— Мы все сломаны, — сказал я. — Папа нас здорово подкосил. Но мы — всё, что у нас есть. Я тебя не ненавижу. И не хочу, чтобы ты ненавидел меня. Да, ты многое испортил. Но всё ещё можно исправить. И я твой брат. Я рядом.

Мы стояли, глядя в лес, пока он плакал. И я позволил ему. Мы не могли переписать прошлое. Но я вдруг понял: и не обязаны в нём жить. Можно отпустить. Можно простить. Себя. Его. Всех.

— В общем, — пробормотал он, вытирая нос рукавом худи. — Лайла пришла ко мне и всё рассказала про вас. Я вёл себя с ней как полный мудак.

Во мне вспыхнула злость, но я тут же погасил её.

— Мы с ней с самого начала были не той парой. Просто дети, которые пытались хоть как-то понять, кто они. Я был ужасным парнем.

Он провёл руками по волосам.

— Но когда она говорила о тебе... я видел, как у неё светились глаза. Ты для неё — что-то настоящее.

Это было щедро с его стороны. Учитывая, каким придурком он был по отношению к ней, я ожидал худшего. Но, видимо, слова Лайлы всё-таки дошли до него. Я никогда не видел Коула таким... искренним.

— Но, — добавил он, резко повернувшись ко мне и выпрямившись во весь рост, — даже если между нами всё кончено, это не значит, что я не вмешаюсь, если ты её обидишь.

— Я никогда её не обижу, — рявкнул я. Хотя... могу ли я это обещать? Она ведь так расстроилась, когда я предложил оплатить учёбу. А я просто отмахнулся, не выслушав. Мне тоже есть, над чем работать.

— Она заслуживает лучшего, Оуэн. Я доверяю тебе. Не облажайся.

Я кивнул.

— Клянусь.

Мы постояли ещё немного, пока холод не начал пробираться под одежду. Я ткнул его локтем.

— Пошли спать. Завтра Гас поднимет нас ни свет ни заря.

К пяти утра я уже осушал вторую кружку кофе. Гас появился из темноты и хлопнул меня по спине — бодрый, собранный, как будто родился для всего этого.

Впрочем, возможно, так оно и было. Здесь, в лесу, он был в своей стихии. Настоящий лидер, стратег, человек, к которому все прислушиваются. Чтобы понять, кто я есть, мне пришлось уехать из Лаввелла. А Гасу — всего лишь выйти в лес.

С каждым днём мне всё больше хотелось верить, что когда всё это закончится, мы не разойдемся по разным дорогам. Несмотря на то что по возрасту мы почти ровесники, сейчас казалось, будто я только начинаю по-настоящему узнавать его.

— Мы справимся, — сказал он с широкой, по-настоящему редкой улыбкой. Сквозь бороду даже зубы было видно. — Если будем держаться графика, закончим всё в срок.

Я только хмыкнул в ответ и огляделся. Коул проверял топливо и вёл учёт, Майк закреплял груз, который Джуд только что уложил краном. Всё слаженно, как симфония лесорубов. Каждый на своём месте, каждый знал, что делать.

— Я горжусь тобой, — сказал Гас.

В груди защемило. Я оторопел от таких слов.

— Мною? Я просто помогаю, стараюсь не мешать.

— Нет, ты не просто помогаешь. Мы вчера продвинулись так далеко только благодаря тебе. Кто-то же должен сверять списки и отдавать команды. У тебя это выходит отлично.

Я покачал головой. Моя цель была простой — не мешать и убедиться, что работа идёт.

— Сначала я сомневался в тебе, городской ты наш. Но ты меня удивил. С тех пор как вернулся, пашешь как вол. Знаю, ты не любишь это место, но ты поступил правильно. Пришёл, когда мы в тебе нуждались. Я тебе за это всегда буду благодарен.

Я едва не пошутил — не выдерживал серьёзности момента. За всю мою жизнь Гас, кажется, ни разу не говорил со мной так долго.

— Спасибо, — только и ответил я. — И, кстати, ты сам просто чёртов профессионал. Жаль, что отец столько лет не подпускал тебя к управлению.

Он пожал плечами.

— Я уже смирился. Главное — чтобы парни были в порядке.

Он кашлянул, хлопнул в ладони и снова перешёл в рабочий режим.

— Всё, разговор окончен. Пошёл работать. Завтра вечером отмечаем в Лосе. Я угощаю.

Часы пролетали незаметно. Каждый выполнял свою часть, делал перерывы, и работа шла как по маслу. Машины, которые уехали вчера, вернулись — мы начинали заново.

Я стоял на платформе для загрузки, на уровне кузова, считал брёвна, проверял размеры и по рации передавал Джуду, если нужно было скорректировать вес или баланс.

Коул был внизу, подавал сигналы флажками, указывая, как размещать деревья в кузове. Его рост и длинные руки тут были как нельзя кстати.

Мы работали слаженно. Коул после нашего разговора стал другим. Это звучит как клише, но правда — время в лесу шло как-то иначе. Оно нас объединяло. Мы становились братьями не только по крови, но и по духу. И, что важнее, начали получать от этого удовольствие.

Коулу ещё долго идти вперёд, но он уже в пути. Возможно, дело в Лайле. А может, в том, что мы стали сплочённой командой. Но я впервые начал сочувствовать ему. Он потерял всё — свою карьеру, себя самого. И Лайлу. А потерять её... такое бы сломало и меня.

Так что я рад, что мы начали мириться. Это займёт время, но он заслуживает нового шанса. И я буду рядом, если он позовёт.

Он показал, что следующий ствол готов. Я отступил на шаг, зафиксировал в уме диаметр и приблизительный вес сосны.

Джуд медленно поднял его и стал плавно поворачивать стрелу крана.

И тут раздался оглушительный треск.

А потом всё погрузилось во тьму.

Лайла

Я не могла думать. Не могла дышать. С того самого момента, как я ответила на звонок, меня окутал липкий, всеобъемлющий страх.

Гас позвонил после полудня. Сказал, что произошёл несчастный случай. Оуэн пострадал. Его увезли на вертолёте в больницу.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Адреналин подскочил до небес. Всё тело трясло, зубы стучали.

Как-то, на автопилоте, я добралась до госпиталя в Бангоре.

Пройдя мимо ресепшена, я прямиком направилась в отделение интенсивной терапии. Разъярённая медсестра крикнула, когда я подбежала к стойке.

— Я ищу Оуэна Эберта, — выдохнула я, едва справляясь с паникой.

— Вы ему родственница?

Я замялась. По факту — нет. Но я должна была его увидеть. Должна убедиться, что он жив. Моё сердце вот-вот должно было взорваться. Поэтому я просто развернулась и побежала дальше, вчитываясь в имена на досках у дверей палат.

— Эй! — закричала она, идя за мной. — Это закрытое отделение! Вернитесь сейчас же!

Я перешла на бег. К чёрту правила. К чёрту вежливость. Я найду его.

— Девушка! — выкрикнула она снова. — Я вызову охрану!

Я свернула в очередной коридор — сколько ж можно, как огромна эта чёртова больница? — и налетела на двойные двери. Одну я распахнула, вбежала внутрь… и резко остановилась.

Я попала в тихую зону ожидания.

Где сидела вся семья Эбертов. И все они уставились на меня.

Медсестра ворвалась следом.

— Эта женщина должна уйти. Она мешает пациентам.

Гас поднялся с места.

— В чём дело?

— Она не из семьи. Носится по отделению, как сумасшедшая. Нэнси на ресепшене уже вызвала охрану.

Я развернулась к ней и прищурилась. Она действительно думала, что может не пустить меня к Оуэну? Забавно. Только если охрана меня не парализует. И то — я через окно полезу.

Я упёрлась руками в бёдра.

— Я его…

— Ассистентка, — перебил Гас.

Медленно я повернулась к нему.

— Ты, — процедила я и со всей силы врезала ему в грудь, — должен был его защитить. Ты должен был его уберечь!

— Кто эта женщина? — снова завопила медсестра. Дверь открылась, и внутрь вошёл охранник — на удивление добродушный с виду.

— Я Лайла, — сказала я, обращаясь к собравшимся.

Дебби сидела с вязанием в руках, пальцы дрожали, взгляд прикован ко мне. Джуд — рядом с ней, с опущенной головой, вцепившись в волосы. Финн стоял, обнимая Адель за плечи — она откинулась в кресле, руки лежали на её беременном животе. В углу, склонившись над телефоном, сидел Коул — он поднял голову, волосы упали на глаза.