— А что будет на ужин? — полюбопытствовал Алеко, то и дело заглядывая мне через плечо. Это давалось ему просто: мальчишка был выше Беттины на целую голову, если не на полторы. — Ну, кроме мяса.

— Много будешь знать — скоро состаришься.

Он коротко хохотнул.

— Тина, ты прости, пожалуйста… Сколько тебе лет?

— Двадцать семь.

— Ух ты! — восхитился Алеко, как мне показалось, совершенно искренне. — Я-то думал, двадцать два, не больше… Так вот про твоё «скоро состаришься»: чтоб ты знала, мне восемьдесят три.

Уверена, он рассчитывал произвести впечатление. Мол, удивлю дурочку, которая второй раз в жизни видит настоящего вампира — у неё челюсть отвиснет. Всё было понятно по лицу: Алеко сиял как начищенный золотой, и во взгляде его плескалось нетерпение.

Скажи, скажи! Ну же, удивись, Беттина!

— Я-то думала, ты будешь постарше… — протянула я разочарованно. — Хотя… Если господину Виктору двести четырнадцать, то всё сходится.

Он изо всех сил пытался не показать своего огорчения, но даже сухарь, который вообще не интересуется чужими чувствами, понял бы, что Алеко расстроен.

— Осиновый кол мне в задницу, — буркнул он. — Значит, отец уже разболтал.

— Ага. Но если бы я не знала…

— Толку-то.

— Да брось, — я хлопнула его по плечу, не зная, как ещё подбодрить. Может. Алеко и было восемьдесят три, но вёл он себя как ровесник моей дочери. В истинном обличье я могла бы утешить его добрым словом как старшая, и это не считывалось бы как нечто непристойное. А вот сейчас… Любое неосторожное прикосновение — и перейдёшь черту.

Этого мне не хотелось бы. Конечно, многие заказчицы говорили, что после сорока ничто не бодрит так, как молодой любовник, причём разводиться совсем не обязательно. Но, фея закружи, я пришла сюда работать, а не искать приключений. К тому же что может быть банальнее, чем хозяйский сынок, ухлёстывающий за горничной? Подобные сюжеты встречались мне в десятках романчиков, которые я почитывала, желая отвлечься.

Многое говорит обо мне тот факт, что отвлечься никогда не получалось. Я предпочитала детективы — или толстые исторические романы о былых эпохах. Среди них, кстати, попадались и книги о вампирах, но лишь сейчас я выяснила, что почти все авторы не знали про них ровным счетом ничего.

Кстати о вампирах…

— Слушай, — я откашлялась, — ты извини, но мне тут… В общем, хочу кое-что спросить.

— Попробуй.

— То, что вы любите как следует поесть, я уже поняла. Что насчёт крови? Это правда, что без неё вампиры не живут?

Алеко на миг изменился в лице и стал ещё больше похож на Виктора — в тот самый момент, когда я спросила о выборе города, не удержавшись и поддев его. Юноша, который только что высился передо мной, будто растворился, уступив место повидавшему многое мужчине.

Похоже, жизнь у Темнотищевых и впрямь была не сахар. Но расспрашивать об этом вряд ли стоит.

— Так и есть, — наконец ответил Алеко, взяв себя в руки. — Где-то через день каждому из нас нужна порция крови. Иначе никак.

— А вы… Ну…

Всего жизненного опыта Иды Логмир не хватило бы, чтобы задать этот вопрос достаточно аккуратно.

— Мы не убиваем людей, — Алеко с неприязнью поморщился. — Это тупая выдумка. Кровь скота тоже подходит. Хотя сейчас берём человеческую. Отец выменивает её в лечебнице.

— Выменивает? На что?

— Прости, но это, — он встал и направился к выходу, — тебя не касается.

Так-то, Ида. Щёлкнули по носу? Вполне заслуженно.

До самого ужина я молча готовила, а после — сервировала стол, не отвлекаясь ни на минуту. Хватит, пожалуй, лезть не в своё дело. А то неуёмное любопытство заведёт в такие дебри, что потом не выберешься.

Вечером Темнотищевы сползлись в столовую и с торжественным видом расселись по местам. Дверь кухни была открыта, а потому я отлично видела, как они изнемогают от любопытства. Васса, маленькая железная леди в маске скромницы, вертела головой, будто наконец-то вспомнила, как юна по меркам вампиров, и позволила себе побыть обычной девчонкой. Алеко, хоть и отбрил меня, то ли дело поглядывал в сторону кухни. Один раз мы встретились взглядами, и он с лукавой улыбкой подмигнул.

Виктор вроде бы держал себя в руках, но я заметила, что он то и дело втягивает носом воздух. Пытается угадать по запаху, что же такое подадут к столу.

Не было только Николины. Интересно, где она ходит? Отец наверняка предупредил, что сегодня подадут ужин.

Я водрузила огромную миску салата и дымящуюся кастрюлю с курицей на сервировочную тележку и повезла в столовую. Напитками озаботилась заранее, так что перед вампирами уже ждали своего часа наполненные водой и соком (у Вассы) стаканы. Кроме того, в процессе разбора кухни я обнаружила бутылочку хорошего красного вина, однако подавать его пока не стала. Хорошая горничная ждёт распоряжения хозяина, прежде чем вынести алкоголь.

— Беттиночка, ну какой аромат! — протянул Виктор, чуть наклоняясь к тележке. — Скорее покажите, что там!

Не торопясь я разложила салат по тарелкам тонкого старинного фарфора, украшенным небесно-голубой росписью.

— Хотите горячее сразу? Могу и попозже подать.

— Конечно сразу! — воскликнул Алеко. — Умираю с голоду. Одним салатом сыт не будешь!

Я кивнула и приподняла крышку кастрюли. Следовало вынести курицу в чём-то поприличнее, но я опасалась, что остынет. Разве горничная, знающая своё дело, подаст холодный ужин? Вот то-то же.

— М-м-м… — протянула Васса. — Чем же это так… О, грибы!

— Всё верно, юная госпожа. Так, чуть придвиньте ко мне тарелку…

Виктора я, как и договаривались, называла по имени, а вот младшие Темнотищевы пришли в полный восторг от того, что их кличут господами, и явно наслаждались происходящим. Никто не одёрнул меня, не попросил выбрать что-то иное — значит, всё правильно. Виктор был прав, когда предположил, что детям подобное польстит.

И опустим тот факт, что старший из этих детей годился по возрасту в отцы мне настоящей.

С ним официоз, кстати, распространялся лишь на те моменты, когда семья собиралась вместе. Я попробовала было назвать Алеко господином наедине, но он только расхохотался и сказал, что слышать такое приятно, слов нет — однако в личных беседах лучше всё-таки вести себя свободнее.

Что ж, и то хлеб.

Звякнула первая вилка.

— С ума сойти! — выдохнул, едва прожевав, Алеко. — Мясо такое мягкое, а соус… Змею мне в гроб, Тина, ты настоящая чародейка!

Я выронила крышку кастрюли, и она с оглушительным металлическим звоном приземлилась на пол.

— Ну вот, перехвалили, господин Алеко, — улыбнулась я, надеясь, что выгляжу виновато.

— Ничего-ничего. Скажи, а ещё есть?

— Конечно есть. Давайте положу, вот так…

Удивительно: он и первую-то порцию ещё не съел, а уже попросил вторую. Хотя, глядя, с каким аппетитом Алеко уплетает ужин, я поняла, что в него и третья влезет. Наблюдать за ним было приятно. Мне всегда нравилось видеть, как кто-то ест приготовленную мной еду, тем более что я давненько не стряпала без магии.

— Что за ерунду ты придумал, — фыркнула Васса, на миг оторвавшись от тарелки. — «Змею мне в гроб»! Сейчас Тина решит, что мы правда спим в гробах.

— Это вряд ли. Отец показывал ей наши комнаты.

— Правда? — её личико тут же исказила гримаса недовольства.

— Да, юная госпожа, — ответила я вместо Алеко. — Но не тревожьтесь, пожалуйста, я ничего не трогала. Просто немного на пороге постояла, только и всего. Завтра нужно будет убрать — так вы сразу скажите, куда нельзя заглядывать.

Васса кивнула, всё ещё напряжённая, но вскоре расслабилась и продолжила есть.

Я уже собралась вынести пирог, когда в столовую влетела Николина. Растрёпанная, с красными глазами и размазанным по удивительно гладкому, точно из мрамора выточенному лицу макияжем, она снова обдала меня убийственным запахом любимых духов, но пикси с ними, честное слово.

Николина была в ярости. Или в отчаянии. Или, возможно, испытывала и то и другое.