— Рад вас видеть, миссис Соуса.

Она засмеялась и махнула рукой.

— Зови меня Карен, ты уже взрослый. Мы так рады, что ты вернулся.

Мама всё ещё держала меня за руку и притянула ближе.

— А это Чарльз Хаксли.

Высокий тип встал, пожал мне руку.

— Очень рад познакомиться. Дебби столько о тебе рассказывала.

Меня передёрнуло. Надеюсь, незаметно. Мне потребовалось всё самообладание, чтобы не рвануть в туалет и не вымыть руки до красноты. От него исходило какое-то скользкое обаяние, от которого мутило. Белоснежные зубы, загар не по сезону — в штате Мэн в это время года так не бывает.

— Я столько лет пыталась найти Дебби хорошего мужчину, — сияя, сказала Карен. — И вот, наконец, мы на двойном свидании.

Слово свидание ударило по мне, как пощечина. Свидание? С этим?

Этот тип был в галстуке Hermes. В тот момент я мысленно пообещал себе сжечь все свои, когда вернусь в Бостон. Не уверен, что смогу носить их, не испытывая отвращения.

— Мам, — сказал я. Голос вышел напряжённым, но ничего с этим не поделать. — Ты с ним встречаешься?

Она похлопала меня по руке.

— Оуэн, это просто ужин с друзьями. — Её улыбка стала почти хищной. — А ты мне так и не сказал, что здесь делаешь.

В её взгляде читалось предупреждение. Молчаливое: Не вздумай сейчас устраивать сцену. Что ж, пока я промолчу. Все вопросы — позже. После пары часов с боксёрской грушей и разговора с братьями.

Я хоть и не вёл дела компании напрямую, но знал — Гас, если нужно, мог бы «убрать» этого типа где-нибудь в лесу. Без следа.

— Встретился с другом поужинать, — пробормотал я, как раз в тот момент, когда в кармане трижды завибрировал телефон. Чёрт. Надо было срочно предупредить Лайлу.

Мама взглянула на пустой стол.

— А где она?

Я едва сдержал вздох. Конечно, она сразу решила, что это она.

— Вышла на пару минут. По работе. — Пожал плечами. — Пойду, проверю.

Сунув руки в карманы, я развернулся и направился обратно. Лишь дойдя до середины зала, вытащил телефон.

Лайла

Вот же... мать твою.

Окей, тут становится странно. Вылезу через окно и встречу тебя у машины.

Или... может, пробраться через кухню? Можешь скинуть фотки плана помещения, чтобы я спланировала маршрут побега?

Меня накрыла волна усталости. Мало того, что моя мать встречается с кем-то, от кого у меня встаёт дыбом шерсть на затылке, так ещё и Лайла готова вылезти из окна, лишь бы не попасться с нами в одном кадре. Прекрасно.

Я

Или ты можешь выйти и... просто признаться. Что мы вместе.

Лайла

Твоей маме? Она меня возненавидит навсегда.

Я

Мы об одной Дебби Эберт говорим? Среднего роста, с короткой стрижкой, печёт пироги и вяжет шарфы?

Лайла

Я не смогу на неё смотреть. Кто ещё с ней?

Я

Шеф Соуса, его жена и Чарльз Хаксли. Не знаю его, но не доверяю.

Теперь этот Чарльз сидел во главе стола, явно развлекая всех какой-то историей. Скорее всего, про гольф. Такие всегда думают, что их байки про гольф — пик остроумия. Смех мамы прокатился по ресторану и ударил мне в голову, как кулаком.

Лайла

Подожди. Твоя мама на свидании?

Я

Я не могу сейчас об этом говорить. У меня, похоже, начинается приступ ярости.

Лайла

Это всё слишком. Нам нужно уходить.

Сердце у меня было сжато и будто застряло в горле. Я до безумия хотел уйти. Но ещё больше — остаться и спасти хоть какие-то остатки романтического ужина с Лайлой. Этот день был таким идеальным… и вдруг всё полетело к чёрту.

Я

Что мне им сказать?

Лайла

Скажи, что ты пришёл на свидание, а она тебя продинамила.

Я

Прелестно, спасибо. К тому же твой бокал наполовину полон и на нём отпечаток помады.

Лайла

Придумай что-нибудь.

Может, отвлечь их? Поджечь что-то маленькое?

Я

Без пожаров, пожалуйста.

Лайла

Окей. Медицинская экстренная ситуация. Имитация.

Я

Это безумие. Дыши. Подойдём к ситуации как взрослые люди.

Лайла

Удачи тебе с этим. Я пойду автостопом до Лаввелла.

Я

Прекрати. Если хочешь уйти — я что-нибудь скажу и догоню тебя в машине.

Лайла

Чёрт, я так хотела это ризотто с морскими гребешками.

Я

А если я попрошу всё с собой?

Лайла

Оуэн Эберт, ты мой любимый человек на свете.

Я подозвал официантку, попросил упаковать наш ужин с собой, расплатился и вернулся к столику мамы и её компании, чтобы попрощаться. Рассказал им, что мой «друг» срочно уехал по делам. Они, конечно, предложили присоединиться к ним — я вежливо отказался. Я бы скорее лёг на доску с гвоздями, чем сел за тот стол.

В итоге мы с Лайлой ели ужин в моей машине на парковке. Это было очень далеко от того красивого вечера, который я себе представлял.

Я был отвратительным собеседником, уверен. Раздражение и растерянность сожрали меня изнутри. Да, мы договорились держать всё в секрете. Я понимал её опасения — что подумают люди, как воспримут. Я уважал её решение прожить последние пару месяцев в Лаввелле без драмы.

Но всё это начинало напоминать отказ. Сколько бы я ни уважал её чувства, мои — будто растоптали. Да, между нами были препятствия. Идеальной нашу ситуацию не назовёшь. Но после всего, что между нами было, мне хотелось верить, что она уже могла отпустить страх быть разоблачённой.

Потому что я был влюблён в неё. Целиком. Без остатка. Я ещё не говорил ей этого. Если бы сказал — она бы решила, что я сошёл с ума. Но с той самой ночи в Бостоне, когда мы танцевали на гала-вечере, я знал: она — моя.

И даже тот факт, что время с ней таяло на глазах, был менее мучительным, чем необходимость прятаться по туалетам, чтобы нас не увидели вместе.

Я кипел внутри. Хотелось выместить эту злость на чём-то. Вместо этого я набрал Гаса и подключил к разговору Джуда и Финна, пока мы ехали обратно в город.

— Надеюсь, это важно. У нас тут почти роды, — недовольно сказал Финн.

— Мама на свидании, — выпалил я.

— Что за херня?!

— Ты уверен?

Я сжал руль так, что побелели костяшки пальцев.

— Уверен. Она на двойном свидании с шефом Соусой, его женой и каким-то Чарльзом Хаксли. В Timber Kitchen. В Бангоре. Прямо сейчас.

— Бляяя, — простонал Финн. — Ресторан теперь для меня испорчен.

— Мне этот тип не нравится.

— Мне тоже.

— А ей вообще зачем свидания? — вставил Джуд. — Мы вот не встречаемся ни с кем и норм.

— Спорный момент, — пробормотал Гас.

— Серьёзно? Ты? — огрызнулся Джуд.

— Сосредоточьтесь, — сказал Финн. — Нам нужен план. — На секунду его голос стал глухим, потом в телефоне появился новый — женский — голос: — Подождите, Адель хочет, чтобы я включил громкую связь, она хочет тоже участвовать.

Мы замолчали.

— Мальчики. Я на сто недель беременна и не собираюсь разруливать ваши истерики в девять вечера. Что происходит?

Я коротко пересказал всё.

— И из-за чего весь этот бардак? Ваша мама — взрослая женщина. Хочет — идёт на свидание.

— Ши-Ра, — сказал Финн успокаивающим тоном, — ты не понимаешь. Наша мама не ходит на свидания. После того, что сделал отец, после всего, через что она прошла...

— После всего этого она может делать всё, что, блядь, захочет, — перебила Адель. — Она одна подняла вас, засранцев. Меньшее, что вы можете сделать — это не лезть в её личную жизнь. Женщине за шестьдесят. Пусть живёт.

— Но… Чарльз Хаксли?

— Это просто ужин. Люди ходят ужинать с друзьями постоянно. Вы все себя накрутили. И это говорю вам я, а это уже о многом говорит. Перестаньте быть придурками и оставьте свою мать в покое. Если ей понадобится ваше мнение — она спросит. А пока, займитесь чем-то полезным и не ведите себя как пещерные люди. Вас воспитали лучше.