Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Светлов Михаил АркадьевичЧуркин Александр Дмитриевич
Браун Николай Леопольдович
Ручьев Борис Александрович
Гусев Виктор Евгеньевич
Васильев Сергей Александрович
Тарковский Арсений Александрович
Ахматова Анна Андреевна
Пастернак Борис Леонидович
Решетов Александр Ефимович
Авраменко Илья
Софронов Анатолий Владимирович
Симонов Константин Михайлович
Сурков Алексей Александрович
Лебедев-Кумач Василий Иванович
Рождественский Всеволод Александрович
Поделков Сергей Александрович
Тихонов Николай Семенович
Корнилов Борис Петрович
Фатьянов Алексей Иванович
Бедный Демьян
Щипачев Степан Петрович
Рыленков Николай
Заболоцкий Николай Алексеевич
Каменский Василий Васильевич
Асеев Николай Николаевич
Голодный Михаил Сергеевич
Шведов Яков Захарович
Семеновский Дмитрий Николаевич
Комаров Петр Степанович
Луговской Владимир Александрович
Берггольц Ольга Федоровна
Исаковский Михаил Васильевич
Прокофьев Александр Андреевич
Твардовский Александр Трифонович
Смеляков Ярослав Васильевич
Саянов Виссарион Михайлович
Багрицкий Эдуард Георгиевич
Яшин Александр Яковлевич
Кедрин Дмитрий Борисович
Недогонов Алексей Иванович
Алигер Маргарита Иосифовна
Смирнов Сергей Георгиевич
Орешин Петр Васильевич
Васильев Павел Николаевич
 > Сборник лирики 30-х годов > Стр.86
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
85
86
87
...
99

Две даты

Я знаю — смерть придет, не разминуться с ней,
Две даты наберут под карточкой моей,
И краткое тире, что их соединит,
В какой-то миллиметр всю жизнь мою вместит.
А если бы сложить все пройденное мной,
Я обойти бы смог раз восемь шар земной.
Работать с детских лет вставал я на заре…
Пусть лягут, как стихи, две даты и тире.
И, если ты мне друг, у гроба повтори,
Что, мол, ни в чем длиннот не выносил старик.

«Пчела кружилась над цветком…»

Пчела кружилась над цветком,
Сбирая хоботком
Добычу трудную свою,
Что станет всем сладка,
Но отшумел в степи июнь —
Недолгий век цветка.
И жизнь твоя, как ни долга,
Пройдет, как век цветка.
Но так ли песню нам сложить,
На том ли кончить нам,
Когда народу вечно жить
И вечно жить цветам?

«Мне кажется порой, что я…»

Мне кажется порой, что я
Вот так и буду жить и жить на свете!
Как тронет смерть, когда — кругом друзья,
Когда трава, и облака, и ветер —
Все до пылинки — это жизнь моя?

«Была недолгой жизнь цветка…»

Была недолгой жизнь цветка…
Зима. Метелица метет,
Буран влетает в сени.
Но аромат цветка живет
В сухом колхозном сене,
В струе парного молока
Звенит степная жизнь цветка,
И если песня хороша,
Любую тронь строку —
Пусть вьюги все запорошат —
И в песне жить цветку.

«Перед тобой лежит стихотворенье…»

Перед тобой лежит стихотворенье,
И хорошо припасть к иной строке,
И слушать, слушать, как поет в ней время,
Как бьется жилка на твоей руке.
Я плачу над счастливою строкой,
Пусть написал ее не я — другой.

Зерно

В гробнице найдено зерно
Сухой египетской пшеницы.
Тысячелетие оно
Лежало в каменной гробнице.
На солнце вынесли его
И в землю бросили. И вот
Поднялся колос золотой,
Зерном тяжелым налитой.
Нас время судит без уловок.
Что будет через сотню лет,
Когда отыщут наше слово
И также вынесут на свет?

«Начало пятого, но мне не спится…»

Начало пятого, но мне не спится.
Мутнеет вьюга, ночь летит в рассвет.
Земля, как заведенная, вертится…
Пройдет и пять и десять тысяч лет,
И дальний век (мы и о нем мечтали)
Вот так же станет вьюгами трубить.
В той, даже мыслям недоступной дали
Хотел бы я хотя б снежинкой быть,
Чтоб, над землею с ветром пролетая,
На жизнь тогдашнюю хоть раз взглянут,
В морозный день над тополем порхнуть
И у ребенка на щеке растаять.

Потомкам

Вас нет еще: вы — воздух, глина, свет;
О вас, далеких, лишь гадать могли мы, —
Но перед вами нам держать ответ.
Потомки, вы от нас неотделимы.
Был труден бой. Казались нам не раз
Незащищенными столетий дали.
Когда враги гранатой били нас,
То и до вас осколки долетали.
Сборник лирики 30-х годов - i_033.jpg

Михаил Светлов

Осень

Мечется голубь сизый —
Мало ему тепла…
Новгород,
Суздаль,
Сызрань
Осень заволокла.
Тянется косогором
Осени влажный след…
Осень степей, которым
Миллион с хвостиком лет.
Тащится колымага
Грустными лошадьми…
Осень, в зданье рейхстага
Хлопающая дверьми.
Руки закинув за спину,
Вброд перейдя реку,
Осень — глуха и заспана —
Бродит по материку.
Плачется спозаранку
Вдоль глухих пустырей
Осень тевтонов и франков,
Осень богатырей!..
Давайте, товарищи, дружно
Песню споем одну
Про осень, которую нужно
Приветствовать,
Как весну!
Много хорошего выйдет народа
В такое хорошее время года!

«В каждой щелочке…»

В каждой щелочке,
В каждом узоре
Жизнь богата и многогранна.
Всюду — даже среди инфузорий —
Лилипуты
И великаны.
После каждой своей потери
Жизнь становится полноценней —
Так индейцы
Ушли из прерий,
Так суфлеры
сползли со сцены…
Но сквозь тонкую оболочку
Исторической перспективы
Пробивается эта строчка
Мною выдуманным мотивом.
Но в глазах твоих, дорогая,
Отражается наша эра
Промелькнувшим в зрачке
Трамваем,
Красным галстуком
Пионера.
86
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"274648","o":1}