— У тебя там все в порядке? Если хочешь, мы всегда можем пропустить бой, и ты встанешь на колени прямо сейчас, — дразнит он.

Я сжимаю кулаки, но проглатываю ярость.

— Я с удовольствием пропущу бой и получу свободу, если это то, что ты предлагаешь.

Я вращаю головой, разминая шею, затем поднимаю руки и принимаю идеальную боевую стойку. Я замечаю, как на лице Лелантоса проскальзывает удивление — вероятно, из-за того, что я не поддалась на его провокацию, — и лишь надеюсь, что это выбьет его из колеи.

Лелантос понимает, что время разговоров вышло, и готовится к бою. Наши взгляды встречаются на секунду, прежде чем я бросаюсь вперед. Я не атакую, зная, что именно этого он от меня и ждет. Вместо этого я ухожу в сторону от его попытки схватить меня и наношу ему сильный удар в лицо.

Он отшатывается назад с широко раскрытыми глазами, но я не даю ему времени прийти в себя. Низко пригнувшись, я делаю ногами «ножницы» вокруг его ног, выбивая у него опору. Он с грохотом падает на мат, и я тут же прыгаю на него, обрушивая град ударов.

Он сказал, что правил нет, а значит, все средства хороши. Я смещаю колено и с силой опускаю его ему между ног.

— Попробуй теперь засунуть свой член мне в глотку, ублюдок! — кричу я, продолжая свою атаку.

Я теряю себя в гневе, и меня накрывает красная пелена. Я хочу сломать ему кости, заставить его истекать кровью, убить его. Они думают, что владеют мной, но они еще пожалеют о том дне, когда услышали мое имя. Руки Лелантоса проскальзывают под мои бедра, и прежде чем я успеваю среагировать, он переворачивает меня. Он молниеносен. Одной рукой он прижимает мои руки над головой, а другой берет мою шею в удушающую хватку.

Я отчаянно бью ногами, пытаясь вырваться, мои легкие молят о кислороде, которого он меня лишает. Я отказываюсь сдаваться; сначала ему придется меня убить. Одна моя нога обвивается вокруг него, давая опору, но я уже потеряла слишком много сил. Перед глазами пляшут черные точки. Я не могу проиграть.

— Сдавайся, Маленькая Муза, — шепчет Лелантос мне на ухо.

Я игнорирую его просьбу, не желая уступать. Вместо этого я приветствую сладкую тишину бессознательного состояния.

Мои глаза распахиваются, и я вижу стоящего надо мной Лелантоса.

— Ты невероятно упряма, — смеется он.

Я стону и сажусь, положив руки на колени. Дядя Кой был бы безмерно разочарован моим выступлением. Я не только позволила гневу взять верх, но и проигнорировала сильные стороны противника, сыграв ему на руку. Я знала, что Лелантос быстр, но все равно подошла слишком близко и осталась беззащитной.

Мой взгляд скользит к Лелантосу, и эта картина меня немного радует. Может, он и победил, но его смазливому личику досталось. Левый глаз опух, на правой щеке след, который превратится в синяк, а из разбитой губы сочится струйка крови.

Дерьмо, он победил.

Лелантос, должно быть, видит перемену на моем лице.

— Не стоит зацикливаться на ставке.

Он поворачивается, чтобы уйти, и я борюсь с желанием ударить его снова.

— Пошел ты. У меня есть принципы.

Жаль, что так вышло, особенно сейчас, но я не собираюсь из-за него изменять своим принципам. Отпустил бы он меня, поменяйся мы ролями? Не могу сказать наверняка, но я держу свое слово, даже если он этого не заслуживает. Если я нарушу его сейчас, это будет для него прямым приглашением поступить так же.

Лелантос оборачивается, удивленно вскинув брови. Я фыркаю и поджимаю губы, прежде чем опуститься на колени. Сжимаю руки в кулаки, и боль пронзает костяшки. Опускаю взгляд и вижу, что пара из них разбита и кровоточит. Хорошо, боль поможет мне отвлечься.

Мой взгляд возвращается к Лелантосу, который так и не сдвинулся с места у канатов. Мы смотрим друг на друга где-то мгновение, а затем он шагает ко мне и останавливается, только когда бугор в его штанах заполняет все поле моего зрения. Я медленно скольжу взглядом по его рельефному прессу, пока не встречаюсь с его лесными зелеными глазами, смотрящими на меня сверху вниз.

— Укусишь — я вырву все твои гребаные зубы, — рычит он.

Его нынешнее выражение лица легко можно было бы принять за гнев, но я не упускаю из виду ни дернувшуюся челюсть, ни жар в его глазах, ни сведенные брови. Я умею читать людей, и его реакция очень красноречива. Сомнение, вина и желание. Интересное сочетание.

— Когда девушка становится перед тобой на колени, нужно говорить «спасибо», а не угрожать ей, — укоряю я.

Бугор в штанах Лелантоса подтверждает его желание и внушительный размер. Меня охватывает раздражение. Неужели так сложно было вселенной наградить его крошечным членом? Это просто нечестно, что он так выглядит и при этом имеет такой ствол. Этот дьявол действительно создан, чтобы искушать.

Он запускает руку в мои волосы и, наклонившись, шепчет мне на ухо:

— Спасибо, Маленькая Муза.

Выдохнув, я просовываю пальцы по бокам в его штаны и стягиваю их вместе с боксерами. Его член вырывается на свободу, горячий и нетерпеливый. Как и ожидалось, он требует всего моего внимания своей щедрой длиной и толщиной, а его головка блестит от возбуждения. Лелантос создан, чтобы доставлять удовольствие.

Увидев мое одобрение, он отпускает волосы, и на его лице снова появляется лукавая ухмылка.

Засранец.

Удовлетворить Лелантоса — значит пойти против всех инстинктов, кроме того, что заставляет меня течь. Если я сейчас отступлю, то отдам ему часть себя. Я не позволю этому случиться.

Не зацикливайся, просто наслаждайся.

Крепко обхватив основание его члена одной рукой, я медленно провожу языком вверх по стволу и вокруг головки, прежде чем взять его в рот. Я сильно всасываю, пробуя его на вкус и одновременно наказывая. Лелантос шипит, когда его бедра инстинктивно подаются вперед, проталкивая член глубже. Сочетание моего давления и силы его бедер заставляет его пройти дальше моей глотки.

Он ругается и пытается вытащить член, вероятно, чтобы дать мне вдохнуть, но он не отнимет у меня контроль. На глаза наворачиваются слезы, и я впиваюсь ногтями в его бедра. Сосредоточившись на боли в костяшках, я подавляю рвотный рефлекс и заглатываю его до конца, перекрывая себе доступ к кислороду.

Лелантос стонет и хватает меня за хвост, а его член благодарно пульсирует. Я отстраняюсь, чувствуя, как он выскальзывает из моего горла. Делаю вдох, с губ капает слюна. Я не смею взглянуть на него, потому что не хочу видеть ни его удовольствия, ни его желания. Мне и с собственным-то справиться трудно.

Я не могу смотреть ни на него, ни на себя, когда снова беру его в рот. Мне нужно закончить работу, несмотря на то, что моя киска плачет от желания. Лелантос тянет за волосы, отчего кожа головы горит, и я почти стону от удовольствия. Эта восхитительная боль вперемешку с жаром момента заводит меня.

Я обрабатываю его ствол ртом, облизывая и посасывая, и при этом сжимаю бедра, отчаянно нуждаясь в трении. Это мало помогает унять пульсацию, и мое возбуждение пропитывает нижнее белье.

Без предупреждения Лелантос дргает мою голову на себя, его член вбивается мне в горло, отнимая контроль. Я пытаюсь оттолкнуть его, но он не поддается.

— Тебе идет, когда ты давишься моим членом. Ты слишком хорошо его принимаешь, когда готова к этому.

Его светлые волоски щекочут мне нос, пока он продолжает удерживать меня, и от нехватки кислорода мое желание взлетает до небес. Я не могу кончить от этого. Я отпускаю его бедра и обхватываю его яйца, слегка сжимая, и это отлично срабатывает.

— Блядь, Каллиопа.

Боже, как же мне нравится, как он произносит мое имя. Лелантос оттягивает мою голову назад, и я хватаю ртом воздух.

— Уверена, что не хочешь, чтобы я засунул его куда-нибудь ещё? — рычит он.

— Куда, например, в блендер?

Я склоняю голову набок, и он закатывает глаза, пока моя киска вопит от недовольства моим отказом.

— Маленькая Муза, я не прошу тебя перестать меня ненавидеть. Просто позволь мне показать тебе, какой приятной может быть ненависть, когда она вбивается в тебя.