Оуэн, немного дрожащими руками, поднял телефон, снова подсоединил к зарядке и глубоко вдохнул, грудь его вздымалась, затем опадала.

— Оуэн? Что происходит?

— Прости, Сара. Я уронил телефон. Ты правда сказала то, что я думаю?

— Абсолютно. Это реальные деньги. Честно говоря, больше, чем вы стоите, но нас это не волнует. И есть ещё хорошие новости: они планируют оставить компанию работающей на месте и сохранить сотрудников.

Я облегчённо выдохнула. Если Hebert Timber продолжит работать, пусть даже частично — это сохранит рабочие места в Лаввелле. И вся эта земля, и труд нескольких поколений не пропадут впустую.

— Но есть условия, — предупредила Сара.

— Мне всё равно, какие. — Голос у него был уже собранным, решительным. Его деловой тон, от которого у меня всегда внутри дрожало. — Мы справимся. Это лучше, чем мы могли надеяться.

— Отлично. Я пришлю письменное предложение, как только оно будет у меня.

Он сбросил вызов, сделал три шага и подхватил меня на руки. Вся моя обида испарилась, когда он закружил меня по комнате, сияя так, что я думала у него лицо треснет от счастья.

— Ты это сделал, — тихо сказала я.

— Нет, Лайла. Мы это сделали. — Он поставил меня на пол и крепко держал за руки. — Я многим тебе обязан.

Плечи у него расслабились, до него, кажется, только сейчас дошло, что всё действительно складывается.

Он прижал меня к себе, и я обняла его в ответ, впитывая момент. Нам нужно было поговорить. О многом, судя по всему. Но я не хотела портить эту минуту.

— Чёрт, столько всего нужно сделать. — Он отстранился. — Надо всё просмотреть, обсудить с Гасом, проверить грузовики… — Он потянулся за телефоном, но было уже после девяти.

Я приложила палец к его губам.

— Завтра, — прошептала. — Просто насладись этим моментом.

Он обмяк в моих объятиях и снова поцеловал меня.

— Я ни с кем не хочу делить эту радость, кроме тебя.

Я должна была бы продолжить разговор. Поставить границы. Быть взрослой. Но его поцелуи были такими тёплыми, такими нужными… что я позволила себе отложить всё на потом.

— Тогда отведи меня в постель, — прошептала я, — чтобы мы могли по-настоящему отпраздновать.

Оуэн

Я почти не сомкнул глаз. В голове всё гудело, и мне не терпелось заняться делом. Поэтому я оставил Лайлу спящей в своей постели в домике и выехал рано утром.

До основной лесозаготовительной базы было примерно полтора часа по извилистым дорогам, уходящим в чащу, но я знал, что такие новости нужно сообщать только лично. Спутниковый телефон тут не справился бы.

С тех пор как я начал выезжать в лес и помогать, я неплохо изучил местность и стал получать удовольствие от поездок — особенно до главного лагеря, где мы штабелировали и подготавливали древесину для отправки на лесоперерабатывающий завод.

Пользы от меня, конечно, было немного. Обычно я ходил с планшетом или блокнотом, всё записывал, взвешивал, отдавал команды по рации. Но это был вклад. И теперь я по-настоящему понимал, через что каждый день проходил Гас.

— Гас, у меня новости! — крикнул я, как только заглушил мотор.

— Что ты здесь делаешь? — Он, как всегда, был в джинсах, фланелевой рубашке и поношенных ботинках, поверх — оранжевый жилет. Снял гарнитуру, выбрался из кабины и ловко соскользнул вниз, махнув ребятам на земле, чтобы выключали технику.

— У меня новости, — повторил я, едва сдерживаясь, чтобы не подпрыгивать на месте. Я был на взводе, не мог усидеть на месте, а долгая дорога только подогрела этот зуд в груди.

Он нахмурился.

— Ты не мог просто позвонить?

— И ждать, пока ты соизволишь перезвонить?

— У меня тут вообще-то работа, — он развёл руками, показывая на шум и движение вокруг. — Но ладно, раз уж приехал — рассказывай.

Я кивнул в сторону небольшого домика и быстро направился к нему, не оборачиваясь, пошёл ли он за мной. Как только мы оказались внутри, я развернулся на каблуках, с улыбкой до ушей.

— Нам сделали новое предложение.

Он почесал бороду и фыркнул.

— У нас уже есть предложение. Ты сам сказал, оно говённое, но другого выхода нет.

— Это другое, — покачал я головой. — Компания называется Strategic Timber, из Канады. Инвестируют в устойчивое лесопользование. Они предлагают вдвое больше, чем Carson Group, и хотят сохранить производство.

Он осел в кресло за столом.

— Да чтоб меня…

— Ага. — У меня сердце готово было выскочить из груди. — Это цифра, которую я до сих пор не могу уложить в голове. Хватит, чтобы вы все были в порядке, чтобы всё выплатить и раздать премии тем, кто остался с нами до конца.

— А Carson?

— Сара свяжется с ними сегодня, даст шанс перебить. Но с учётом того, как они тянули кота за хвост последние месяцы и, скорее всего, просто хотят распродать активы — сомневаюсь, что они захотят продолжать.

Гас включил кофеварку на деревянной полке. Каждое его движение было медленным и выверенным.

Я готов был подпрыгивать от нетерпения.

— Серьёзно? Это твоя реакция?

Он долго смотрел на меня, с лицом, на котором невозможно было что-то прочесть:

— Дай мне это переварить.

Он не спеша приготовил два стакана кофе, как будто варил зелье. Только когда всё было по его вкусу, протянул мне одну кружку, сам сел обратно и неторопливо сделал глоток.

— Надо брать, — сказал он спустя, наверное, пять минут тишины.

Наконец-то.

— Согласен. Но…

Он приподнял одну бровь, не отрывая кружку от губ.

— Есть условия, — сказал я. — Первое: мы должны завершить все открытые заказы.

Простой кивок.

— Этим мы как раз и занимаемся.

Я поморщился, готовясь к бурной реакции.

— До десятого июня.

— Ты издеваешься? — Он резко выпрямился. — Это через три недели. — Поставил кофе на стол, начал мерить кабинет шагами. — Можно попробовать вызвать Майка, перегруппировать ребят… — Он развернулся, вернулся ко мне и провёл рукой по волосам, нервно дёрнув прядь. — Если Финн сможет поднять команду на север, это бы сэкономило время.

Вот что я больше всего ценил в своём брате — его способность мгновенно просчитывать и выстраивать логистику: людей, технику, деревья.

— Мне нужно сделать пару звонков.

Я прочистил горло.

— Есть ещё кое-что.

Он остановился и скрестил руки, ожидая.

— По условиям сделки ты, Огаст Гэбриэл Эберт, должен остаться на посту операционного менеджера как минимум на год.

Разочарование промелькнуло в его глазах, но исчезло так же быстро, как и появилось. Лицо вновь стало непроницаемым.

— Ладно, — буркнул он.

— Подожди. Подумай об этом. Я не хочу, чтобы ты потом чувствовал себя обманутым.

— Тут нечего обсуждать, — покачал головой Гас. — Нашей семье это нужно. Нашему городу это нужно. Видел парней снаружи? — Он кивнул в сторону двери и приподнял бровь. — Они остались со мной, несмотря ни на что. Я не собираюсь ставить под угрозу их работу и их семьи. Джуд, Ноа, Коул... Чёрт, у Финна вот-вот родится ребёнок. Я не стану забирать у них деньги с ужина.

Типичный Гас. Когда ему давали выбор — позаботиться о себе или о других, он всегда выбирал второе.

— Но у тебя же уже есть другое предложение...

— Неважно. — Его лицо стало жёстким, непроницаемым.

— А ты уверен, что сможешь работать на кого-то другого? После всего?

— Разберусь. — Его плечи напряглись, жилы на шее натянулись. — И вообще, мы ничего не потеряли. Это отец всё просрал. Это на нём.

У меня сжалось в груди от этих слов. Гас всегда брал на себя полную ответственность за все аспекты бизнеса. Он долго отказывался винить отца. Но, похоже, теперь и он начал видеть вещи так же, как мы.

— Обсуждению не подлежит. Говори с юристами. Занимайся своей финансовой ерундой. А я всё устрою.

— Ладно… — выдохнул я.

— Серьёзно. А теперь убирайся обратно в офис. Мне надо продумать, как выполнить объёмы вдвое быстрее, чем я рассчитывал. Сегодня вечером приеду в город — обсудим, что придумал.