Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Ручьев Борис АлександровичКомаров Петр Степанович
Авраменко Илья
Берггольц Ольга Федоровна
Гусев Виктор Евгеньевич
Каменский Василий Васильевич
Симонов Константин Михайлович
Заболоцкий Николай Алексеевич
Сурков Алексей Александрович
Васильев Павел Николаевич
Саянов Виссарион Михайлович
Корнилов Борис Петрович
Смеляков Ярослав Васильевич
Семеновский Дмитрий Николаевич
Щипачев Степан Петрович
Багрицкий Эдуард Георгиевич
Орешин Петр Васильевич
Яшин Александр Яковлевич
Лебедев-Кумач Василий Иванович
Исаковский Михаил Васильевич
Васильев Сергей Александрович
Кедрин Дмитрий Борисович
Решетов Александр Ефимович
Рождественский Всеволод Александрович
Алигер Маргарита Иосифовна
Тихонов Николай Семенович
Софронов Анатолий Владимирович
Луговской Владимир Александрович
Светлов Михаил Аркадьевич
Тарковский Арсений Александрович
Асеев Николай Николаевич
Бедный Демьян
Шведов Яков Захарович
Голодный Михаил Сергеевич
Смирнов Сергей Георгиевич
Ахматова Анна Андреевна
Браун Николай Леопольдович
Рыленков Николай
Чуркин Александр Дмитриевич
Пастернак Борис Леонидович
Недогонов Алексей Иванович
Поделков Сергей Александрович
Твардовский Александр Трифонович
Прокофьев Александр Андреевич
Фатьянов Алексей Иванович
 > Сборник лирики 30-х годов > Стр.71
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
70
71
72
...
99
Сборник лирики 30-х годов - i_019.jpg

Александр Яшин

Снег

Я с детства сроднился с его холодком,
Я брал его в руки,
Ел и ахал,
Знаком с его светом и с хрустом знаком,
Я с детства ходил по нему босиком —
О пятки отцовская билась рубаха.
Как глину, месил я его и мял,
Как белую глину скульптор,
И смело
Себя, угловатого, им растирал,
Чтоб крепло,
Горело,
Пружинило тело.
Я в этом снегу по колено бродил,
Гонял сохачей по весеннему насту…
Так здравствуй,
С сиянием звезд на груди
Под ветром ползущий и вьющийся,
Здравствуй!
Здесь с боем ходили мои друзья,
В лощинах, в оврагах братались до гроба.
Они обмерзали, меж сосен скользя…
Но Мурманск был взят
И Архангельск был взят.
Враги недобитые гибли в сугробах.
По вкусу, по цвету отличен от всех
Снегов, что лежат на Дону,
И Приднепровье,
Он славен былыми боями,
Наш снег,
Он славен победами, мужеством,
Снег,
И пахнет он порохом,
Бором.
И кровью.
Появится враг, и мы снова в снегу
Его похороним.
На горло наступим.
Ни пяди земли,
Ни снега врагу,
Мы даже горсти снега врагу
Не уступали
И не уступим.
Он, стянутый лыжней,
Как друг боевой
Тугими ремнями,
Широкий на диво,
Дымясь и сверкая, лежит предо мной.
Так здравствуй же снова,
Живой,
Огневой,
В сосновых иголках,
С зеленым отливом.

Так начиналась молодость

Заздравный тост
Птицы тревожно пустились в лёт
В рощу,
В ольховый покой за деревней.
Ветер несжатые полосы мнет,
Ветер такой,
Что с корнями рвет
По сторонам вековые деревья.
Ветер такой,
Что визжат провода,
Воют столбы,
И с повадкой медвежьей,
О валуны разодрав невода,
Лезет взбесившаяся вода
На каменистое побережье.
Ветер такой,
Что земля дрожит,
Пыль поднялась —
Не увидишь неба.
Падают грузные этажи.
Рушится жизнь!
Зарождается жизнь!
Сдавленный голос требует:
— Хлеба!
Ветер такой,
Что в свистящей пыли
Камни летят из серых предместий
В окна покоев.
А мы пошли
Вдоль да по бережку
Краем земли
Первые в мире,
Впервые — вместе.
Выла встревоженная тайга.
Где-то за речкой,
За ельником,
Рядом
С шумом обваливались берега.
Наши отцы добивали врага,
И громыхала полуночь прикладом.
Филины замерли,
Залегли
Волки в трущобах,
Деревья скрипели.
А мы, пригибаясь, под ветром шли,
А мы, продираясь,
Шагали,
Шли.
И даже смеялись,
И даже
Пели.
Мгла нависла —
Дорог не найти.
Чавкали хляби под сапогами.
Мы ободряли друг друга в пути,
Руки сжимали друг другу:
— Идти!
И оживали селенья за нами.
Можно ль пенять,
Что суровы, горды,
Что по-хозяйски
Мы строги сегодня!
Рожь не росла,
Не цвели сады…
Вобла да ковш задубевшей воды,
Бабкин азям
Да охотничьи бродни…
Спали в оврагах, в лесах, на песках
Сухонских
И становились старше.
Но не старели.
На счастье рука…
Так мы входили,
Врывались в века,
Так начиналась
Молодость наша.

«Слóва-то красивого…»

«А и где мне спелых зернышек

Весной набрать?

А и где найти мне, девушке,

Душевных слов»

Слóва-то красивого
Не подыщешь наскоро.
Как назвать мне милого,
Чтобы очень ласково.
Чтобы очень правильно
Было, чтобы нравилось,
Чтобы в сердце вправлено
Было, чтобы плавилось
Сердце,
Чтобы доняло,
Пело б имя до неба?
Ведь не для кого-нибудь,
И дает не кто-нибудь.
Что там ни загадывай —
Первая бы пара мне,
Приласкаться надо бы,
А слова все старые.
Назову ль соколиком?
Ненаглядой? ягодкой? —
Ласково, но только
Не такое надо бы.
Кралей облюбованным?
Голубком? касатиком? —
Тоже не по-новому,
Не его касательно.
Суженым? державушкой?
Симпатой? — все дешево!
Не такая славушка
У мово хорошего.
Задушевным дролечкой?..
Но и то, коль вслушаться,
Ну вот ни на столечко,
Ни на капелюшечку
Не подходит к любому,
Не идет к желанному…
Любо ли, не любо ли
Батюшке, —
По раннему
 По утру за реченьку
Я пойду к подруженькам.
Может, там словечико
Подыскали нужное.
Может, у подруженек
Правильное, новое
Для родных да суженых
Имя облюбовано.
71
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"274648","o":1}