После торта Андрей неожиданно вспомнил:

— Мелкая!

Она подняла голову.

— Что?

— Ты конверт открыла?

Машка замерла.

— Ой…

Брат закатил глаза.

— ГОСПОДИ! Я ЖЕ ТЕБЕ ВЧЕРА ДАЛ!

Она вскочила.

— СЕЙЧАС!

И убежала в комнату. Конверт лежал на столе. Там, где она его оставила. Маленький. Плотный. С аккуратно написанным именем.

«Машке. После последнего экзамена».

Она взяла его. Вернулась в гостиную. Все заинтересованно повернулись. Машка осторожно открыла конверт. Внутри лежала фотография. Она достала её.

Посмотрела. И замерла. На снимке стояла она сама. В первый день учёбы. Возле двери родительского дома. В джинсах и наспех надетой блузке — той самой, которую утром пришлось снимать с люстры.

С огромной сумкой. С растрёпанными волосами. И с расписанием, зажатым в руке. Глаза были испуганные.

А выражение лица говорило:

Господи, кто меня туда вообще пустил?

Машка начала смеяться.

— АНДРЮША!

Брат улыбнулся.

— Помнишь?

Она кивнула.

— ЕЩЁ КАК!

Мама подошла ближе. Посмотрела на снимок. И тихо рассмеялась.

— Какая ты там маленькая…

Машка замерла. Потом перевернула фотографию.

На обратной стороне было написано:

«Мелкая, в тот день ты боялась даже войти в университет. Но всё равно пошла. За этот год ты научилась многому, а главное — не перестала быть собой. Пусть впереди будет ещё сто экзаменов, тысяча ошибок и миллион трудных дней. Ты справишься. А если нет — мы рядом. Твой старший брат.

P. S. Первый из шести. Осталось пять».

Машка читала медленно. Очень. Потом ещё раз. И наконец подняла глаза. Андрей стоял напротив. Улыбался.

Немного смущённо. Совершенно не похожий на того вечного балбеса, который ещё недавно пытался продавать футболки до того, как успевал их изготовить. Машка подошла. Обняла его. Крепко-крепко.

И тихо произнесла:

— Я тебя очень люблю.

Он погладил её по волосам.

— И я тебя, мелкая.

Некоторое время они просто стояли.

Потом Андрей неожиданно добавил:

— Только фотографию не теряй. Я ради неё весь старый телефон перерыл.

Машка рассмеялась сквозь слёзы.

— Не потеряю.

Поздно вечером гости разошлись. Родители убирали со стола. Андрей понёс коробки на кухню. Денис помогал папе. А Машка вернулась в комнату. Села на кровать.

Положила фотографию перед собой. Посмотрела. Потом открыла шкаф. На полке лежала старая юбка. Коричневая. В цветочек.

Аккуратно зашитая мамой. Машка достала её. Развернула. И вдруг рассмеялась. Потому что теперь этот предмет одежды казался не позором. Не несчастьем.

И даже не напоминанием о собственной неловкости. А частью её истории. Самой первой. Самой смешной. Самой дорогой. Она приложила юбку к себе.

Посмотрела в зеркало. Покрутилась. Потом улыбнулась.

— Ну здравствуй, старая знакомая.

Из дверей раздался голос Андрея:

— МЕЛКАЯ!

Она обернулась. Брат замер. Посмотрел на юбку. Потом на сестру. И медленно поднял брови.

— Ты что, опять собираешься через забор?!

Машка захохотала.

— АНДРЕЙ!

Он тоже рассмеялся.

Потом неожиданно сказал:

— Слушай, а тебе идёт.

Она удивилась.

— Правда?

Андрей кивнул.

— Ага.

И добавил:

— Только теперь ты в ней выглядишь совсем по-другому.

Машка посмотрела в зеркало. На своё отражение. На старую юбку. И неожиданно поняла, что брат прав. Юбка осталась прежней. А вот девушка, которая её надела, действительно изменилась.

Позже Денис заглянул попрощаться. Увидел Машку в цветастой юбке. Остановился. Посмотрел. Потом улыбнулся.

— Ого.

Она гордо выпрямилась.

— Что?

— Та самая?

Машка кивнула.

— Она.

Денис рассмеялся.

— Легендарная.

Она подошла ближе.

— Знаешь, Волков, я решила, что больше не буду её стесняться.

Он улыбнулся.

— И правильно.

Машка задумалась.

Потом неожиданно спросила:

— А если я её на второй курс надену?

Денис посмотрел на неё. Помолчал.

Потом осторожно ответил:

— Главное — не повторяй маршрут через забор.

Машка захохотала.

— ВОЛКОВ!

Он обнял её.

И тихо сказал:

— Ты у меня замечательная.

Она прижалась к нему.

— А ты у меня самый лучший.

Они поцеловались.

И в этот момент из коридора раздался голос Андрея:

— ЭЙ! У НАС ТУТ СЕМЕЙНЫЙ ПРАЗДНИК, А НЕ РОМАНТИЧЕСКИЙ СЕРИАЛ!

Машка отстранилась. Посмотрела на дверь.

И совершенно спокойно произнесла:

— АНДРЕЙ, ИДИ СВОИ БУЛОЧКИ СЧИТАЙ!

Брат захохотал. Когда дом наконец затих, Машка снова села за письменный стол. Перед ней лежала фотография первого дня. Рядом — ручка с гравировкой. На полке стояли учебники. В шкафу висела старая юбка.

Она открыла блокнот. Тот самый, в который записывала планы, страхи, смешные истории и первые маленькие победы. Перелистнула страницы.

«Не забыть студенческий».

«Выучить кости черепа».

«Поговорить с Денисом».

«Не спорить с Громовым».

«Подготовить выступление».

«Помочь Стасу».

«Первое тестирование учебной программы».

«Последний экзамен».

Столько всего. Машка улыбнулась. Потом открыла новую страницу. Взяла ручку.

И написала:

«ПЕРВЫЙ КУРС. ЗАКОНЧЕН».

Подчеркнула. Посмотрела. И неожиданно почувствовала, как защипало глаза. Потому что это были всего три слова. Но за ними стоял целый год. Год, который начинался с поисков испорченной юбки, опоздания, пролитого кофе и ощущения, что мир обязательно посмеётся над ней.

Год, в котором она узнала, что дружба не всегда появляется сразу. Что люди могут меняться. Что любовь — это не только поцелуи и красивые слова, но и человек рядом, когда страшно. Что взрослые тоже ошибаются. Что чужое молчание иногда дорого обходится другим.

Что честно признать незнание бывает гораздо важнее, чем уверенно произнести глупость. И что даже студент, которого все привыкли считать вечным шутником, однажды может получить пятёрку у самого строгого преподавателя. Машка улыбнулась.

А потом написала ещё одну строчку:

«Я всё ещё не знаю очень многого. Но теперь знаю, что хочу учиться дальше».

Закрыла блокнот. Положила рядом фотографию. И некоторое время просто сидела. За окном шумел тёплый летний дождь. Из гостиной доносился смех родителей. Андрей кому-то рассказывал по телефону про очередной заказ.

Денис уже написал, что добрался домой. Лера прислала фотографию, на которой они с Никитой сидели на скамейке и ели мороженое. Кристина пожелала всем хорошего отдыха.

Стас отправил сообщение:

«РЕБЯТА, МЫ ТЕПЕРЬ ВТОРОКУРСНИКИ ИЛИ ЕЩЁ НЕТ?»

Машка улыбнулась.

И ответила:

«Официально дождёмся начала нового учебного года. А пока мы счастливые люди, пережившие первый курс».

Стас написал:

«ТОГДА Я ПОШЁЛ ЕСТЬ».

Она расхохоталась. Ну конечно. Некоторые вещи не меняются. И слава богу. Машка подошла к окну. Посмотрела на огни города.

На мокрые улицы. На машины, которые медленно проезжали мимо. И неожиданно вспомнила самую первую Машку. Ту, которая сентябрьским утром перевернула весь дом в поисках юбки, а потом в спешке облила незнакомого парня кофе. Боялась. Злилась.

Путалась. И совершенно не представляла, что ждёт её впереди.

Если бы кто-нибудь тогда сказал ей, что через год у неё появится любимый человек, настоящие друзья, научные интересы и даже первое выступление перед врачами…

Она бы, наверное, рассмеялась. А потом спросила, нельзя ли сначала найти нормальную аудиторию. Машка улыбнулась. Потому что теперь у неё было многое из того, о чём она тогда даже не мечтала. Не идеальная жизнь. Не лёгкая.

Не без ошибок. Зато своя. Настоящая. И удивительно интересная. Она уже собиралась выключить свет, когда дверь осторожно приоткрылась. На пороге появился Андрей.

— Мелкая…

Машка обернулась.