— Жена, — ворчит он.

— Ладно. Это фэй, которая помогла нам добраться сюда. Она очень милая. Санни провёл ночь у неё, потому что тебе не терпелось пустить в ход свои руки и член.

— Санни в безопасности? — Паника прорывается в его голосе, туман в голове рассеивается.

— Да. Меня бы здесь не было, если бы это было не так. Он просто в доме напротив, вместе с Адамом, чьё имя фэй — Рен.

Напряжение в его мышцах не спадает от этих новостей, челюсти стиснуты.

— Я не в восторге от того, что Санни находится рядом с двумя фэй. — Волоски на моих руках встают дыбом, я гадаю, не придётся ли мне снова его успокаивать. — Но я доверяю твоему суждению.

Я выдыхаю. Он изо всех сил старается не перекинуть меня через плечо и не броситься к нашему ребёнку, я в этом уверена. Это его персональный ад.

Как всё изменилось.

Поглаживая его по затылку, слегка царапая ногтями, я придвигаюсь ближе, устраиваясь на его бёдрах.

— Ты знал про Рена?

— Нет. — Одно это слово звучит хрипло, выдавая эффект, который я уже оказываю на него и его обнажённое тело подо мной. Между нами всего лишь лоскуток моей одежды. — Я подозревал, что он слишком хорош, чтобы быть правдой. Ни один человек не набирал баллов выше меня как на физических, так и на письменных экзаменах. — Он презрительно фыркает. — Меня больше интересует, как его магия работала в Хало. И ты до сих пор не сказала мне, откуда у тебя всё это? — Сбросив плед с моих плеч, его взгляд опускается к соблазнительным изгибам, которые я выставляю напоказ специально для него.

— Ты хотел вылизывать, сосать и оставлять свои метки на каждой частичке моего тела. По крайней мере, я так думаю, потому что ты ничего не говорил. — От его жадного взгляда по моим конечностям разливается жар.

— Я не говорил?

— Нет, только много кряхтел и стонал, когда я сосала твой член.

— Боже, Шторм. — Он откидывает голову на спинку дивана, крепко зажмурившись. Он сжимает мои бёдра с мучительной силой, и я не могу удержаться, чтобы не потереться о его твёрдость подо мной. — Я не знаю, как реагировать на эту информацию. Я правда изо всех сил пытаюсь держать себя в руках. — Руки, сжимающие меня, дрожат. — Меня всю жизнь учили, что фэй — это зло, потом я узнал, что сам отчасти фэй, и возненавидел их ещё больше. Я не могу просто так взять и смириться со всем этим. — Его полные муки серые глаза выворачивают мне душу. — Единственная причина, по которой я ещё держусь из последних сил — это потому, что мне нужно, чтобы ты, Санни и Феникс были в порядке.

Он издаёт судорожный вздох, снова закрывая глаза.

Я наклоняюсь ближе, скользя губами по его небритой челюсти.

— Обещаю, с нами всё хорошо. Более того, здесь нам будет лучше, потому что у них есть фэй, которые умеют исцелять. — Мой шёпот ласкает его ухо.

Мой истинный безнадёжно вздыхает.

— Здесь никому не будет лучше.

Он резко отстраняется, и мы смотрим друг другу в глаза — серые в серые. В глазах Хало мы теперь одинаковые. Нас больше ничто не различает, кроме крошечной синей крапинки, которая так и не покинула мой глаз.

— Ты не понимаешь. И они не понимают. — Он машет рукой в сторону двери. — Это больше, чем война между людьми и фэй. Они не остановятся ни перед чем, чтобы доказать своё превосходство. Они насквозь прогнили. Вы не видели и малой доли их порочности.

Он дрожит сильнее, чем прежде. В его взгляде я читаю нечто большее, чем просто беспокойство за нас с детьми. Мелек напуган. Это выбивает меня из колеи. Мой муж не знает страха.

— О чём ты говоришь, Мелек?

— Наверное, мне следовало тебе всё рассказать, — бормочет он себе под нос.

Рассказать что? Я хочу спросить, но его руки уже ложатся мне на лицо, притягивая меня к себе, прежде чем я успеваю открыть рот.

— Я держал тебя там, потому что мог контролировать ситуацию. Я знал, у кого и к чему есть доступ. Думаешь, раз я родился в Хало, я согласен со всем тем дерьмом, которое они несут?

Мои мысли путаются, я в шоке. Что он сказал? Он говорит, что он против Пустых? До меня не доходит суть.

Пепельно-серый смешивается с кружащимся серебром, его магия близко.

— Жена, я ненавижу не только фэй, я ненавижу и этих грёбаных избранных людей.

Я в растерянности. Мелек заседает в Совете. Он — главнокомандующий армиями Хало.

— Но ты идёшь за них на войну?

— Я иду на войну, чтобы защищать невинных людей. Я делаю всё, что в моих силах, ради человечества. Я саботировал больше миссий, чем провёл. — Проведя пальцем по моей шее, он касается моих губ, просовывая его внутрь.

Блядь. У меня опять отвисла челюсть. Я слегка прикусываю его палец. Мелек рычит, и я отпускаю его, позволяя пальцу скользнуть вниз по моему подбородку.

— Ещё мальчишкой меня избивали за то, что я шёл против Хало, поэтому я очень быстро понял, что единственный способ помочь — это стать одним из них. У меня не было матери, которая бы обо мне заботилась. Только няньки и отец, а телесные наказания были единственной формой дисциплины. Мой отец был очень ярым сторонником Хало, империи. Его смерть стала для меня катализатором. Он был единственным человеком, который знал, что я на самом деле думаю об этом проклятом городе-государстве. Вот почему он рассказал мне о моём происхождении фэй. Потому что знал, что я буду готов хранить его тайну. Меня связывают узы с обеими сторонами, но я не в союзе ни с одной из них.

— Мелек, почему ты мне ничего не рассказывал? Все эти двенадцать лет я думала, что ты хочешь для нас такой жизни.

— Я хотел для нас такой жизни. Это был единственный способ уберечь тебя. Мне нужно было поддерживать иллюзию. Империя всегда следит.

— Не хочешь ли ты сказать, что это ты всегда следишь?

Он качает головой.

— Жена, ты даже не представляешь и половины того, что происходит. Я — марионетка. Хало — это эксперимент.

Чем больше он говорит, тем хуже всё звучит. В Землях Фейри нам точно будет лучше. Просто обязано быть. Пока что он не сказал ничего, что могло бы заставить меня усомниться в этом.

— О чём ты говоришь?

— Все жители Хало такие же серонды, как и люди, работающие на фабриках.

Ну точно, это какая-то шутка.

— Пустые отняли всё у этого мира, и ты хочешь, чтобы я поверила, будто их кто-то дёргает за ниточки?

Не веря своим ушам, я опускаю руки и отстраняюсь от него. Мелек, едва взглянув на меня, притягивает меня обратно, так что мы снова оказываемся нос к носу.

— Они возомнили себя богами, но на самом деле они — истинное зло этого мира. — В его глазах вспыхивают металлические искры. — Если мы останемся здесь, мы все погибнем.

Я пытаюсь отстраниться.

— Что ты имеешь в виду, Мелек? Земли Фейри — единственное безопасное место на этой проклятой богом планете.

Он тяжело, раздражённо вздыхает.

— Нет. Самым безопасным местом был наш дом в Хало. Это единственное место, где я мог гарантировать безопасность тебе и Санни.

— Чего ты мне не договариваешь? Я всё равно не понимаю, как это ужасное место, где людей держат как скот и убивают просто так, может быть безопасным.

Его взгляд становится суровым, почти звериным. Он впивается пальцами в мои бёдра, пресекая любые попытки пошевелиться.

— Хорошо. Хочешь знать?

Я ахаю от его грубой хватки.

— Да, хочу.

— Элизийская Империя — название, которое ты слышала лишь вскользь — наши истинные владыки, дёргающие нас за ниточки из своей безопасной подземной норы, планируют снова уничтожить этот мир, стереть с лица земли весь верхний слой и начать всё заново.

Слова даются ему с трудом, поэтому я продолжаю слушать, пытаясь осознать, чем это грозит нашей безопасности.

— Новый Хало — единственное место, где я могу гарантировать тебе, Санни и Феникс дальнейшее выживание. Под Хало существует целый другой мир, Шторм. Ты никогда не задумывалась, к чему столько ритуалов? Они запасают соленс для грядущего конца света. Фэй — не самые древние обитатели этого мира. Это Элизийцы. Ими движет лишь жажда власти и алчность, потому что у них есть всё, о чём только можно мечтать. Им нужно идеальное общество, и они не остановятся ни перед чем, чтобы его построить.