— Ну что, — произнёс тот, едва мы устроились, — когда свадьба?
— Дориан, — вздохнул Ансел, — мы обручились только сегодня.
— Именно поэтому я и спрашиваю. Вдруг вы уже всё решили, а меня снова забыли предупредить?
— Пока мы ничего не решили, — ответила я, улыбнувшись. — Но, думаю, долго откладывать не будем.
Произнеся это вслух, я сама немного растерялась. До сегодняшнего вечера мысли о свадьбе казались далёкими и почти несбыточными, а теперь будущее, которое я прежде осмеливалась представлять лишь украдкой, вдруг обрело вполне реальные очертания.
Ансел переплёл наши пальцы.
— Мы обязательно всё обсудим.
Я улыбнулась, наблюдая за братьями, и вновь перевела взгляд на кольцо.
Мне хотелось рассказать Анселу обо всём, что я чувствовала, спросить, давно ли он задумал сделать предложение, признаться, как сильно меня тронули его слова. Но для этого нужен был другой разговор — тихий, предназначенный только для нас двоих, когда дом уснёт и никто не станет прерывать нас шутками.
Я уже собиралась предложить ему подняться наверх, когда за спиной послышался тихий звон стекла.
Лилиан поставила нетронутый бокал на подоконник и медленно повернулась к нам.
— Значит, это не было шуткой, — произнесла она, глядя на Ансела.
Её голос прозвучал настолько холодно, что я невольно выпрямилась.
— О чем ты? — Ансел нахмурился.
Она коротко усмехнулась, хотя в её лице не было и следа веселья.
— Я весь вечер надеялась, что ты хотя бы на мгновение одумаешься. Но ты действительно решил жениться на смертной девушке, с которой знаком всего полгода?
Я невольно опустила взгляд на кольцо, которое ещё несколько минут назад казалось мне обещанием безоблачного счастья.
Глава 41. После обещания
Несколько мгновений в гостиной стояла тишина.
Я смотрела на Лилиан, не сразу осознав смысл её слов. Ещё минуту назад мы обсуждали свадьбу, Дориан шутил, а Ансел держал меня за руку. Теперь же казалось, будто весь уют этого вечера исчез вместе с последней произнесённой фразой.
— Следи за словами, Лилиан, — холодно произнёс Ансел.
Она даже не смутилась. Лишь слегка приподняла брови, словно удивилась, что её замечание вообще могло кого-то задеть.
— А что я сказала не так? Вы знакомы всего полгода. Разве этого достаточно, чтобы принимать подобное решение?
— Нам достаточно.
— Вот как? — Лилиан скрестила руки на груди. — И ты действительно считаешь, что всё продумал?
— Я не обязан перед тобой отчитываться.
— Передо мной — нет. А перед ней?
Я почувствовала, как Ансел напрягся рядом со мной.
— Не смей говорить о Лиоре так, словно её здесь нет.
Лилиан медленно перевела на меня взгляд. Она смотрела с таким снисходительным любопытством, словно моё мнение могло её развлечь, но едва ли изменить её собственное.
— Хорошо. Тогда я спрошу её саму.
— Лилиан, — предостерегающе произнёс Эдмунд. — Не превращай этот вечер в допрос.
Но она продолжила:
— Лиора, ты ведь понимаешь, что значит выйти замуж за Тень?
Я выпрямилась.
— Да.
— Правда? — Она чуть склонила голову. — Тогда скажи, ты когда-нибудь представляла свою жизнь через двадцать или тридцать лет?
Я растерялась от неожиданного вопроса.
— Не понимаю, к чему ты клонишь.
— К тому, что ты будешь стареть, а Ансел — нет. Когда тебе исполнится пятьдесят, он останется таким же, каким ты видишь его сейчас. А когда ты умрёшь, ему предстоит жить дальше, — проговорила Лилиан, и я кожей ощутила мерзкий цинизм в её голосе.
— Достаточно, — резко произнёс Ансел.
— Почему? Потому что об этом неприятно говорить?
— Потому что ты намеренно пытаешься причинить ей боль.
— Я пытаюсь понять, осознаёт ли она последствия своего решения!
— Осознаю, — вмешалась я.
Мой голос прозвучал громче, чем я рассчитывала.
Лилиан посмотрела на меня.
— Тогда, полагаю, ты уверена и в том, что Ансел никогда не причинит тебе вреда?
Я нахмурилась.
— Конечно.
Она усмехнулась. Уголки её губ дрогнули в улыбке, в которой не было ни капли тепла.
— Как трогательно.
— Лилиан, — предупредил Ансел.
— Что? Разве я сказала неправду? Она доверяет тебе. Это прекрасно. Только вот доверие не всегда способно остановить голод.
Я почувствовала, как похолодели пальцы.
— Ансел умеет себя контролировать, — возразила я.
— Обычно, — поправила Лилиан. — Но достаточно одного раза, Лиора. Одного мгновения, когда он не сможет остановиться.
Она произнесла это с пугающей уверенностью. В её голосе не было тревоги за меня — только спокойная убеждённость существа, которое прекрасно знает, насколько беззащитным может оказаться человек перед Тенью.
— Этого не случится, — твёрдо произнёс Ансел.
— Ты можешь поклясться?
Он посмотрел на сестру.
— Я никогда не причиню ей вреда.
— Я не спрашиваю, чего ты хочешь. Я спрашиваю, можешь ли ты гарантировать, что твоя природа никогда не возьмёт верх?
Ансел сжал челюсти.
— Ты прекрасно знаешь, что я не позволю этому случиться.
— Надеюсь. Потому что если однажды ты потеряешь контроль, исправить уже ничего не получится.
— Перестань, — тихо попросила я.
Лилиан повернулась ко мне. На её лице мелькнуло раздражение, словно моя просьба была совершенно неуместной.
— Тебе неприятно это слышать? А ведь ты собираешься прожить с ним всю жизнь. Неужели ты думаешь, что одного твоего доверия будет достаточно?
— Я так не думаю!
— Тогда почему ведёшь себя так, будто тебе достаточно красивых слов и кольца, чтобы забыть, с кем ты связываешь свою жизнь?
Её взгляд скользнул к моей руке и на мгновение задержался на кольце. Я невольно сжала пальцы.
Ансел поднялся с дивана.
— Я не позволю тебе устраивать Лиоре допрос.
— Тогда, возможно, стоило подготовить её немного лучше.
Я подняла голову.
— Не нужно говорить обо мне так, будто я ребёнок.
Лилиан посмотрела на меня.
— Тогда не веди себя как ребёнок.
Она произнесла это спокойно, даже не повысив голоса, и отвернулась, словно разговор со мной уже перестал представлять для неё интерес.
В гостиной повисла тишина.
Дориан неловко поставил бокал на столик. Он переводил взгляд с сестры на Ансела, словно пытался придумать, как остановить разговор, но так ничего и не сказал.
— Ты живёшь в нашем доме, пользуешься гостеприимством отца, проводишь время с моим братом, — продолжила Лилиан. — И, кажется, успела решить, что прекрасно понимаешь, как устроена наша жизнь.
В её голосе особенно отчётливо прозвучало слово «нашем». Я вдруг почувствовала себя не человеком, которого пригласили в семью, а посторонней, которой слишком долго позволяли оставаться в чужом доме.
— Я никогда такого не говорила.
— Нет, конечно. Ты просто согласилась стать женой Тени, даже не представляя, что это означает.
— Я знаю, кто такой Ансел!
— Ты знаешь Ансела таким, каким он бывает рядом с тобой, — возразила Лилиан. — Заботливым, внимательным, готовым исполнить любое твоё желание. Но его жизнь началась задолго до твоего появления, Лиора. И она не станет такой же простой и понятной, как твоя, только потому, что вы решили пожениться.
— Лилиан, хватит, — произнёс Эдмунд. — Ты уже высказала своё мнение.
Она даже не посмотрела на отца. Лишь чуть плотнее сжала губы, явно недовольная тем, что её прервали.
Я почувствовала, как внутри поднимается обида.
— Ты считаешь, что я ему не подхожу?
Лилиан помедлила.
Она окинула меня долгим, оценивающим взглядом. Не насмешливым и даже не злым — скорее таким, каким смотрят на что-то заведомо неподходящее, не понимая, зачем вообще нужно объяснять очевидное.
— Я считаю, что мой брат заслуживает женщину, которая понимает, с кем связывает свою жизнь.
— Довольно, — произнёс Ансел.
— Нет, подожди, — сказала я, тоже вставая. — Я хочу услышать ответ.