Члене, который трогать мне нравится настолько, что всё сильнее изнемогает между ног. И хочется ощутить его в себе. Отдаю себе отчёт, что именно этого мне хочется.

— Пожалуйста... — срывается с меня тихое.

— Сейчас, — хриплым шёпотом отвечает Денис, явно понимая, о чём я. Проводит влажными от моей смазки пальцами от клитора и до пупка, там тоже узорами разными двигается, поглаживая.

Горячие мурашки у меня уже по всему телу гуляют. Как же чувствительно... приятно.

Денис снова целует меня, пальцем трогая уже там, где не касался никто. Умом понимаю, что чуть растянуть меня хочет до проникновения членом. И уже от одной этой мысли дрожу всем телом.

Не сказать, что это совсем не больно. Но и приятно всё-таки тоже. Во многом благодаря тому, что его член всё ещё у меня в руке и я слишком ярко представляю, что скоро вместо пальца будет он.

Подаюсь бёдрами навстречу его движениям. А Денис кончиком языка дразнит мне уже шею. И от сочетания чувствительных и всё более яростных поцелуев этой области с движением пальца у меня внутри меня всё сильнее простреливает в сладкой пульсации.

Я будто в прострации какой-то, абсолютно не сознаю, когда и что происходит. Лишь чувствую, как Денис смотрит, целует, двигается... Сжимает мне грудь, гладит отвердевшие соски... Как на инструменте каком на моём теле играет, снова и снова срывая с меня всё более высокие звуки.

Никогда не думала, что так бывает: как ни сдерживайся, а стоны всё равно слетают с губ.

Чёрт возьми, эти ощущения точно ещё долго останутся со мной... Его руки я буду чувствовать у себя между ног в рандомные моменты жизни и даже когда в Ростов уеду. Чувствую же, что это так.

У меня так и с нашим первым поцелуем было весь год отсутствия Дениса Исаева... В самые неподходящие моменты, внезапно.

Он нависает надо мной, глядя мне между ног и я автоматом опускаю взгляд туда же. И чуть не стону от картинки того, как его горячий твёрдый член скользит по моим влажным складкам. Как в безумно качественном эстетическом порно.

А я ведь и его смотреть стеснялась... Так куда девается моё смущение сейчас?

Вот оно, с новой силой захлёстывает: когда Денис ловит направление моего взгляда и порочно усмехается.

А потом, опытным движением раскатав латекс по члену, входит в меня.

Глубоко сразу. Но не двигается. Денис смотрит мне в глаза, как бы безмолвно спрашивая, не больно ли. А я толком ничего сказать не могу. Да, отголоски боли есть, но они внезапно только усиливают чувствительность. Приятнее делают проникновение. И... не позволяют забывать, что всё. Я принадлежу ему, Денису Исаеву. По крайней мере, здесь и сейчас.

Он прикрывает глаза, словно от переизбытка чувств, и у меня сердце пропускает удар. Сознаю, насколько Денис нуждается во мне. На каком-то глубинном уровне это улавливаю. И пусть эта жажда только по моему телу, но этого сейчас достаточно, чтобы откликнуться.

И отдаться...

Сама делаю первое движение. И Денис на это начинает двигаться. Неспешно, плавно, то и дело целуя губы. Разрывая мне сердце внезапной нежностью. Чуть ли не щемящей какой-то. Исаев словно пытается доставить мне как можно больше удовольствия, думая больше об этом, чем о своём.

Именно это и делает... Снова и снова. Буквально не выпуская меня из постели всю ночь.

Проснувшись, не спешу открывать глаза. Чувствую, что Денис ещё рядом. И вроде бы не спит — просто лежит.

Аж дыхание задерживаю, когда он чуть шевелится. Ощущаю на себе его взгляд и почти вжимаюсь в подушку.

Только бы не заметил, что я уже проснулась!

Глупо, конечно. Даже если сейчас Денис встанет, не тронув меня, и пойдёт заниматься делами — мне всё равно придётся с ним столкнуться.

Этого не избежать. Как и повтора нашей ночи. Снова и снова...

Всё уже изменилось между нами. Так ярко и остро, почти болезненно, что ещё несколько таких ночей я не выдержу. Да даже с одной не справлюсь.

Уже не смогла.

Как ни хочется, я не могу назвать эту ночь насильной или постыдной. Не получится оправдать себя за ответное желание, которое недвусмысленно демонстрировала. Мне было хорошо. Моментами — больновато, но даже в этом не было ничего унизительного.

Можно сказать, я добровольно вступила в западню. Потому что теперь сложно справиться с осознанием, каким чутким нежным и внимательным мог быть Денис.

Этой ночью я прочувствовала, сколько в нём нерастраченной любви. Погрузилась в эти ощущения с головой. Прониклась, испытала какое-то странное тепло — словно к близкому человеку.

Но вот уже утро... И реальность.

Теперь мне страшно. Не по себе открыть глаза и окунуться в новую жизнь.

Я ведь впервые почувствовала что-то к мужчине. Да ещё и к такому, как Денис! Он по-прежнему остаётся загадкой, разгадывать которую опасно.

Страшно, что подпустила его в своё сознание. Страшно, что позволила себе окунуться в это, пусть и ненадолго. Страшно, что будет дальше...

— Ты уже не спишь, — вдруг врезается в мои мысли спокойный голос Дениса. — Я бы не стал тебя будить, но чувствую это.

Вздохнув, ничего не отвечаю. А сердце тревожно и гулко частит, разрывая грудь.

— Я лишь хотел сказать, что по нашему уговору ты теперь не работаешь на кухне, а полноправная хозяйка дома, — привычным отчуждённым тоном продолжает он. — Ты можешь заняться всем, чем захочешь. А я сегодня же примусь за открытие твоего дела.

— Прекрасно, — бурчу в ответ. — Раз я могу делать, что хочу, предпочту ещё поваляться.

И зарываюсь под подушку, проклиная неуместную слабость.

Какого чёрта?

Возомнила себе непонятно что. Мужчина в постели и он же в жизни — далеко не всегда одно и то же. В конце концов, есть же всякие бабники-пикаперы, которые знают, как надо с девушками. Возможно, Денис из них. Иллюзия любви — отличный способ вскружить голову неопытной дурочке.

Но нет, не то... Совсем не то.

Да, скорее всего, Денис был искренен этой ночью. Я ведь точно знаю это. В обратное просто не поверю.

Но он явно собирается ограничивать какое-либо проявление чувств лишь постелью. В жизни остаётся всё тем же невозмутимым и недоступным. Он так привык и не хочет другого.

Как и я вообще-то! Денис совсем не входит в мои планы.

Но блин, почему его поведение вдруг так задевает?..

*******

Отвожу взгляд к окну.

Этот разговор даётся тяжело, но становится легче.

Не знаю, с чего вдруг меня потянуло навестить Вениамина. Видимо, потому что Венчиков был первым, в ком я увидела друга в этом городе.

Он с радостью принял меня, не задав неудобных вопросов.

Всё это время мы, конечно, поддерживали общение, периодически сталкиваясь на районе в течение года. Я уже знала, где он живёт, и контакты его у меня были. Но вот так внезапно заявиться к нему... Это впервые. Я вообще у него впервые. Но иначе не могла, толкаемая порывом.

И вот — за обедом, сама того не ожидая, я просто вываливаю ему всё. Выговариваюсь. Вениамин поддерживает, понимает. Никакого осуждения.

Единственное, о чём я утаиваю — о чувствах, которые вдруг вызвал Денис. Расписываю всё так, словно он просто шантажировал меня, вынудив подчиниться.

Тактичный Вениамин увлекает меня другими, более приятными, темами. Но позже, когда мы уже сидим в его комнате на диване, на меня снова накатывает. Вспоминаются обжигающие ласки Дениса ночью, а затем — холодный голос утром.

Дыхание сбивается. Продолжать отвлечённые темы становится невыносимо.

— Если бы я могла что-то изменить, если бы нашла какой-то выход... — вырывается у меня.

Вениамин вздыхает. Помолчав немного, мягко, но настойчиво возражает:

— Что сделано, то сделано. Ты не должна винить себя. И не должна страдать от этого. Отнесись к этому, как к пройденному этапу и иди дальше.

Мрачно усмехаюсь. Идти дальше? А как?..

— Легко сказать. Пока я встану на ноги, Денис... — сглатываю ком в горле. — Сполна успеет мной воспользоваться.