Вчера вечером именно эту тему она решила повторить утром. Но утром, разумеется, проспала на десять минут и успела только выпить чай.

Машка села за стол, развернула лист. Сначала написала то, что точно знала, затем разобрала второй вопрос и наконец вернулась к третьему.

Некоторое время смотрела на пустое место. Потом глубоко вдохнула.

Спокойно.

Не нужно помнить каждую строчку учебника. Нужно понять, о чём речь.

Она закрыла глаза. Вспомнила практические занятия, графики, объяснения Орлова, обсуждения с Денисом — и постепенно начала восстанавливать ответ.

Когда её вызвали, руки всё ещё немного дрожали. Но говорила она достаточно уверенно.

Первый вопрос прошёл хорошо. Второй — тоже.

На третьем Орлов остановил её.

— Мария Сергеевна, объясните, почему увеличение концентрации субстрата не всегда приводит к пропорциональному росту скорости ферментативной реакции.

Машка задумалась, потом ответила:

— Потому что при определённых условиях активные центры фермента могут быть практически насыщены субстратом. Тогда дальнейшее увеличение его концентрации уже не приводит к такому же росту скорости реакции.

Орлов кивнул.

— Хорошо. А какие ещё факторы могут влиять на активность фермента?

Она начала перечислять: температуру, кислотность среды, наличие ингибиторов и активаторов, количество самого фермента.

Преподаватель уточнил несколько деталей. На одном вопросе Машка запнулась, помолчала и честно сказала:

— Здесь я не уверена в точном механизме.

Орлов посмотрел на неё, потом кивнул.

— Хорошо. Тогда разберём, что вы можете объяснить.

Он задал дополнительный вопрос. Машка ответила и постепенно успокоилась.

Когда преподаватель объявил оценку, она сначала даже не поверила.

— Пять.

Машка замерла.

— Простите?

Орлов улыбнулся.

— Отлично, Попова. Ответ был не без небольших неточностей, но вы показали хорошее понимание материала и справились с дополнительными вопросами.

Она почувствовала, как губы сами растягиваются в улыбке.

— Спасибо!

Вышла из аудитории. Закрыла дверь. Посмотрела на Дениса и совершенно тихо произнесла:

— Пять.

Он поднял голову.

— Что?

Машка медленно улыбнулась.

— ПЯТЬ!

Денис рассмеялся, подхватил её на руки.

— Маш, поздравляю!

Она обняла его за шею и неожиданно расплакалась. Совсем немного. От облегчения.

Потому что за этой пятёркой стояли месяцы занятий, ошибок, повторений, непонятных схем и её собственное упрямое желание стать хорошим врачом.

Кристина тоже получила пятёрку. Но когда вышла из аудитории, выглядела не такой счастливой, как обычно.

Машка сразу заметила.

— Кристин?

Та улыбнулась.

— Всё хорошо.

— Точно?

— Да.

Но потом неожиданно добавила:

— Просто папа сегодня ездил к юристу. У компании снова сложные переговоры.

Машка посерьёзнела.

— Из-за поставок?

Кристина кивнула.

— Да. Часть убытков покрывают. Некоторые договоры расторгнуты. Компания пересматривает всё, что связано со складами и учётом.

Она помолчала.

— Пришлось продать одну машину. Мама переживает. Папа работает почти без выходных.

Машка внимательно слушала.

— А ты?

Кристина пожала плечами.

— Я впервые за много лет перестала думать, что у нас обязательно всё будет так, как раньше.

Машка осторожно спросила:

— И что теперь?

Подруга посмотрела на неё, потом улыбнулась.

— Теперь буду учиться. Сама. И постараюсь стать человеком, который может на себя рассчитывать.

Машка кивнула.

— По-моему, хороший план.

Кристина неожиданно рассмеялась.

— Представляешь, я вчера сама пошла в магазин и полчаса сравнивала цены на продукты.

Машка улыбнулась.

— И как?

— Выяснила, что деньги действительно заканчиваются, если не смотреть, на что их тратишь.

Машка захохотала.

— Романова, добро пожаловать в реальный мир!

Кристина тоже рассмеялась.

И впервые этот разговор не казался ни трагедией, ни признанием поражения. Просто взрослая жизнь постепенно меняла привычные правила.

Лера сдала свой экзамен на четвёрку. Поначалу расстроилась. Но потом позвонил Никита.

Они разговаривали почти полчаса, и когда Лера вернулась к друзьям, глаза у неё снова сияли.

— Машка!

— Что?

— Никита сказал, что гордится мной!

Машка улыбнулась.

— И правильно.

Лера задумалась.

— А ещё он сказал, что четвёрка — хорошая оценка.

— Конечно хорошая!

Подруга вздохнула.

— Просто я хотела пять.

Машка обняла её.

— Лер, ты же сама знаешь, сколько работала. Одна оценка не определяет, какой ты человек и каким врачом станешь.

Лера улыбнулась.

— Спасибо.

Потом неожиданно добавила:

— И Никита приедет после твоего последнего экзамена!

Машка оживилась.

— Правда?

— Да! Мы решили встретиться всей компанией!

— Отлично!

Лера счастливо кивнула, а затем задумчиво произнесла:

— Только я предупредила маму, чтобы никаких детских видеозаписей больше не показывала.

Машка не выдержала и расхохоталась.

— А морковку можно?!

— МАШКА!

Стас Морозов подошёл к биохимии с совершенно неожиданной стороны.

Вместо того чтобы пытаться выучить весь учебник наизусть, он начал составлять карточки с вопросами. На одной стороне — понятие, на другой — объяснение.

Кристина проверяла формулировки. Денис помогал разбираться в схемах. Машка устраивала маленькие опросы. А Лера рисовала стрелочки и цветные обозначения.

Получилось целое учебное пособие. Причём настолько удобное, что через несколько дней карточками начали пользоваться и другие студенты группы.

Стас смотрел на них и тихо радовался. Хотя, разумеется, делал вид, будто всё совершенно обычно.

Перед экзаменом он особенно нервничал.

Машка обнаружила его возле окна. С учебником. Без еды.

Это уже было тревожным признаком.

— Морозов…

Он поднял голову.

— Что?

— Ты чего такой мрачный?

Стас вздохнул.

— Боюсь.

Она удивилась.

— Чего?

— Что опять всё забуду.

Машка села рядом.

— Ты готовился?

— Да.

— Вопросы повторял?

— Да.

— Проверял себя?

— Да.

Она улыбнулась.

— Тогда у тебя есть основания рассчитывать на хороший ответ.

Стас посмотрел на неё.

— А если всё равно получу тройку?

Машка задумалась, потом ответила:

— Тогда это будет тройка человека, который действительно работал. И мы посмотрим, что можно улучшить дальше.

Он помолчал. Потом неожиданно улыбнулся.

— Слушай, Попова, ты иногда так говоришь, будто уже врач.

Она рассмеялась.

— Пока только пациент. Хроническое студенчество, обострение перед сессией.

Стас захохотал и немного расслабился.

Когда он вышел из аудитории, все мгновенно повернулись.

Стас остановился, посмотрел на друзей и поднял четыре пальца.

Машка замерла.

— ЧЕТЫРЕ?!

Он расплылся в улыбке.

— ЧЕТЫРЕ!

Лера завизжала. Кристина захлопала. Денис обнял Стаса за плечи. А Машка бросилась к нему.

— МОРОЗОВ! МОЛОДЕЦ!

Он смеялся. Очень счастливо. И повторял:

— Сам сдал! Представляете?! Сам!

Машка обняла его крепче.

— Представляем!

Стас немного помолчал, потом совершенно серьёзно добавил:

— Правда, в одном месте я всё-таки сказал про булочку.

Кристина закрыла глаза. Денис рассмеялся.

Машка медленно подняла голову.

— Морозов…

— Что?!

— Какую булочку?!

Он смущённо улыбнулся.

— Ну, я объяснял ингибирование на примере занятого места за столом. А потом зачем-то сказал, что если все места заняты булочками, новый гость не сядет.

Машка некоторое время смотрела на него. Потом начала смеяться.

— ГОСПОДИ! СТАС!

Он развёл руками.