Минуты, которые отсутствует дворецкий, физически давят. Мешают дышать. Он что, решил не по телефону или ещё какой связи спросить, а глаза в глаза? Дворецкий чувствует необходимость именно в этом? Потому что вопрос такой... щепетильный? Непростой?

Мы с Варей молча ждём, изредка переглядываясь понимающими взглядами. Обе с трудом выносим это испытание временем. Оно тянется слишком мучительно.

Прислушиваясь к любому звуку вокруг, я чуть не поддаюсь порыву сбежать отсюда. Уехать как можно дальше. И неважно уже, что у меня ничего нет.

В конце концов, главное мы узнали — Денис жив. Мы не стали невольными виновницами в его смерти. Точнее, я. В первую очередь и только я.

Может, вернуться в Ростов?.. И будь что будет.

Хм, ну нет. Я не могу снова так поступить с людьми, живущими в этом доме и ставшими мне второй семьёй.

Сердце подскакивает и колотит, разрывая грудь, когда возвращается дворецкий.

— Проходите, — только и говорит уверенно. — Располагайтесь в доме.

Но даже такой ответ не успокаивает.

********

Варя тяжело переживает молчаливое осуждение дорогих ей людей. Я ведь вижу. Большую часть дня провожу, заперевшись в её комнате и разговаривая с ней по душам. Прошу прощения, что втянула её в эту историю. Обещаю сделать всё, чтобы исправить ситуацию.

К счастью, Варя вовсе не ненавидит и даже не злится на меня. Наоборот, пережитое приключение только сильнее сближает нас.

А ещё мы признаёмся друг другу, что отчасти намеренно закрылись здесь за разговорами, чтобы избежать Дениса. Боимся столкнуться с ним. Будет слишком неловко.

— Ведь мы предали его, — заключает Варя, глядя на меня серьёзным и печальным взглядом.

И это выражение лица, и слова надолго врезаются мне в подсознание.

*******

К вечеру я решаюсь пойти к Денису. Выхожу из комнаты Вари, хотя она всё ещё остаётся там.

Конечно, мне страшно. Но вечно избегать Дениса, нагло живя в его доме — просто нереально. И неправильно. Надо отвечать за свои поступки, какими бы ни были их последствия.

И я сделаю это одна. Я начала всё это, мне и заканчивать.

Хотя Денис и сам не рвался к общению с нами. Ведь дворецкий спрашивал его о нас. Но, впустив нас в дом, Исаев ни разу не показался.

А может, просто не мог? Что, если у него постельный режим?..

Эта мысль тут же толкает наверх, в его комнату. Я должна знать наверняка.

Дверь, как обычно, открыта. Денис никогда не запирался.

Немного помедлив, решаюсь переступить порог. Войдя внутрь, сразу вижу Дениса. Он сидит за столом, изучая какие-то бумаги.

Прерывается на звук. Мы быстро пересекаемся взглядами — Денис сразу возвращается к своим документам. Я даже не успеваю разглядеть, с каким выражением он меня встречает.

Зато точно понятно одно — Денис в порядке. Выглядит вполне здоровым. Хоть и бледнее обычного. Но не похоже, что он действительно был на волоске от смерти пару дней назад.

Или просто так держится? Погрузился в работу с раной в груди? От такого, как Денис, можно ожидать всего.

— Ты ведь ранен, — не выдерживаю. — Венчиков чуть не убил тебя...

Денис немного медлит, словно раздумывая, стоит ли вообще говорить со мной. Но в итоге всё-таки поднимается, откладывает бумаги куда-то в настенный шкафчик и разворачивается ко мне. С уверенными движениями, которые вряд ли могли быть у раненного.

— Кто, он? — морщится с презрением к Венчикову, и словами давая понять, что всё не так, как я думала. — Промазал. Попал в руку, да. Вышиб меня из мотоцикла, но скорее из неожиданности. Рана пустяковая.

И его слова, и действия, конечно, убедительны. А ведь действительно, я не видела, как всё произошло. Знала только со слов Венчикова.

Учитывая всё, что вскрылось в Вениамине — ложь и бахвальство вполне могли быть ему свойственны.

— Я посмотрю, — неожиданно даже для себя тянусь к Денису.

— Убери руки.

Лёд в его словах резко обжигает, отшатнув меня.

Теряюсь. И от своего порыва, и от его реакции.

Хотя это наконец заставляет вернуться в реальность. Где мы с Варей — беглянки, которые предпочли чужого Венчикова Денису.

Наверное, надо объясниться?..

Глубоко вздохнув, решаюсь. Смотрю прямо перед собой, немного мимо Дениса. Так немного проще.

— Когда я сказала, что знаю, куда он нас везёт и согласна на это, я имела в виду не бордель. Венчиков сказал, что его семья в Краснодаре владеет крупным бизнесом, связанном с одеждой, и что бизнесу нужны работники. Я подумала, это мой шанс. Я не знала, во что это обернётся...

И сама слышу, как дрогнул мой голос. Надо попросить прощения — я чувствую это. Но...

Очень сложно говорить с каменной бесчувственной стеной. Денис неподвижно стоит, глядя на меня вскользь. Ничего не отвечает. И даже выражение его лица не меняется — я ведь мельком бросаю взгляд.

И тут меня прошибает совсем другая мысль. Денис ведь бросился в погоню, чтобы спасти нас! А затем его ранили. Но несильно. Всего лишь в руку.

Он мог бы продолжить ехать за нами. Не сдаваться.

Видимо, ему не так уж и хотелось? Или те мои слова убедили его? Но если так, почему сейчас Денис словно совсем не удивлён их опровержению?..

Почему-то осознание, что он не очень-то и волновался за меня, вызывает странную обиду. Слишком сильную, чтобы промолчать. Это задевает буквально всё внутри меня.

— Хорошо, что добрые люди спасли нас, — с вызовом подчёркиваю.

Наверное, не стоило говорить, что это сделал тот убийца из леса — Денис вряд ли в такое поверит. Да и вообще не хочется углубляться в тему этого опасного незнакомца. И без того есть, что обсудить.

— Да, вам повезло, — ничуть не растерявшись, отчуждённо соглашается Денис.

Так, словно всё в порядке. Он даже не интересуется, как всё произошло.

С трудом сдерживаюсь, чтобы не спросить, почему он не стал нам помогать.

Какие глупости.

Я не имею права обижаться на него за это. И уж тем более, предъявлять.

Всё-таки Денис был ранен. Возможно, всё оказалось не так серьёзно как раз потому, что он вовремя обратился к врачу.

Денис не мог рисковать собой — ради кого? Той, что сама сбежала от него и наговорила всяких глупостей?

У него ведь не было на это причин...

Так что да, Денис просто расставил приоритеты. Собственное здоровье для него оказалось важнее, чем наше с Варей благополучие.

Что ж, глупо винить его за это. Он вообще не был обязан нас спасать.

У нас был уговор. Я его нарушила. Доверилась Венчикову, откровенно решила, что он лучше.

— Варя поехала только из-за меня, — стараясь не выдавать эмоций, спокойно продолжаю объяснять. — Я убедила её, что в противном случае ты выставишь её вон... Прости меня. Я ошиблась, и из-за этого ты пострадал.

Осмеливаюсь взглянуть на Дениса. Он отворачивается.

— Выйди, пожалуйста.

Аж передёргивает от твёрдости этого скорее приказа, чем просьбы. Значит, Денис никогда не простит меня?..

Но гораздо сильнее слов пробирает его взгляд, который я успеваю уловить. Такое ощущение, что Денис с трудом выносит моё присутствие! Будто оно болезненным для него сейчас кажется.

Так он на меня ещё не смотрел.

Да уж, всё действительно изменилось. Стало намного сложнее.

А ведь я ещё не обсудила с ним, что теперь делать в его доме на период, пока снова не встану на ноги. Вернуться на кухню?..

Но оставаться здесь и пытаться достучаться до него невыносимо. Закрыв за собой дверь, стремительно направляюсь к себе. Почему-то хочется плакать.

Хоть история и бесплатна в процессе, решила всё-таки ввести для неё график: выкладка по четвергам, пятницам и субботам) Могут быть форс-мажоры, но постараюсь их по минимуму допускать

В течение всего дня, уже успокоившись после вчерашнего, несколько раз пытаюсь заговорить с Денисом насчёт своей роли здесь. Но никак не могу застать его врасплох. Каждый раз, увидев меня, он обращается с разговором к кому-то из слуг, сосредотачивается на разных делах и будто не замечает меня.