С другой стороны стояли Неблагие фейри, с которыми я уже встречался, те самые, что разозлились на меня, когда я прикоснулась к контракту. Вероятно, именно эти фейри заключили сделку четыреста лет назад. Именно они потребовали, чтобы все стали свидетелями. А потом я увидела Ребекку и горстку Сброшенных и остановилась рядом с ними. Моя рука тут же потянулась к Клинку. Но Ребекка, глядя на меня, кивнула, и я понял, что она здесь по той же причине, что и я, как посланница Колоды. Просто ее колодой управлял безумный Джокер в странной маске, человек, которого она поклялась убить. А рядом с фейри стояли четыре человека. Мужчина и женщина лет сорока с небольшим, рядом с ними маленький ребенок, а рядом с ним в инвалидном кресле Бриттани. Она гордо вскинула голову, словно гордилась жертвой, которую ей предстояло принести. Но на ее лице читался ужас. Бедная девочка знала, что скоро умрет, и я снова почувствовал гнев, глядя на пень в центре поляны.

Может, это называлось Висельный Холмом, но дерева там уже не было. Возможно, оно исчезло за последние десять лет, потому что я помнил, что оно там было. Может, кто-то пытался снять проклятие, убрав его? Неважно. Теперь это была просто плаха.

— Райдер, — сказал Бенни, — что бы ты ни задумал, с тем количеством магии в этой комнате тебе с ними не справиться.

— Я здесь не для того, чтобы с ними справляться, — улыбнулся я, пожалуй, слишком невинно. — Я здесь для того, чтобы вести переговоры.

Мы заняли свои места рядом с членами Королевских Деков, и я заметил, что многие отводят от меня взгляд. Наверное, из-за того, что от меня исходили волны раздражения. А потом, когда солнце начало клониться к закату, вперёд вышел мэр Блэквуд.

— Жители Гэллоуз-Хилл, — сказал он. — Уважаемые гости и… остальные.

Я чуть не рассмеялся. Остальные, это явно про нас с Девяткой. Не думаю, что он считал нас какими-то особенными.

— Спасибо, что пришли на нашу церемонию бракосочетания. Он посмотрел на меня и продолжил. — Недавние события привели к недоверию между фейри и смертными. И это послужит аргументом в пользу возобновления веры и дружбы

Он посмотрел на Бриттани.

— Самопожертвование этой юной девушки позволит сохранить наши отношения и процветание еще на семь лет. Для тех из вас, кто не знаком с Бриттани, сообщаю, что два года назад у нее был диагностирован неизлечимый рак. Фейри подарили ей два года жизни.

— В инвалидном кресле, — раздался отрывистый голос, и на мгновение воцарилась потрясенная тишина. Похоже, кому-то в Гэллоуз-Хилл это не понравилось. Я оглянулся на горожан и в этот момент увидел Сару О'Коннор и, должно быть, ее семью, стоящих в стороне. Она взглянула на меня, и я почти услышал ее мысли.

Не делай этого. Что бы это ни было, не делай этого.

Пока она смотрела на меня, меня охватило странное чувство. Я не могу этого объяснить; значок с лисой на моей груди горел секунду, а затем погас.

Я взглянул на часы. Было ровно восемь часов. Ритуал должен был начаться через несколько минут, так как, согласно моему телефону, закат должен был начаться в три минуты десятого. Но внезапно я почувствовал себя нормальным. Моя магия угасла, мой гнев угас... и я понял, что мой долг только начинается.

Я медленно приблизилась к Бриджит.

— То, что ты сделала с Бенни, — прошептала я, — сделай и со мной.

— Что ты имеешь в виду? — быстро спросила она.

— Взмахни рукой, что бы ты ни делал. Как можно меньше магии. Скажи мне, все еще наполовину фейри?

Бриджит тихо махнула рукой и закрыла глаза, затем внезапно широко распахнула их от удивления.

— Ты смертный, — сказала она. — Ну, совершенно...

— Хорошо, — ответила я, прерывая разговор. — Это всё, что мне нужно знать.

Следующие двадцать минут мы молча стояли и слушали, как ученики местной школы исполняют песню. Одна из подруг Бриттани сочинила балладу в её честь и спела её соло. А потом даже сами фейри исполнили какой-то замысловатый танцевальный ритуал. Это было красиво, но в то же время немного странно, как будто кто-то взял балет и добавил к нему дополнительный, невидимый ритм, который перенёс сюжет в совершенно иной, тревожный мир. Или как если бы ваш пьяный дядя решил, что тоже хочет поучаствовать в представлении, хотя его никто не приглашал. А потом, минут через пятьдесят, когда солнце уже начало садиться, настал момент.

— Пришло время нашей жертве присоединиться к нам, — объявила мэр Блэквуд, выходя в центр круга и махнув рукой в сторону Бриттани. — У нас есть наша жертва…Прежде чем кто-то успел что-то сказать, я вышла вперёд.

— Да, — крикнул я. В толпе раздалось недоумённое бормотание. Я увидел, как Миранда побледнела и сердито потянулась за своим оружием, Джонатан схватил ее за руку. Бенни подошел к Джонатану, и я подумала, не собираются ли они вдвоем удержать Миранду. В конце концов, она все еще была главным кандидатом на Колоду шипов.

Мэр Блэквуд, однако, проигнорировал мой комментарий и снова повернулся к Бриттани.

— Я сказал...

— Вам нужно чем-то пожертвовать, чтобы сделка сработала. Я ставлю себя на место Бриттани. — Я заговорил громче, снова выходя на поляну.

Сара О'Коннор выпрямилась и подошла ко мне.

— Что, черт возьми, ты делаешь, Райдер? — прошипела она. — Ты не можешь этого сделать

Я заметил, что Девятка подошла ко мне с другой стороны.

— Она права. Тебе нужно понять…

— Я простой смертный, который готов пожертвовать своей жизнью. — Я повысил голос, игнорируя их.

— Глупость какая-то, — пробормотал один из фейри почти скучающим тоном, но я заметил, что в его глазах вспыхнул интерес. Это было что-то новое, чего он не ожидал, а фейри, как я знал, любили всё новое. Краем глаза я заметил, как за одним из древних камней мелькнула треуголка, похоже, Капер тоже пришла посмотреть на это.— Ты полуфейри, — заговорила женщина-фейри, та самая, что улыбалась, когда меня поймали. — Мы знаем твоего отца. Мы знаем о твоём наследии…

— Почему бы вам не проверить? — спросил я, протягивая руки и отходя от Девятки и Сары. — Давайте, скажите мне, где моё фейрийское наследие.

Фейри переглянулись, а затем, закрыв глаза и взмахнув руками, как Бриджит, на мгновение замерли, а потом удивлённо распахнули глаза.

— Смертный говорит правду, — удивлённо пробормотали они. — Он чистокровный смертный. Этого не может быть.

— Ты чертовски права, не может быть, — огрызнулась Миранда, наконец отходя от Джонатана и Бенни. — Он тот самый Осквернитель, о котором говорится в пророчестве.

— Не думаю, что это можно утверждать наверняка, — парировал Бенни. — Он один из детей смешанного происхождения, которые могут стать Осквернителем. Но является ли он катализатором или клинком…

— Это не имеет значения, — крикнула я в ответ. — Чтобы стать Осквернителем, я должен быть наполовину фейри. Бриджит уже проверяла меня, и фейри тоже. Все они видят, что я полностью смертный. — Я вытащил свою карту и протянула Миранде.— Не хочешь меня проверить? Это моя карта привязки.

Миранда каким-то образом просканировала карту, взмахнув рукой, а затем, получив неудовлетворительный ответ, повторила попытку. Я заметил, что к нам подошёл Адриан Новак, он взял карту и сделал то же самое, глядя на меня прищуренными глазами. А потом подошли сами фейри, выхватили карту у Миранды и еще раз проверили ее.

Единственным, кто этого не сделал, был Джонатан. О, и Лука, но он был слишком занят раздачей автографов.

— На этой карточке нет ответа, — пробормотали они. — У Валета Пик нет магии Старшей расы. Он смертный.

Я улыбнулся, когда они отступили назад. Карта Бенни сработала. Это показывало, что я смертный, или, скорее, не говорило, что я наполовину фейри, из–за нулевой магии.

Я соответствовал требованиям. Меня должны были принять.

Я вышел на середину поляны и впервые увидел массивную фигуру, по меньшей мере восьми футов ростом, облаченную в церемониальные одежды, которые выглядели так, словно были сотканы из самой тьмы, с топором, который, казалось, был сделан из застывших теней.