Пришлось окунаться в темноту. Миг — и мир изменился, а движения «Сына Света» стали еще более медленными и предсказуемыми. Агата резко подшагнула и что есть силы пнула в колено. Измененная плоть встретилась с обычной, и громкому хрусту вторил болезненный вопль. Свободной рукой Клинок отпихнула противника в сторону. Дернула кистью — и разогнавшийся как следует грузик ударил по ребрам наседавшего на Даниэля бандита. Агата пнула недоумка в голень — и обрушила кистень на следующего. Тот успел поднять тяжелую палку — и цепочка намоталась на нее. Агата дернула, лишив врага оружия, подшагнула — и без затей врезала кулаком. Можно было пробить и в гортань, но она выбрала скулу, мощным ударом «отключив» любителя чужого добра.

Последнего, того самого, который поймал чужеземку, Даниэль обезглавил мощным ударом. Голова упала прямо к ногам все еще стоявшей около стены девушки. Миг — и та свалилась без чувств.

Агата отдалила тьму, выбираясь из боевой медитации. Освободила кистень — и только после заметила, что Даниэль, даром что сам держал левую руку не очень естественно, пытался привести девушку в чувство.

— Оставь, надо уходить! — рыкнула она, краем глаза замечая несколько десятков человек в дальнем конце улицы.

Несколько десятков человек во главе со священником.

— Оставить? Чтобы кто-то другой закончил начатое⁈

Священник указал на них пальцем… Агата ругнулась и, приблизившись к девушке, несколькими отточенными движениями закинула ее к себе на плечи.

— Валим!

Спорить Даниэль не стал. Окунулся следом за ней в темноту ночного Форсиона и даже придержал дверь игорного дома, когда Агата добралась до крыльца. Священник и его компания не то не стали их преследовать, не то отстали в лабиринте переулков.

Даниэль усадил раненую в общем зале, около игорного стола — Агате странно было видеть помещение пустым — и пошел искать лекарей. Мог бы не стараться — Валентин появился сам.

— Вы кого это притащили⁈

— Я не знаю ее имени, — зачастил сын рыцаря, — но на нее напали! Ублюдки, она им ничего не сделала…

— Нападают на всех и каждого! — рыкнул маг. — И что дальше? Оставим ее тут, чтобы сгорела заживо, когда сюда доберутся эти фанатики? На корабле припасов на лишний рот нет!

— Отдам свои! — гордо распрямился Даниэль. — Я не могу спасти всех, но это не повод отказывать тем, кому можно помочь!

— С лошади часто падал головой вниз?

— Нет! — рявкнул рыцарь. — Агата, скажи ему! Мы должны помочь, если можем!

— Мы НЕ можем, идиот!

— Серьезно? Не можем выкроить еды на одного на неделю?

— На две. Минимум, — мрачно бросил Валентин. — И даже если найдем — что дальше? Хочешь отвезти ее на острова чтобы что? Работала там в борделе?

— Да какая разница, тут ее могут изнасиловать или убить! Пусть лучше голая к храму ползет? Агата, чего молчишь?

Клинок вздохнула.

— Вы вмешиваете меня в свою свару, — тяжело признала она, — и мне это не нравится.

— Ты видела, что они хотели с ней сделать!

— И дальше что? — не унимался Валентин. — Всех городских проституток с собой возьмем, что ли?

— Что за шум? — поинтересовалась спустившаяся с верхнего этажа Анна. — Кто это?

— Ли-мин, — неожиданно подала голос девушка, — меня звать Ли-мин.

— И что ты тут делаешь, Ли-мин? — спросила менталистка, подходя ближе.

— Не знать. В дом ворвались плохие люди, я пытаться бежать. Поймали, а… они, — она указала на Агату и Даниэля, — спасти меня. Но когда голова плохого человека упала рядом, все потемнело, и… Я тут.

Анна глубоко вздохнула и присела на колени рядом с Ли-мин.

— Госпожа, мы не закончили… — сверху спустился Ой-Тере. — Что тут происходит?

Беловолосая внимательно вгляделась в глаза замершей загорской девушки. Агата не видела магии, но та наверняка была. Хотя бы потому, что еще до того, как капитан подошел ближе, Анна спросила, не оборачиваясь:

— Найдется место для еще одного пассажира?

— Пассажира? Куда мне ее девать? Изначально уплыть должны были три человека и ребенок, а вас уже теперь больше дюжины! Ладно, ле Сар заплатил за свой груз достаточно, чтобы я нашел провизию на новых пассажиров и гамаки для них. Но теперь вы хотите еще одного! И это мы еще про лошадей не говорим.

— Зато у вас есть корабль, — напомнила Агата.

Она понимала, что недовольство капитана обоснованно… Но все же именно они разобрались с грузом, так-то. И с бандитами.

— Потому я согласился на все, даже на демоновых коней! — взмахнул руками капитан. — Хотя предупреждаю: скорее всего, их придется прикончить и отдать Горе на камбуз. Столько воды мы на борт взять не можем, а экономить…

— Не нужно, — негромко заметила Анна, — Томас с Андреасам сделают опреснители, они достаточно подкованы в алхимии.

— И лошадей вы не пустите под нож, — холодно проговорил Валентин, — они понадобятся нам в конце пути.

— Да, да, я помню, — капитан потер лицо. — Но давайте пока без дальнего юга, нам хотя бы до Первого Хребта добраться надо. И для этого мне нужно в кратчайшие сроки подготовить к отплытию корабль, хотя половина поставщиков сбежала, вторая — боится торговать с иноземцами, а теперь, когда все куплено, вы хотите взять на борт еще одного человека? Ради чего? Матросов ублажать не нужно!

Ли-мин скривилась.

— Я уметь готовить. Шить раны. Освобождать ци. Полезная.

Ой-Тере прищурился и спросил что-то на незнакомом Агате языке. Ли-мин, запинаясь, ответила. Новый вопрос — и еще один ответ. Потом беседа потекла быстрее, девушка оживилась… Разговор закончился неожиданно:

— Я все решу, — капитан приблизился и протянул руку по-прежнему сидевшей на полу Ли-Мин, — и отведу ее на корабль. Только для начала найдем менее приметную одежду.

— Сейчас что-нибудь подберем, — Анна поднялась на ноги. — Почти все собрали, но что-то наверняка должно быть.

В итоге одежда нашлась. И, пока новая знакомая переодевалась, Валентин прямо спросил у ожидавшего его Ой-Тере:

— Зачем она вам?

— Видит духов, — коротко ответил загорец, — полезно.

— Маг? — удивилась Агата.

— Нет. Не так. Просто видит. Ци, духов, лоа. Может говорить, может договориться… Или нет. Магия — это иное.

— Совсем иное, — проговорила Анна, вернувшись с переодевшейся в простое платье и накинувшей плащ Ли-мин. — У загорцев нет магов в нашем понимании, но зато многие из их народа способны видеть духов, а те, кого обучают — и подчинять их.

Ой-Тере скривился.

— Пленители — плохие люди, у них плохая карма. Духи не любят неволю… как и люди. Но тот, кто их видит, видит и течения судьбы. Если научится смотреть.

Ли-мин поежилась.

— Не знать как.

— Я научу. Идем.

— Я провожу, — вызывалась Агата, подхватившая несколько оставшихся корзинок.

— Я с вами, — начал было Даниэль, но Валентин остановил его.

— Ты ранен. Сначала разберемся с этим, иначе какой от тебя будет прок в нашей вылазке?

— Вылазке? Вы нашли этого Моро? — глаза Даниэля загорелись энтузиазмом.

— Да, — кивнул Валентин, — нашли. Он где-то в районе садов.

— Идите, — кивнула Анна, — и, Агата, как вернешься, обсудим план. Нужно выступать сегодня же, пока до нас не добрались мародеры или дознаватели, или ваш некромант не исчез.

Вокруг игорного дома пока было на удивление тихо. Буйство мародеров сместилось ближе к порту, в еще более бедные и плотно застроенные районы, и теперь там то и дело вспыхивали пожары. Луну закрыли тучи, и Ой-Тере с Ли-мин в надвинутых на лица капюшонах сложно было отличить от местных.

Агата провела их до самого корабля. Мышцы побаливали. Это сопровождение казалось каким-то извинением. За нерешительность, за колебания, за желание оставить иноземку на растерзание насильникам, за то, что не защитила в споре… За то, что случайная девушка — лишь проблема, от которой легко отмахнуться, а вот «видящая духов» — уже ценный член экипажа.

Клинок с изъяном. И некромантия тут совершенно не при чем.