— Лиора, — произнёс он, осторожно взяв меня за руки, — я давно хотел с тобой поговорить.
Я растерянно улыбнулась.
— О чём?
Ансел на мгновение опустил глаза на наши переплетённые пальцы, словно собираясь с мыслями, а затем вновь посмотрел на меня.
— О нас.
Я почувствовала лёгкое волнение.
— Что-то случилось?
— Нет. Напротив.
Он улыбнулся, и я заметила, что даже его привычное спокойствие словно немного изменилось.
— Когда мы встретились, я не думал, что однажды смогу настолько сильно привязаться к человеку. Мне казалось, что я давно привык к своей жизни, знаю, чего от неё ждать, и вряд ли что-нибудь способно это изменить. Но потом появилась ты.
Я молчала, чувствуя, как к щекам приливает тепло.
— За эти месяцы ты стала для меня гораздо большим, чем я когда-либо мог представить. Мне нравится просыпаться рядом с тобой, слушать твой смех, видеть, как ты увлечённо рассказываешь о прочитанных книгах. Нравится возвращаться домой, зная, что ты там, и понимать, что даже самый обычный день может стать счастливым просто потому, что мы проводим его вместе.
В горле появился ком, а глаза неожиданно защипало.
— Ансел...
Он осторожно сжал мои руки.
— Я знаю, что впереди нас ждёт многое, и не могу обещать, что всё всегда будет легко. Но я хочу пройти через это вместе с тобой. Хочу, чтобы ты никогда не сомневалась в том, что рядом со мной тебе есть место, и чтобы однажды, оглядываясь на прожитые годы, мы могли сказать, что ни о чём не жалеем.
Я смотрела на него, едва дыша.
Вспомнив свои утренние мысли о возвращении в квартиру, я вдруг почувствовала, как сердце болезненно сжалось от нежности. Пока я переживала, что наше совместное счастье скоро закончится, Ансел, оказывается, думал о будущем, в котором мы по-прежнему будем вместе.
Он отпустил одну мою руку и достал из кармана пиджака небольшую бархатную коробочку.
На мгновение я перестала понимать, что происходит.
Неужели?..
Ансел опустился передо мной на одно колено.
Я машинально прикрыла рот ладонью, чувствуя, как по щекам уже катятся слёзы.
— Лиора, — произнёс он, открывая коробочку, — ты выйдешь за меня?
Внутри лежало тонкое золотое кольцо с небольшим светлым камнем, мягко мерцавшим в свете ламп.
Но я почти не смотрела на украшение.
Всё моё внимание было приковано к Анселу, ожидавшему ответа с такой искренней надеждой, что мне захотелось одновременно рассмеяться, расплакаться и броситься ему на шею.
— Да, — выдохнула я.
Он улыбнулся.
— Да?
Я рассмеялась сквозь слёзы.
— Конечно, да!
Он поднялся, и я тут же обняла его, прижавшись так крепко, словно боялась, что стоит мне отпустить его хотя бы на мгновение, как всё происходящее исчезнет.
Ансел обнял меня в ответ, а затем осторожно приподнял моё лицо и поцеловал.
Я не знала, сколько времени мы простояли так, забыв обо всём вокруг, пока откуда-то неподалёку не донеслись аплодисменты.
Обернувшись, я увидела нашу семью.
Бабушка стояла рядом с Эдмундом, прижимая ладони к груди, и улыбалась сквозь слёзы. Дориан радостно аплодировал, явно не собираясь скрывать своего восторга, а Эдмунд смотрел на нас с тёплой улыбкой.
Лилиан же стояла немного в стороне.
Она не аплодировала. Скрестив руки на груди, она смотрела на Ансела с таким неподвижным выражением, что мне стало неловко. Заметив мой взгляд, Лилиан медленно опустила руки и присоединилась к остальным, однако её улыбка появилась слишком поздно, чтобы я могла поверить в её искренность.
Я поспешно отвернулась, не желая позволять неприятному чувству омрачить этот момент.
Ансел осторожно взял мою правую руку.
— Позволишь?
Я кивнула.
Он достал кольцо из коробочки и медленно надел мне на палец, после чего поднёс мою руку к губам.
Кольцо подошло идеально.
Я смотрела на него, не в силах поверить, что всё это происходит на самом деле.
— Оно прекрасное, — прошептала я.
— Я рад, что тебе нравится.
Я подняла глаза.
— Я люблю тебя.
— И я тебя, Лиора.
Он вновь поцеловал меня, и на этот раз я уже не пыталась сдерживать слёзы.
Первой ко мне подошла бабушка.
Её глаза блестели, а на губах дрожала счастливая улыбка. Обняв меня, она долго не отпускала, и я, уткнувшись лицом в её плечо, почувствовала себя маленькой девочкой, которой наконец позволили поверить в самое заветное желание.
— Моя дорогая, — прошептала бабушка. — Как же я за тебя счастлива!
— Бабуль...
Я хотела сказать ей что-нибудь ещё, но голос предательски дрогнул.
Она отстранилась, взяла мою руку и принялась рассматривать кольцо, осторожно поворачивая её к свету.
— Какое красивое. Ансел, у вас прекрасный вкус.
— Спасибо, — ответил он.
Бабушка вновь посмотрела на меня, и её лицо неожиданно стало задумчивым.
— Как бы обрадовался твой отец...
Я замерла.
Среди всей этой радости я ещё не успела подумать о нём, и теперь, услышав бабушкины слова, вдруг с болезненной ясностью представила, как он мог бы стоять рядом с нами, обнимая меня за плечи и пытаясь скрыть собственное волнение за привычной улыбкой.
Мне захотелось услышать его голос, увидеть, как он пожимает руку Анселу, сказать ему, что я счастлива.
Но его не было.
— Мне так жаль, что он не увидел этого, — прошептала я.
Бабушка погладила меня по щеке.
— Я знаю, милая. Но он всегда хотел, чтобы ты была счастлива. И я уверена, что сегодня он гордился бы тобой.
Слёзы снова покатились по моим щекам, и я крепко обняла её, благодарная за то, что хотя бы она разделяет со мной этот момент.
Когда мы немного успокоились, к нам подошёл Эдмунд.
— Поздравляю вас обоих, — произнёс он, обняв Ансела, а затем повернувшись ко мне. — Лиора, я искренне рад, что вы станете частью нашей семьи.
— Спасибо.
— И надеюсь, теперь вы окончательно перестанете считать себя гостьей в нашем доме.
Я улыбнулась, вспомнив свои утренние опасения по поводу возвращения семьи.
— Постараюсь.
— Вот и прекрасно.
Эдмунд тепло пожал мою руку, а Дориан, до этого терпеливо ожидавший своей очереди, наконец не выдержал.
Он заключил Ансела в крепкие объятия, похлопав его по спине.
— Брат, ты умеешь удивлять! Я, конечно, подозревал, что дело идёт к свадьбе, но чтобы так скоро...
— Спасибо, Дориан, — рассмеялся Ансел.
— Хотя должен признаться, — продолжил тот, повернувшись ко мне, — больше всего меня поражает, что ты согласилась связать жизнь именно с ним.
— Дориан! — возмутилась я, смеясь.
— Что? Я же беспокоюсь о тебе! Теперь ты официально становишься частью нашей семьи, а значит, я обязан предупредить обо всех недостатках жениха.
— Пожалуй, оставим это на другой раз, — вмешался Эдмунд.
— Разумеется. У нас ещё будет достаточно времени.
Дориан обнял меня, и я с удовольствием ответила на объятие.
Лилиан подошла последней.
До этого она оставалась возле кресла, наблюдая за происходящим с выражением, которое мне никак не удавалось разгадать. На её губах появилась сдержанная улыбка, когда она остановилась перед нами.
— Поздравляю, — произнесла она.
— Спасибо, Лилиан.
Она коротко кивнула, перевела взгляд на Ансела и, ничего больше не добавив, отошла к стеклянной стене.
Я почувствовала лёгкий укол тревоги, однако почти сразу отогнала неприятную мысль. Возможно, она просто не любила проявлять чувства при других, а неожиданность случившегося ещё не успела уложиться у неё в голове.
Мне очень хотелось верить, что однажды мы всё-таки сможем стать ближе.
Мы ещё некоторое время оставались в оранжерее, хотя ужин давно закончился. Дориан уже успел объявить, что намерен произнести на свадьбе речь, а бабушка, слушая его рассуждения, смеялась и время от времени поглядывала на меня с такой нежностью, что я вновь чувствовала подступающие слёзы.
Я заметила, как Лилиан наклонилась к Эдмунду и что-то негромко спросила. Он ответил ей столь же тихо, после чего она выпрямилась и отвернулась к стеклянной стене. Выражение её лица не изменилось, но остаток вечера она больше не пыталась поддерживать разговор.