Мы слишком разные. Но даже это — сущая мелочь по сравнению с исходом.

Теперь я останусь здесь жить нормальной жизнью, а он уедет непонятно куда и непонятно чем займётся. Наши миры окончательно расходятся.

День, который должен был стать самым счастливым в моей жизни, становится кошмарным.

Весь следующий день провожу в своей комнате. В странной апатии почти не выхожу оттуда — только по необходимости или ради еды. Ведь знаю — у шеф-повара будут вопросы по поводу того, как я поговорила с Денисом. Избежать бы этого... Да и вообще не хочется ни с кем говорить. И уж тем более случайно наткнуться на Исаева.

Но для такого затворничества хватает лишь дня. На следующий я неожиданно подбодряюсь и уже не испытываю сомнений, выходя к завтраку.

Спускаясь по лестнице, замираю. Слышу внизу голоса Дениса и одного из слуг. Сердце пропускает удар. Медленно опускаю ногу на следующую ступеньку. Колеблюсь немного... И продолжаю путь, толком не поняв, почему смятение так легко отступает с этими действиями.

Скоро я вижу разговаривающих. И снова останавливаюсь — на этот раз сердце тревожно сжимается, щемит в груди, отзывается болезненным трепетом.

Глядя на Дениса, я вдруг неожиданно ясно осознаю — никогда он не сотрудничал с убийцами. И сам таким не является. Ему всё это так же чуждо, как и мне. Денис сказал это только чтобы успокоить меня.

Чтобы я не знала правду.

Он пошёл на это только из-за меня. Никакого страха перед смертью или рисками не было. Денис не беспокоился о себе — только обо мне. Почти всегда.

И разве что-то изменилось?..

Сейчас, глядя на него, я по-прежнему вижу мужчину, который приютил меня, заботился, поддерживал и оберегал. Многое он делал, не объясняя и даже вызывая гнев — ведь и не ждал благодарности. Денис делал всё просто, чтобы мне было лучше. Казалось, остальное для него не имело значения.

И позавчерашний разговор не был исключением... Просто не мог.

Сердце ёкает, ком в горле мешает дышать.

В этот момент слуга отходит — разговор закончился. Почувствовав мой взгляд, Денис поднимает свой.

И я не выдерживаю.

Мгновенно преодолеваю оставшиеся ступеньки, не касаясь перил. Буквально бросаюсь к нему, в беспамятстве льну ближе, цепляясь руками. Даже не соображаю, что происходит — отталкивает ли меня Денис, или обнимает в ответ.

— Я люблю тебя, слышишь? — отчаянно взываю, чувствуя жизненную потребность говорить это. — И мне всё равно, что у тебя было, будет и есть, какие дела или связи. Я люблю тебя...

Продолжаю повторять слова любви, пока не чувствую, как сильные руки нежно и осторожно обнимают меня. Денис наклоняет голову, касаясь губами где-то чуть выше моего лба, и я замираю, ощутив его сбивчивое дыхание.

— И я тебя люблю, — жарко шепчет он. Порывисто утыкается лицом мне в волосы, прижимая меня к себе как можно ближе. — Так сильно люблю...

Всхлипываю, не в силах сдержать эмоции. В голосе и прикосновениях Дениса столько чувств, что сердце разрывается. Хочется многое сказать, но я не могу выразить словами всё, что испытываю. Да мы оба не сможем. И не нуждаемся в этом — всё понятно и так. Мы чувствуем друг друга.

Понятия не имею, сколько мы стоим так, обнимаясь, поглаживая, цепляясь друг за друга. Я даже не понимаю, проходят ли мимо слуги, выполняющие разные домашние дела.

Постепенно успокаиваюсь в его руках. Головокружительные ощущения уступают место уюту и теплу. Дрожь отступает. Поднимаю голову, встречаясь взглядами с Денисом.

Его глаза завораживают глубиной чувств, которые больше не скрываются. Так хочется утонуть в этом, полностью погрузиться в эти яркие эмоции, пропасть в них. Но понятно — Денис всё равно видит между нами какие-то препятствия, хоть больше и не скрывает своей любви. Он обнимает меня так, будто у нас есть только этот момент.

Но неужели не понимает, что теперь уж, что бы ни было, мы будем в этом вместе?..

Делаю к нему движение. Чуть приподнимаюсь на цыпочки, давая понять, что жду поцелуя. Хочу, чтобы сейчас именно Денис сделал решающий шаг.

Когда я говорила, что мне всё равно, с кем и в чём он сотрудничает и что задумал; я была искренней. Сейчас мне безразлично, собирается и видит ли необходимость Денис даже самому убивать. Пусть даже всё внутри меня против этого. Гораздо больнее оставаться в стороне от него, знать, что Денис всё ещё держит дистанцию.

Видимо, он улавливает это. Ласково берёт моё лицо в руки и скользит взглядом по губам, словно обдумывая. Колеблясь... Будто шагов назад уже не будет.

Мягко улыбаюсь.

— А что если я вляпался в то ещё дерьмище, которое опасно для тебя? — ухмыляется Денис, но меня не обмануть этой усмешкой.

Прекрасно понимаю, что он сейчас скорее на эмоциях от наших внезапных порывистых действий мне вот такую полуправду выдаёт. Потом сторониться опять начнёт, если там что-то реально серьёзное. А судя по всему, да.

Но нет... Я уже в этом. Ему придётся принять.

Качаю головой и всё-таки сама тянусь за поцелуем. И Денис отвечает всё-таки сразу, гладя губами мне губы. Чувственный и долгий поцелуй как отображение наших эмоций. Чувствую его острее, чем саму себя в нём. Жадно ловим каждое соприкосновение, дыхание друг друга, пытаясь наверстать все упущенные моменты.

*********

С трудом дожидаюсь вечера. Днём к Денису пришли деловые партнёры, с которыми по-прежнему решались вопросы моего будущего благосостояния.

Я не присутствовала при этом — не столько потому, что боялась помешать, сколько потому, что не хотела слышать. Всё, что обсуждалось в кабинете Дениса, напоминает о главной проблеме. Как бы мы ни любили друг друга, обстоятельства против нас.

Расставание неизбежно?..

Я ведь снова намекнула ему, что готова ехать куда надо. И что меня ничего, кроме него, нигде не держит. Может, мы всё-таки сможем справиться вместе?

Но ответ перебил надежды — это опасно. Приём для моей жизни. И риски очень высоки, Денис ясно дал понять. Да и я не сомневаюсь — существуй хоть малейший шанс благополучного исхода, Исаев ухватился бы за него. А так... Он, похоже, считал, что и посвящать меня в детали рискованно.

Что будет дальше, мы не озвучивали. Мне и сейчас тяжело думать об этом.

А потому я решаю продолжать наслаждаться настоящим. Да, по-прежнему не знаю, что будет потом, но уже не рвусь. Решим эту проблему, когда она наступит. А сейчас пора побыть счастливыми. Хоть немного.

И вот вечер. Иду в комнату к Денису. Хочу быть с ним. Всецело, полноценно. Даже не верится, что у нас была всего одна ночь... И, уж тем более, что я её избегала раньше.

Дверь в его комнату открыта, и я уверенно захожу. Но Дениса здесь нет.

Как и в доме, я уверена. Обошла его весь, поджидая удобного времени. Получается, он ушёл с теми партнёрами?

Разочарованно вздохнув, всё ещё не ухожу. Прохожу по его комнате, вспоминая, как впервые сюда зашла. Провожу рукой по столу, за которым он обычно сидит. Оглядываю документы и открытый ноутбук, а ещё чашку с недопитым кофе. Зачем-то поглаживаю спинку чёрной гипсовой пантеры, стоящей на столе.

Потом отхожу к окну, вглядываясь в уже потемневшую улицу. И вспоминаю, как так же смотрела туда, признаваясь ему в чувствах.

Сердце снова ёкает. Как же болезненно не хватает Дениса. Обернувшись, бросаю взгляд на кровать, вспоминая детали нашей ночи...

Тоска по нему переполняет. Шагаю вперёд, падаю на кровать, утыкаюсь лицом в подушку. Лежу так некоторое время, а потом медленно раздеваюсь и забираюсь под одеяло.

Ну не могу я уйти из этой комнаты. Да и зачем? Рано или поздно он вернётся.

Дорогие, мы временно без графика) Сестра приехала из Италии, так что пока не могу сказать, сколько и когда будет получаться уделять времени роману

На улице уже ночь, когда сквозь дремоту я слышу стук... Полусонно приподнимаясь в постели, бросаю взгляд на дверь. Но нет, звук не оттуда. Из окна.