Качаю головой, и сама не зная, почему проявляю упрямство. Исаев собирался пешком, такси отсюда, возможно, не вызвать... Никто за мной не гонится, но я всё ещё чувствую себя преследуемой. И какого-то чёрта напрочь отбитые мозги волнует только, верит мне Денис или нет.

Одной рукой удерживая меня, Денис набирает что-то у себя в телефоне, похоже, больше не рассчитывая достучаться до меня.

А я всё ещё качаю головой, рвано хватаю воздух ртом, в себя прийти пытаюсь... Та Настя ведь прямо у нас на районе зависала.

Денису ведь стоит это знать! Разве нет?

Издаю новый всхлип, и он наконец откладывает на телефон, ловит мой взгляд своим.

— Они как будто даже не люди, — только и могу тогда выдать рваным срывающимся слезливым голосом.

Хочу добавить что-то ещё, но осекаюсь. Потому что взгляд Дениса ощутимо меняется.

А потом Исаев просто целует меня, мгновенно прижимаясь к губам и не оставляя возможности продолжить стенания.

Его губы сминают мои на удивление нежно и неторопливо. Бережно даже, мягко, разнося по телу неожиданное тепло такими на удивление чувственными касаниями-поглаживаниями. Они довольно быстро забирают в себя, заставляя внимать внезапной нежности. Застают врасплох... Сбивают с толку даже больше всего остального.

Замираю, кажется, даже чуть дрожу. А Денис словно улавливает, как мне не по себе сразу от всего, и гладит так успокаивающе, что хочется утопать в этой внезапной безмолвной поддержке. Такой неправильной, такой внезапной...

Напрягаюсь. Но, кажется, Дениса это только распаляет. Между нами всё горячее, его действия всё более нетерпеливые, несдержанные даже. Жмёт меня к себе уже куда более откровенно, а его руки не столько гладят, сколько присваивают, откликаться заставляют. Не позволяют мне не считаться с его касаниями и с моим непроизвольным откликом на это...

В какой-то момент я даже поддаюсь ему, потому что просто не могу иначе, когда такая потребность дикая от Дениса исходит вдруг. Прямо-таки обезоруживающая. Чуть веду руками по его груди к шее, и на это Исаев вдруг так сильно меня стискивает, так жадно погружается в рот языком, что у меня мгновенно кровь шумит в висках. И наконец трубит в груди осознанием происходящего.

В итоге теми самыми руками, которые зачем-то собирались обнять Исаева в ответ, сильно отталкиваю. От собственного же действия окончательно сознаю, что сейчас происходит и с кем. Пытаюсь вырваться, но Денис не позволяет. Жадно покрывает поцелуями мне лицо, гладит волосы. Какое-то безумие. Он словно реально физически не способен меня отпустить, а я...

Я утихаю. Потому что тоже не могу... Ни оттолкнуть его сейчас, ни уж тем более ответить.

Через некоторое время Денис всё-таки отстраняется сам. Довольно неожиданно причём. Словно сам только-только приходит в себя.

Смотрим друг на друга. Боже, и что всё это было?..

Надо как-то прокомментировать. Нельзя вот так просто отпустить эту ситуацию и сделать её незавершённой.

— Что... — сформулировать хоть какое-то возмущение получается не очень. Невнятно и слишком нерешительно. Не узнаю собственный голос. — Что ты...

— По крайней мере, теперь ты не думаешь о всяких опасностях, — небрежно перебивает он.

Вот только я не придаю значения его тону, ведь этот взгляд... Денис не смотрел на меня так раньше. Никто не смотрел.

А ведь я даже не могу понять, что сейчас в его глазах. Похоже на грустную нежность, но за ней прячется что-то более глубокое. Что-то, что чуть ли не гипнотизирует. Сбивает дыхание, не даёт окончательно вернуться в реальность.

И я вдруг решаюсь. Испытаю его, проверю реакцию.

Может, не стоило соотносить чувства Дениса с тем, что испытывала Настя? Всё-таки в его глазах есть ещё что-то... Неуловимое и обезоруживающее.

— Теперь я думаю о других опасностях, — намеренно томно шепчу.

Я прям слышу, как у него сбивается дыхание. Или чувствую... Толком не понимаю. Только жар по всему телу гуляет. Наверняка я даже краснею.

Денис смотрит с лёгким недоверием, словно не уверен, что действительно слышит от меня намёк. Но и эта реакция ведь как о чём-то значимом...

Ему требуются какие-то секунды, чтобы побороть себя. Очень быстро его как перемыкает. А у меня в душе что-то переворачивается, когда я вижу этот новый взгляд.

На этот раз выражение его глаз более чем понятно... Горящий взгляд буквально бурлит невыплеснутой страстью.

Сглатываю. Ой... Кажется, я всё это зря.

Но поздно жалеть.

Мгновение — и наши губы снова соприкасаются. Горячо. Сердце тут же лихорадочно бьётся, а по телу бежит знакомая, но ещё более крупная дрожь. Издаю какой-то глухой полувыдох-полустон, когда Денис рывком прижимает меня сильнее.

И забываюсь... Слишком уж кружит голову этот настойчивый поцелуй, да и Денис буквально требует ответа, не оставляя мой язык в покое и распаляя до подкашивающихся ног. Я толком и не сознаю, как вожу руками по его груди, цепляюсь за рубашку, прерывисто и учащённо дышу, пока мы снова и снова то гладимся, то сражаемся губами и языками.

Как так получилось, что испытывая Дениса, я испытываю скорее себя?..

Он всё напористее, а я всё безвольнее. Льну к нему, не задумываясь о своём поведении. Распаляюсь, погружаюсь в яркие и томительные ощущения. По-другому просто не могу сейчас...

Но лишь до тех пор, пока это безумие не заходит слишком далеко. Руки Дениса начинают беспрепятственно гулять мне по телу, даже под кофточку лезут... Обжигают.

На какой-то момент я чуть не поддаюсь, почти позволяю расстегнуть мне лифчик... Но, к счастью, резко прихожу в себя. Его нетерпеливая жадность и мой мгновенный отклик на неё нехило так пугают.

С силой отталкиваю Дениса. Гораздо грубее, чем до этого.

— Что ты себе позволяешь? — тут же возмущаюсь, не давая ему возможности отреагировать первому.

Увы, он быстро приходит в себя. Благодаря моему вопросу?

Вот только, не похоже, что он достучался до совести Дениса. Если она вообще есть.

— Не больше, чем ты позволяешь мне, — только и замечает вкрадчиво Исаев.

А затем — бесстрастно отходит. Отводит взгляд вдаль. Стоит так немного.

Не решаюсь ни нарушать тишину, ни продолжать тему. Хочется поскорее приехать домой и забыть обо всём, что было сегодня. Ну, кроме тех маньяков в лесу. С ними ещё нужно решить. Как минимум, Настя запросто меня найдёт, если захочет.

А насчёт Дениса... Придумаю потом, как дальше. Всё-таки у меня хотя бы хватило воли и ума, чтобы остановить его вовремя.

— Такси уже подъезжает, — спокойно заявляет Денис.

Он всё-таки успел вызвать тогда? Что ж, даже хорошо.

Скорее бы новый день.

Сразу понимаю, когда Богдана возвращается домой. Не удержавшись, иду ей навстречу.

Я ведь знал, зачем она уходила.

За последние дни напряжение между нами только обострилось, нон-стопом давало о себе знать после тех поцелуев недалеко от кладбища и маньяков. Не знаю, кого там увидела Богдана, могу только догадываться. И если это те, о ком я думаю, то их абсолютная безнаказанность стопорит от каких-либо попыток бороться при помощи силовых структур. Бесполезно же. И пришлось мягко донести это до Богданы, да только её слишком выбило и столкновение, и, видимо, я сам теперь выбиваю.

Я достаточно хорошо разбираюсь в людях, чтобы улавливать это. А Богдана ещё и занимает мои мысли всё чаще. Присматриваюсь за ней, наблюдаю за любыми изменениями поведения, действиями. Она не замечает этого, слишком уходит в себя. Поэтому мне не доставляет особого труда понять, что Богдана отчаяннее пробует в бизнес, видимо, решив поскорее съехать. От меня или тех убийц — неважно. Думаю, мы сейчас для неё где-то в одной системе координат.

Вот только спешка в таких вопросах, как бизнес, вообще ни к чему. И очень скоро я выясняю, что девчонка выбирает не тех поставщиков. Не там аренду... Не те советы слушает, ещё и платя за них деньги. Очень сомнительно выглядят договоры, к которым она прибегает.