Они не были парой. Они даже не были друзьями. Они были наемными специалистами высшего класса, которых я свела вместе ради одной цели.

— Садитесь, — сказала я, указывая на кресла. — У меня есть предложение, от которого вы не сможете отказаться. Оплата в три раза выше рыночной. Премии за каждый месяц безупречной службы. Но есть условия.

Лира сложила лапы на коленях. Бран молча кивнул, его взгляд был спокоен и внимателен.

— Вы сопровождаете меня в Посад, — начала я. — В пути и по прибытии вы становитесь их миром. Лира, вы отвечаете за их здоровье, питание и режим. Бран, вы отвечаете за их безопасность и, в будущем, за их образование. Вы не задаете вопросов о том, кто их настоящие родители. Вы не обсуждаете их происхождение с посторонними.

Бран слегка наклонил голову.

— Это стандартная практика для работы с детьми знати, госпожа. Мы привыкли хранить тайны.

— Это не просто тайна, — я посмотрела на них в упор. — Это вопрос жизни и смерти. Если кто-то спросит, кто эти дети, ваш ответ один: это ваши дети.

Лира моргнула, ее уши чуть дернулись.

— Наши... дети? Но госпожа, я кошка, а он волк. Это вызовет вопросы.

— В нашем мире полно странных союзов, особенно среди тех, кто потерял прошлые семьи, — парировала я. — Вы скажете, что вы вдова и вдовец, которые нашли друг в друге опору и решили воспитывать этот... смешанный выводок вместе. У вас будут все поддельные документы, заверенные моей личной печатью и печатью Гильдии. Для внешнего мира вы — их родители. Точка.

Посад встретил меня холодным, промозглым дождем, который смывал пыль с дорог и делал брусчатку скользкой. Но мне было плевать на погоду.

Как только экипаж въехал во внутренний двор моего особняка, я начала раздавать распоряжения, не выходя из роли Генерального директора.

— Лира, Бран, вы занимаете восточное крыло второго этажа. Там уже подготовлены апартаменты. Никаких чужих глаз, никаких гостей. Если кому-то из прислуги покажется, что они услышали детский плач — они глухие. Бран, вы отвечаете за периметр. Лира, за их здоровье.

Волк и кошка, которые по документам были мужем и женой, кивнули. Бран уже выглядел как суровый, но заботливый отец семейства, а Лира — как его строгая супруга. Они забрали люльки, и я впервые за последние сутки выдохнула, глядя, как они поднимаются по лестнице. Мои дети были в безопасности. В моем личном, укрепленном магическими щитами гнезде.

А теперь пришло время заняться теми, кто посмел рыться в моем кошельке, пока меня не было.

Кабинет пах старыми чернилами и моим любимым мятным чаем. Арчибальд и Риска выглядели так, словно они не спали неделю. Мышь нервно теребил свои усы, а белка дергала хвостом.

— Госпожа! — Арчибальд развернул на столе огромную карту поставок, густо испещренную красными кляксами. — Они скупают всё! Сначала забрали все «земляные яблоки» у южных барсуков. Потом выкупили весь объем лечебных трав у кроликов. Они перебивают наши контракты, предлагая цену на десять процентов выше! Рынок в панике, наши запасы на складах тают, а мы не можем выполнить заказы на зиму!

Я спокойно отхлебнула чаю.

— Кто покупатель?

— Подставная компания «Серебряный Иней», — пискнула Риска. — Зарегистрирована на подставных лис. Но мы проследили деньги. Золото идет из казначейства Северных Белых Волков.

Я медленно поставила чашку.

Северные Белые Волки. Клан Бланш. Родня моей «счастливой соперницы», которую Торн собирался женить на себе ради чистокровной крови.

— Они решили, что если «Черный Коготь» останется без головы, они могут задушить нас экономически, — тихо произнесла я, и в моем голосе зазвенел лед. — Они скупают провизию и травы, чтобы создать монополию и заставить меня продавать им стекло и соль по их цене. Они думают, что играют в объемы.

Я улыбнулась. Улыбка получилась такой, что Арчибальд инстинктивно отступил на шаг.

— Глупые, жадные псы. Они забыли, что я контролирую не только поля. Я контролирую инфраструктуру.

Я взяла перо и быстро начертила схему.

— Риска, срочно свяжись с нашими складами. Мы не будем перебивать их цену на траву и картофель. Пусть скупают. Пусть тратят всё свое золото. Но как только их склады заполнятся на восемьдесят процентов... мы обрушиваем рынок стекла и соли.

— Госпожа? — Арчибальд непонимающе моргнул.

— Им негде хранить то, что они купили, — объяснила я, чувствуя, как внутри разгорается азарт хищника. — Травы нужно сушить и хранить в стеклянных банках, иначе они заплесневеют за месяц. Мясо и рыбу нужно солить. Мы принадлежат стекольные заводы и соляные копи. Мы останавливаем отгрузки «Серебряному Инею». Ссылаемся на «технические неполадки» и «форс-мажор». А тем временем, мы выбрасываем на рынок все наши излишки стекла и соли по демпинговым ценам, но только для тех, кто не связан с Северными Волками.

Я посмотрела на своих управляющих.

— Их склады забиты травой и картофелем, которые они купили по завышенной цене. Без стекла трава сгниет. Без соли мясо протухнет. А продать это другим кланам они не смогут, потому что мы уже заключили эксклюзивные контракты на поставку нашей соли и наших банок с другими торговыми домами.

Арчибальд медленно осознал масштаб катастрофы, которая должна была обрушиться на голову Северных Волков.

— Они останутся с горами гниющей травы... и без золота...

— Именно, — кивнула я. — А когда их казна опустеет, а старейшины начнут выть от убытков, мы предложим им выкупить их долги. В обмен на что? В обмен на эксклюзивные права на северные торговые пути и долю в их серебряных рудниках. Они сами отдадут мне свои ресурсы, чтобы не умереть с голоду зимой. Приносите мне их главного бухгалтера завтра к обеду. Я буду подписывать акт о поглощении.

Бизнес-план был утвержден. Рейдеры были мертвы, даже не подозревая об этом.

Я уже собиралась было спуститься в восточное крыло, чтобы посмотреть на спящих малышей, когда в дверь кабинета тихо постучали. Вошел один из моих лучших уличных информаторов — тощий крыс-оборотень по имени Шмыг. Он работал непосредственно на волчью крепость.

— Госпожа, — он низко поклонился, его хвост нервно хлестал по полу. — Новости из Цитадели. Только что пробили в колокола.

Я нахмурилась. Колокола били только в случае рождения наследника Альфы или смерти правителя.

— Говори.

— Леди Бланш разрешилась от бремени, — выпалил крыс. — Вчера ночью. Она родила близнецов.

Мое сердце на долю секунды замерло, но я заставила свое лицо остаться абсолютно спокойным.

— И кто они? Мальчики? Есть ли аура Альфы?

Крыс сглотнул и опустил глаза.

— Нет, госпожа. Две девочки. Чистокровные белые волчицы. Красивые, здоровые... но ауры Альфы нет. Ни малейшего признака доминантности. Обычные, рядовые волчицы. Совет старейшин в ярости. Они шепчутся, что кровь принца Торна «ослабла», а леди Бланш винят в том, что она не смогла выносить вожака. Сам принц... он закрылся в башне и никого не пускает.

Крыс замолчал, боясь поднять на меня глаза.

Я стояла у окна, глядя на серые, дождливые крыши Посада. В голове была абсолютная, кристальная тишина.

Потом эта тишина сменилась тихим, внутренним смехом, который постепенно перерос в холодную, торжествующую усмешку.

Торн хотел чистокровную кровь для трона. Он пожертвоввал мной, своим истинными чувствами, ради политики. Он лег в постель с белой волчицей, чтобы обеспечить стаю сильным наследником.

И что он получил? Двух милых, пушистых, абсолютно бесполезных для политики девочек, которые выйдут замуж за чужих альф и уедут в другие стаи. Его «чистая кровь» не дала ему ничего. Совет старейшин уже точит на него клыки, потому что у него нет наследника-самца.

К тому времени, как Альтаир вернулся в Посад, план по удушению Северных Белых Волков работал как швейцарские часы. Их склады ломились от гниющей травы и протухающего мяса, потому что наше стекло и соль для них были заблокированы. Осталось только подождать еще неделю, чтобы они сами приползли к моим воротам, умоляя о реструктуризации долгов.