— Это немного странно, учитывая твою внешность и тягу к впечатлениям, — проговаривает Денис. — Но в то же время возбуждающе. Невинная, только моя... Сейчас ты узнаешь, каково это: кончать, когда в тебе член.

По телу автоматом пробегает дрожь от его слов... И взгляд снова сам собой выбирает направление — только на этот раз в районе ширинки Исаева.

Я скоро... Увижу его голым?

Кровь долбит в висках.

— Мне девятнадцать, не так уж странно, сейчас возраст увлечения всем этим вообще сдвигается, — невпопад лепечу, потому что Денис приближается.

И я не знаю, откуда беру силы, чтобы просто стоять на месте. Сердце стучит так, что вот-вот пробьёт грудь. Уверена, что и лицо у меня красное. Жар по коже нон-стопом.

— И когда, по-твоему, ты бы могла увлечься этим без меня? — интересуется Денис, глядя мне в глаза и... прикасаясь. Вроде бы совершенно безобидно: приподнимая меня за подбородок одной рукой, а другой ведя мне по кисти скорее мягкими поглаживающими движениями.

Но меня как простреливает от каждого. И сохранять зрительный контакт всё сложнее.

— Я не... Не знаю, — ну вот опять я роняю именно это, такое неуверенное и глупое.

Но Денис только мягко улыбается. Ласково даже... непривычно.

— Ты даже не представляешь, сколько в тебе страсти, — на грани шёпота заявляет, наклонившись так, чтобы почти касаться кончиком носа моего.

Мурашит... Мгновенно мурашит от его слов и прикосновений.

— Я... — только и выдавливаю в ответ, толком не зная, что собираюсь сказать. Но не успеваю сообразить: его губы касаются моих.

Не первый наш поцелуй, конечно... Но сейчас мы оба знаем, к чему приведёт. Наверное, поэтому меня вдруг как в другое измерение уносит. Толком не внимаю тому, как сминает мои губы своими Денис, гладит... Больше в ощущения погружаюсь.

А в них открытие... Исаев целует так, будто это значит куда больше, чем просто плотское взаимодействие. И параллельно опускает мне домашнее платье по плечам. Безошибочно на ощупь находит, где надо расстегнуть.

— У тебя татуировки, — замечает он, пока я всё ещё в себя прихожу после поцелуя с закрытыми глазами. Его пальцы движутся мне по руке, ровно там, где те самые геометрические фигуры выписаны. — Что-то означают?

С трудом давлю в себе порыв опять ляпнуть дурацкое «не знаю». Мысли, конечно, уплывают, но не настолько же!

— Когда я танцевала хай-хилс в клубах, чтобы заработать нам с папой, — начинаю чуть дрожащим голосом, стараясь не слишком реагировать на то, как пальцы Дениса порхающими движениями очерчивают треугольники у меня на руке. Прямо по линиям татушек. — Мне надо было стать популярнее всех, чтобы приваты заказывали. В них только танец, ничего кроме, за этим следили, — зачем-то добавляю, будто желая оправдаться перед Денисом. Что совсем уж странно.

Тем более что он ничего не говорит. Его пальцы по-прежнему поглаживают мне татуировку, пока вторая ладонь движется по телу. По пояснице ниже... Сжимает мне попу, отчего я чуть не подскакиваю. Усилием воли сохраняю зрительный контакт, напоминая себе, что это только начало.

— В общем, мне главный в клубе сказал, что чтобы выделиться, все способы хороши. Яркие волосы, татуировки... Я решила, что мне больше второе подходит. А треугольники мне просто всегда нравились. Плюс я вычитала, что это символ огня и стремления вверх.

Умудряюсь это всё проговаривать, одновременно и самой касаясь Дениса. Собственный рассказ помогает преодолеть робость. И вот мои ладони ведут ему по груди, поднимаясь то чуть выше, то чуть ниже. И то, и другое ненамного.

— Идиот твой главный, — хрипло заявляет Исаев. — Тебе не нужны татуировки, чтобы выделяться и приковывать взгляды.

Не успеваю ничего ответить, да и слова не идут. Потому что Денис уже спускает платье мне по ногам. Я остаюсь в одном только нижнем белье. А ещё прям чувствую, насколько сбивается у Дениса дыхание. А его глаза так жадно смотрят на меня, что я не могу оторвать от них взгляда, как заворожённая.

А ещё ловлю себя на мысли, что мне совсем-совсем не страшно... И даже полностью раздеться хочется под этим его взглядом.

Но вместо этого я раздеваю его. Немного нервными и вряд ли уверенными движениями, но расстёгиваю пуговицы одну за другой. Денис помогает, и вот уже моя очередь любоваться... Есть чем!

У него кубики на прессе очень отчётливо вырисовываются, а мышцы такие... Тянет потрогать. Не отказываю себе в этом под потемневшим взглядом Исаева. Всё-таки такие прикосновения к мужчине приятны, вынуждена признать. Как и его на них реакция.

А Денис на это вжимает меня в себя, приподнимая и вынуждая обхватить его ногами. Так неловко чувствовать его так, фактически промежностью касаться стояка... Но в то же время и это приятно. Будоражаще.

А Денис несёт меня к, видимо, своей кровати, глядя при этом безотрывно. Напрочь почерневшими глазами. Невозможно не ощутить, насколько сильно он возбуждён... И хочет именно меня.

— Мы прекрасно проведём время вместе, Богдана, — на грани шёпота заявляет он, а я прикрываю глаза, ныряя в ощущение его близости. Как ни странно, именно оно придаёт мне сил сейчас. Сил не осмысливать происходящее, а просто быть в нём.

А ведь это куда проще, чем я думала. Меня буквально обволакивает его мощным желанием, оно будто и моё теперь. Прямо-таки безумно хочется новых поцелуев...

И Денис как чувствует. Опустив меня на кровать, снова целует. Его губы ласково обхватывают мою нижнюю, чуть оттягивают... Посасывают. А я бы и рада сама как-то проявлять инициативу, но меня слишком охватывает новыми ощущениями, чтобы я была способна на такое. Теряюсь мгновенно. А Исаеву будто достаточно и того, что я просто откликаюсь.

И как такой холодный по жизни мужчина может быть таким чувственным в постели?..

Нетерпеливо врывается мне в рот языком. Двигает им, одновременно подаваясь ко мне бёдрами. От таких движений я его член так остро чувствую, будто он уже во мне, а не скрыт от меня штанами. Да и я в трусах...

Неожиданно для себя активнее ёрзаю под Денисом, своеобразно трусь о его стояк.

Исаев на это резко поднимается, отходит, но лишь затем, чтобы взять презерватив. Я хоть и девственница, но безошибочно определяю, что именно это Денис берёт из ящичка прикроватного столика.

А потом... Потом он прямо перед моим взглядом снимает штаны. Вместе с трусами.

И я не знаю, каким образом умудряюсь подавить смущение и, безотрывно глядя на мужской орган, самой начать окончательно раздеваться. Избавлять себя от лифчика и трусов. И всё это, глядя именно на член, который тоже нахожу красивым. Как и всё тело Дениса... Что уж там, я всегда была за объективность.

И стоит только принять этот факт, как я буквально пропадаю в ощущениях. Последовательность дальнейших событий буквально исчезает из сознания.

Только ощущения... Прохлада простыни и одеяла, разгорячённость наших тел. С ума сводящий контраст...

Разные поцелуи: то грубые, то жадные. То в губы, то по телу. То мои, то его...

Это восхитительно. Настолько хорошо, что мне нисколько не приходится переступать через себя. Меня реально тянет к Денису. Трогать его, целовать, чувствовать. Бесконтрольно. И ведь он явно это чувствует — меня чувствует лучше, чем я сама.

Он больше не говорит ни слова. Я тоже. Но наши взгляды... Они снова и снова сталкиваются, и в этом как будто есть что-то безумно интимное. Большее, чем я могу выдержать.

Его пальцы уже у меня между ног. А я раздвигаю ноги и подаюсь бёдрами навстречу его движениям. А Денис смотрит так восхищённо, что у меня в голове сразу его слова про то, что я даже не подозреваю, насколько страстная. Ему это явно нравится. И мне не хочется подавлять себя...

Я прежде получала оргазм, когда тёрлась об одеяло. Но это и близко не сравнится с ощущениями, которые словно по всему телу разносятся, когда Денис круговыми движениями то поглаживает, то надавливает мне клитор.

Стоны сами собой срываются с губ... То тихие, то всё более громкие. Не сразу даже понимаю, что и моя рука на его члене.