Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Асеев Николай НиколаевичКедрин Дмитрий Борисович
Твардовский Александр Трифонович
Берггольц Ольга Федоровна
Прокофьев Александр Андреевич
Орешин Петр Васильевич
Саянов Виссарион Михайлович
Недогонов Алексей Иванович
Комаров Петр Степанович
Смеляков Ярослав Васильевич
Смирнов Сергей Георгиевич
Браун Николай Леопольдович
Светлов Михаил Аркадьевич
Чуркин Александр Дмитриевич
Авраменко Илья
Семеновский Дмитрий Николаевич
Тихонов Николай Семенович
Рождественский Всеволод Александрович
Шведов Яков Захарович
Решетов Александр Ефимович
Яшин Александр Яковлевич
Алигер Маргарита Иосифовна
Васильев Павел Николаевич
Сурков Алексей Александрович
Тарковский Арсений Александрович
Васильев Сергей Александрович
Симонов Константин Михайлович
Корнилов Борис Петрович
Щипачев Степан Петрович
Ручьев Борис Александрович
Голодный Михаил Сергеевич
Ахматова Анна Андреевна
Гусев Виктор Евгеньевич
Лебедев-Кумач Василий Иванович
Бедный Демьян
Луговской Владимир Александрович
Исаковский Михаил Васильевич
Поделков Сергей Александрович
Рыленков Николай
Фатьянов Алексей Иванович
Каменский Василий Васильевич
Заболоцкий Николай Алексеевич
Софронов Анатолий Владимирович
Багрицкий Эдуард Георгиевич
Пастернак Борис Леонидович
 > Сборник лирики 30-х годов > Стр.92
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
91
92
93
...
99

Испытание

…И снова хватит сил
увидеть и узнать,
как все, что ты любил,
начнет тебя терзать.
И оборотнем вдруг
предстанет пред тобой
и оклевещет друг,
и оттолкнет другой,
И станут искушать,
прикажут:  «Отрекись!» —
и скорчится душа
от страха и тоски.
И снова хватит сил
одно твердить в ответ:
— Ото всего, чем жил,
не отрекаюсь, нет! —
И снова хватит сил,
запомнив эти дни,
всему, что ты любил,
кричать: — Вернись! Верни…

Листопад

Осенью в Москве на бульварах

вывешивают дощечки с надписью:

«Осторожно, листопад!»

Осень, осень! Над Москвою
Журавли, туман и дым.
Златосумрачной листвою
загораются сады,
и дощечки на бульварах
всем прохожим говорят,
одиночкам или парам:
— Осторожно, листопад!
О, как сердцу одиноко
в переулочке чужом!
Вечер бродит мимо окон,
вздрагивая под дождем.
Для кого же здесь одна я,
кто мне дорог, кто мне рад?
Почему припоминаю:
«Осторожно, листопад»?
Ничего не нужно было, —
значит, нечего терять:
даже близким, даже милым,
даже другом не назвать.
Почему же мне тоскливо,
что прощаемся навек,
невеселый, несчастливый,
одинокий человек?
Что усмешки, что небрежность?
Перетерпишь, переждешь…
Нет — всего страшнее нежность
на прощание, как дождь.
Темный ливень, теплый ливень,
весь — сверкание и дрожь!
Будь веселым, будь счастливым
на прощание, как дождь.
…Я одна пойду к вокзалу,
провожатым откажу.
Я не все тебе сказала,
но теперь уж не скажу.
Переулок полон ночью,
а дощечки говорят
проходящим одиночкам:
— Осторожно, листопад…

Родине

1
Все, что пошлешь: нежданную беду,
свирепый искус, пламенное счастье, —
все вынесу и через все пройду.
Но не лишай доверья и участья.
Как будто вновь забьют тогда окно
щитом железным, сумрачным
   и ржавым…
Вдруг в этом отчуждении неправом
наступит смерть — вдруг станет
   все равно.
2
Не искушай доверья моего.
Я сквозь темницу пронесла его.
Сквозь жалкое предательство друзей.
Сквозь смерть моих возлюбленных детей.
Ни помыслом, ни делом не солгу.
Не искушай — я больше не могу…
3
Изранила и душу опалила,
лишила сна, почти, свела с ума…
Не отнимай хоть песенную силу, —
не отнимай, — раскаешься сама!
Не отнимай, чтоб горестный и славный
твой путь воспеть.
   Чтоб хоть в немой строке
мне говорить с тобой, как равной
   с равной, —
на вольном и жестоком языке!

«Мне надо было, покидая…»

Мне надо было, покидая
угрюмый дом, упасть в слезах
и на камнях лежать рыдая,
у всех прохожих на глазах.
Пускай столпились бы, молчали,
пускай бы плакали со мной.
Со мной, исполнены печали
неутолимой и одной…
Пускай, с камней не поднимая,
но только плечи охватив,
сказали б мне:
   «Поплачь, родная.
Когда наплачешься — прости».
Но злая гордость помешала.
И, стиснув губы добела,
стыдясь, презрев людскую жалость,
я усмехнулась и ушла.
И мне друзья потом твердили
о неком мужестве моем
и, как победою, гордились
удушливо-бесслезным днем.
Им не понять, что черной платой
за это мужество плачу:
мне петь бы вам — и плакать,
   плакать…
Но слезы отняты. Молчу.
Сборник лирики 30-х годов - i_040.jpg

Алексей Фатьянов

Песенка

   Н. Ф.
Я от счастья сегодня шатаюсь,
В молодую кидаюсь траву.
Я все ветры к себе приглашаю,
Все любимое в гости зову.
И все ветры ко мне приходят,
И весна у окошка стоит,
И все звезды в ночном небосводе
Будто лучшие взгляды твои.
Как ребенок, сегодня я верю
В то, что синий рассвет и зарю
И все ветры, летящие в двери,
Я на память тебе подарю.
Чтоб ты в платье зари одевалась,
Чтобы звезды светились в глазах,
Чтобы ночь темной лентой осталась
В твоих светлых, как лен, волосах.
Чтоб такою, как ты, по планете
Был бы свет ослепительно бел,
Молодой, замечательный ветер
Уступал бы дорогу тебе.
Глядя на звезды
Распахнем окошко в звездный вечер настежь.
Никого не ждем мы нынче в гости к нам.
Помечтаем вместе, дорогая Настя,
Посидим тихонько рядом у окна.
Где-то тихо-тихо возникает песня.
Одинокий ветер бродит по кустам.
Мимо звезд далеких
тонкий месяц
В бездорожье неба,
По глухим местам.
Ни в коем веке человек там не был,
Но мы завоюем эту высоту!
Мы откроем трассу в синем звездном небе,
Станцию «Юпитер»,
Станцию «Сатурн!»
Мы на дачу летом полетим ракетой.
— Что за остановка? — спросим мы в пути.
Проводник ответит:
— Полустанок это.
«Марс».
— Прощай, планета!
«Вега»!
— Не сойти ль?
Ты представь — идем мы стройною аллеей.
Необычным цветом яблони цветут.
Тридцать солнц громадных, зорями алея,
В разных направлениях по небу идут.
Вдруг встречаем друга.
— Отдыхать?
— Ну, что вы!
В клубе «Красный пахарь» делаю доклад.
Мы проходим дальше,
А с афиш метровых
Говорят нам буквы о гастролях МХАТ.
Над Дворцом Советов полыхает знамя,
И на всей планете вечер. Тишина…
Мы откроем трассу.
Скоро ли?
Не знаю…
Окна в ночь раскрыты.
Блещет вышина.
Где-то очень тихо пролетает песня,
И, услыша песню, ветер тише стал.
Мимо звезд далеких
Ходит тонкий месяц
В бездорожье неба,
По глухим местам.
92
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"274648","o":1}