глядя на эту карту. Но это было на северной части нашей земли, у границы с государственным участком.

— И часть этой территории сейчас попала в закрытую зону?

Прищурившись, он то отдалял, то снова приближал изображение.

— Возможно. Пожар случился ещё до моего рождения, но я знаю, что он уничтожил старую речную дорогу. — Он провел пальцем вдоль реки. — Она шла вот здесь.

— И это одна из тех дорог, по которой, как мы подозреваем, они сейчас пользуются?

— Логично предположить, ведь это прямой путь в Сент-Луиз, — сказал он. — Давай посмотрим одну из больших аэрофотокарт.

Он покопался в моих папках и нашёл нужную.

Когда изображение загрузилось, мы некоторое время молча его изучали.

— Смотри, — сказала я, заметив тропу вдоль реки. Чем больше я думала, тем логичнее это выглядело. — Если идти на запад, упираешься в границу, где мы знаем, что они переходят её, чтобы избежать обнаружения. — Я провела пальцем вниз по карте, прокручивая изображение. — А если следовать по речной тропе...

— Чёрт. — Джуд провёл рукой по лицу. — Это ферма Пайн-Холлоу.

Мы переглянулись. Примерно посередине между границей и фермой, где мы видели внедорожники, находилось то, что мы искали. Место, которое постепенно внесли в зону охраны летучих мышей.

— Значит, большую дорогу расчистили, а потом пожар уничтожил старые деревья?

— Да.

— И это глубоко в охраняемой зоне, где вообще нельзя ездить на машинах? — Я приподняла бровь. — Вот оно, это место. — Я постучала пальцем по экрану. — Они создали сеть дорог и троп для перевозки наркотиков и, кто знает, чего ещё, из Канады. Пожар расчистил значительную часть земли, освободив место для дорог и, возможно, для чего-то большего.

Джуд задумчиво хмыкнул.

— То есть ты хочешь сказать...

— Здесь должен быть их узел. Прямо в центре охраняемой зоны. Добраться трудно, никаких пещер тут нет. Смотри на рельеф.

Отблеск экрана отразился в его линзах, когда он вглядывался в карту.

— Да, точно, никаких пещер, где могли бы гнездиться летучие мыши.

— Вот именно. Из сотен гектар именно этот участок они решили «защитить». И мы знаем почему. Это удобная середина между двумя точками, и сама природа сделала часть работы, расчистив лес.

Джуд откинулся на спинку стула и нахмурился.

— Почему же полиция или ФБР до сих пор ничего не нашли?

— Они по-прежнему уверены, что дорог туда нет. — Я поёрзала на стуле. У меня были и другие догадки, но это было моё основное чувство. — Прошло всего два дня. Никто пока не станет тратить ресурсы на то, чтобы отправлять людей на много часов вглубь леса.

— Как далеко это отсюда? — Я снова коснулась экрана.

— На квадроцикле?

Я кивнула.

— Далеко. Если тропы сухие — часа два или три.

— У нас хватит бензина, чтобы доехать?

— У нас две полные канистры. Так что да, доехать точно хватит. Но обратно — уже нет.

Я снова вгляделась в карту. Если где-то и происходило что-то важное — то именно там.

— Что будем делать?

Я вспомнила, как меня преследовали Рэйзор и его прихвостни. Вспомнила бедного Хьюго, лежащего в коме в Бостоне, и то, что семью Джуда преследовали долгие годы.

И поняла, что должна сделать.

— Я поеду туда завтра, — сказала я.

Он резко выпрямился.

— Нет.

Я подняла руку.

— Я прошу тебя поехать со мной. Это глупо и опасно, но если мы сейчас сдадимся, они могут полностью уйти от наказания. А я проведу всю жизнь, бегая и спя вполглаза.

— Но...

Я сжала его руки.

— Джуд, я люблю тебя и хочу будущего с тобой.

Его тёмно-синие глаза широко раскрылись.

— Но у нас не будет будущего, если мы это не закончим.

— Вместе? — спросил он, и этот единственный вопрос удивил меня.

Я кивнула.

— Вместе. Но... — я выдохнула. — Мы можем погибнуть.

— Я готов рискнуть. Я поклялся защищать тебя любой ценой и сделаю это.

Нам нужен был план: ещё немного изучить карты и придумать, как снять фото или видео, которые отправят этих ублюдков за решётку.

— Здесь есть оружие?

— В сарае охотничье ружьё. Его, наверное, надо почистить.

— Ты охотишься?

Он покачал головой.

— Здесь водятся медведи. Обычно они держатся подальше, но лучше быть готовым.

— Стрелять умеешь?

Он усмехнулся.

— В медведя? Да, если придётся.

— А в людей?

Он побледнел. Мой милый лесоруб был любовником, а не бойцом.

— Если придётся.

Я поднялась на носки и поцеловала его.

— Хорошо. Убедись, что квадроцикл заправлен и готов. А я поищу карты и составлю план.

— Ты уверена, что нам не стоит позвать подкрепление? Мы вдвоём не сможем разобрать целую сеть торговцев людьми.

Он, конечно, был прав. Мы не сможем их всех перехватить, значит, придётся действовать скрытно и просто наблюдать. Вмешаемся — только если это будет абсолютно необходимо. Судя по его описанию местности, подходов там достаточно, и леса хватит, чтобы нас не заметили.

— Я женщина. А значит, меня постоянно недооценивают. Мы этим и воспользуемся. — Я поднялась. — Пошли работать. Эта преступная сеть сама себя не уничтожит.

Он обнял меня, крепко сжав за зад.

— Я чертовски люблю тебя, Беда.

Джуд

Безумие.