Я сидела за столом, наслаждаясь идеальным балансом в отчетах, когда дверь открылась и вошел он.

Альтаир выглядел так, словно только что сошел с обложки журнала для аристократов, но на его безупречном лбу залегла глубокая морщина, а в лапах он сжимал увесистую стопку пергаментов, словно это были враги, которых он хотел задушить.

— Леди Лена, — его бархатистый голос звучал с ноткой отчаяния. — Я пережил схватку с родственниками. Я доказал свое право на наследство. Но я проигрываю войну бухгалтерии.

Он с грохотом вывалил стопку бумаг на мой идеально чистый дубовый стол.

— Мой управляющий, старый барсук по имени Мастер Грим, подал прошение об отставке. Ему семьдесят лет, и он хочет умирать на берегу теплого моря. А я... Лена, я не разбираюсь в бизнесе. Совсем. Я знаю, как покупать картины, как разводить скаковых коней и как дегустировать вино. Но эти цифры... они смотрят на меня, как на добычу.

Я не смогла сдержать улыбку и кивнула на кресло напротив.

— Садитесь, мастер Альтаир. И давайте посмотрим, что именно вы унаследовали.

Следующие два часа мы разбирали его активы. И чем дальше я заходила в его реестры, тем шире открывались мои глаза.

— Альтаир... — тихо произнесла я, откладывая перо. — Вам принадлежат три серебряных рудника в Горных Пиках и огромная территория девственного хвойного леса на севере. Это же золотое дно.

— Для кого-то это золотое дно, — мрачно ответил он, отхлебывая остывший чай. — Для меня это головная боль. Рудники требуют постоянного контроля, лес — найма лесорубов и логистики. Если я оставлю это себе, мой кузен через год засудит меня за растрату, а через два рудники затопит, потому что я забуду оплатить работу насосов.

Он наклонился вперед, и его ледяные глаза посмотрели на меня с абсолютной серьезностью.

— Я хочу предложить вам сделку, Лена. Влейте мои активы в ваш Торговый Дом. Возьмите рудники и лес под свое управление. Я не хочу этим заниматься. Забирайте всё. Вы будете получать сорок процентов чистой прибыли, а я... я просто буду спать спокойно.

Я смотрела на него. Это был ключ к абсолютной монополии на серебро и лесоматериалы на всем Севере. Мой мозг Генерального директора уже начал строить схемы интеграции.

— Это очень щедрое предложение, Альтаир, — медленно произнесла я. — Но обычно за такие активы просят долю в управлении. Вы же просто отдаете мне контроль. Почему? Давайте отпразднуем такую удачную сделку. Я знаю один ресторан, где подают отличного вина и никто не будет мешать.

Ресторан «Серебряная Луна» был самым дорогим и закрытым заведением в Посаде. Мы сидели за лучшим столиком в укромной нише, отделенной от других гостей полупрозрачными шелковыми ширмами.

Альтаир был безупречен. Приглушенный свет свечей играл на его серебристой шерсти с темными розетками, а в его ледяных глазах, когда он смотрел на меня, больше не было деловой напряженности. Только теплый, хищный интерес.

Мы обсуждали рудники, но я чувствовала, что его мысли где-то далеко. Он пил вино, слушал мои планы по оптимизации лесозаготовок и кивал, но его взгляд не отрывался от моего лица.

— Лена, — внезапно перебил он меня, когда я начала рассказывать о новых маршрутах сплавки леса.

Я замолчала.

— Что-то не так с контрактом?

— Контракт в порядке, — тихо сказал он. Он поставил бокал и вдруг улыбнулся. Усмехнулся так, что у меня перехватило дыхание. — Я передумал.

— Передумали насчет сорока процентов? — нахмурилась я, включая режим переговорщика. — Я могу дать вам сорок пять, но при условии...

— Я передумал насчет того, чтобы просто отдать вам активы и разойтись, — перебил он меня.

Альтаир встал из-за стола. Мое сердце пропустило удар. Его лапа скользнула во внутренний карман камзола и достала маленькую, бархатную коробочку. Он опустился на одно колено прямо посреди ресторана, игнорируя удивленные взгляды посетителей из соседних ниш.

— Лена, — его голос был низким, вибрирующим и невероятно нежным. — Выходи за меня.

Щелк. В моей голове отключился отдел «Генеральный директор» и включился отдел «Шок».

Он открыл коробочку. Внутри, на темном бархате, лежало кольцо. Огромный, безупречный бриллиант огранки «принцесса», оправленный в белое золото. Он стоил больше, чем весь мой стекольный завод.

— Альтаир... — выдохнула я, не в силах отвести взгляд от камня. — Вы с ума сошли? У меня трое детей. И они все от волка. От принца Торна. Весь Посад скоро узнает, что я мать его бастардов. Я не та нежная аристократка, которая будет играть на лютне. Я захвачу ваши рудники, я буду работать по шестнадцать часов в сутки, и я, скорее всего, буду игнорировать вас ради новых контрактов!

Альтаир рассмеялся. Это был искренний, глубокий смех. Он взял мою руку и аккуратно вложил коробочку с кольцом в мою ладонь.

— Лена, послушайте меня, — он посмотрел мне прямо в глаза, и в его взгляде не было ни капли осуждения или сомнений. — Во-первых, я совершенно не разбираюсь в бизнесе. Если я оставлю активы себе, я их проматаю. Забирайте рудники. Забирайте лес. Забирайте всё. Мне это не нужно.

— Но... а как же вы? И дети? — я была в полной прострации. — Они не вашей крови. Они от волка. От того, кто бросил вас ради трона... то есть, бросил меня.

— Мне плевать на кровь, — просто ответил он. — Я чертовски хорош собой, Лена. Я это знаю. Но красота не греет кровать, когда ты болеешь. И она не смеется над твоими шутками. Я видел, как вы рискуете всем ради Матвея, Вовы и Кати. Я знаю, кто их отец. И мне плевать на его трон и его клан.

Он провел большим пальцем по моей щеке.

— Я хочу усыновить их. Официально. По закону Снежных барсов. Они получат мою фамилию, мою защиту и мое состояние. Никто не посмеет косо посмотреть на детей мастера Альтаира. А я получу вас. И их. Я буду вашим красивым мужем. Я буду варить вам чай, когда вы засидитесь над отчетами. Я буду играть с детьми в саду. И я буду спать с вами в одной постели, зная, что я — самый счастливый самец на этом континенте.

Подготовка к свадьбе и переезд поглотили меня с головой, но это был совсем другой, невероятно приятный вид головной боли.

Мы с Альтаиром купили огромный особняк на Серебряном холме — бывшую резиденцию одного разорившегося оленьего лорда. Территория была огромной: закрытый сад, флигели для прислуги, конюшни и главный дом с тремя этажами и высокими башнями.

— Здесь будет отличная оранжерея, — говорила я, ходя по пустым, пыльным залам и прикидывая, где лучше всего поставить стеклянные стены. — А в западном крыле мы сделаем детскую. И кабинет. Мне нужен просторный кабинет с видом на сад.

Альтаир, который ходил за мной, заложив лапы за спину, только улыбался.

— Делай что хочешь, моя королева. Главное, чтобы в гостиной было достаточно места для моих картин, а в спальне — большое окно, чтобы я мог смотреть, как ты работаешь.

Ремонт мы поручили, разумеется, Балтазару. Надежный барсук-прораб уже составил смету, которая включала в себя модернизацию геотермального отопления (он был в восторге, что я снова его наняла) и установку новейших систем вентиляции.

Детей мы перевезли в первую очередь. Лира и Бран, наши «волчье-кошачьи» няньки-родители по документам, заняли восточный флигель. Альтаир тем временем начал официальную процедуру усыновления через Гильдию Магов. Как он и обещал, его имя, его статус и его золото создавали вокруг Матвея, Вовы и Кати непробиваемый юридический купол. Теперь они были не просто сиротами-метисами, а законными наследниками дома Снежных барсов.

Я была счастлива. Впервые за все время в этом мире я чувствовала себя в полной безопасности.

Но бизнес не ждет, пока ты наслаждаешься счастьем.

Через три недели после покупки особняка, когда я сидела за новым, еще пахнущим лаком дубовым столом, в кабинет вошел Арчибальд. В лапах он держал тяжелый конверт, запечатанный черным сургучом с волчьей печатью.