Закрыл глаза. Нет, мне не особо хотелось спать, просто так почему-то лучше думалось. Интересно, он и правда рассчитывал, что школьница сможет принести ему такую крупную сумму денег, или рассчитывал, что она прибежит и будет просить прощения? Думаю, этого типа устроил бы любой из этих вариантов. Вот же он охренеет, когда вместо неё приеду я. Ещё больше он охренел бы, если бы я приехал в своем прошлом теле.

Я открыл глаза от того, что поезд замедлился. Услышал голос диктора: «Станция „Южная“. Осторожно, двери закрываются».

Быстро поднялся со своего места и выбежал на платформу. Блин, почти пропустил свою остановку. Поднял голову, посмотрел на указатели и пошёл в сторону нужного мне выхода. Поднялся по эскалатору, прошёл через турникеты и наконец-то оказался на улице. Вечерний воздух сразу же ударил в лицо и заполнил лёгкие. На улице было всё так же малолюдно, как и внутри, что показалось мне странным. А потом я вспомнил, что тут же частный сектор, а не муравейники моего спального района, что значительно уменьшало количество людей, проживающих здесь.

Достал из кармана свой старенький телефон, открыл карты и вбил адрес, который дала Аня: Советская, 15. Карта показывала, что мне нужно идти направо, и я отправился по намеченному маршруту.

Район был не из бедных. Да, конечно, тут были старенькие дома с потрескавшимися стенами и покосившимися заборами, но они скорее выбивались из общей массы более богатых построек. Нет, не элитный квартал, но деньги имелись тут у многих.

Я прошёл ещё пару кварталов и вдруг услышал музыку где-то вдалеке. Она была громкой, с преобладанием басов. Я прислушался: это были точно рэп-композиции, причём западных артистов. Для таких тусовок — идеальный саундтрек. Пройдя еще немного, я повернул голову и увидел дом. Он стоял чуть особняком, окружённый высоким деревянным забором. Калитка была приоткрыта, и из-за неё виднелся двор. В доме горел свет во всех окнах, слышались крики, смех, звон бутылок. Видимо, я пришел в самый разгар сего мероприятия.

Я подошёл к калитке, толкнул её: она скрипнула и открылась. Никто не вышел меня встречать или хотя бы задать вопрос, какого хрена мне тут надо. Все были заняты своим делом и даже не слышали появления незваного гостя. Я прошёл по двору, перешагивая через пустые пластиковые бутылки ёмкостью полтора литра, и подошёл к двери дома. Она была открыта нараспашку — видимо, чтобы проветривать помещение от запаха алкоголя и сигарет. Изнутри доносился гул различных голосов и смеха. Кто-то кричал:

— Брось этот стакан! Ты его уже третий раз роняешь!

— Ага, давай я налью тебе новый!

Я перешагнул порог и вошёл внутрь.

Первое, на что я обратил внимание, — это была музыка. Она орала так, что стены, казалось, вибрировали. Людей было очень много. На первый взгляд — человек двадцать, а может, и больше: непонятно было, что происходит в каждой из комнат.

Молодые парни в широких штанах и футболках были разбиты на несколько мини-компаний. Девушки в платьях или обтягивающих топах, с ярким макияжем, волосы распущены, как и они сами, полагаю.

Эх, давненько я не был на таких мероприятиях, вот когда был помоложе… Так, стоп, чего это я заговорил как какой-то дед?

Я стоял у входа и просто наблюдал. Никто не обращал внимания на меня, на новенького парня. Они были слишком заняты собой, да и не уверен, что все вообще знали друг друга, плюс алкоголь давал о себе знать.

Медленно прошёл дальше, стараясь не привлекать внимания. Остановился у стенки, прислонился плечом к шершавой штукатурке и начал осматриваться. На кухне, которая была видна из зала, стоял парень с бутылкой пива в руке и что-то объяснял двум девушкам с ярко накрашенными губами. Они внимательно слушали, но я видел, что им больше интересно друг с другом, чем с ним. Прошёл дальше в соседнюю комнату, и там, на развалившемся диване, сидел тот, кого я искал. Рэм.

Я узнал его сразу. По кепке, которая была надета набок так же, как и в тот вечер, когда я впервые его увидел. На нём были широкие штаны и белые высокие кроссовки. Он сидел развалившись, положив ногу на ногу, и с большим рвением говорил что-то парням, которые стояли рядом и внимательно его слушали. Девушки, сидевшие по бокам от него, смотрели на него влюблёнными глазами. Одна, с короткими чёрными волосами, в кожаной куртке, держала его за руку. Другая, блондинка с длинными волосами, сидела на подлокотнике и периодически поправляла ему кепку, будто это было её главной обязанностью. Он выглядел довольным собой. Ещё бы: в той ситуации парнишка был для них словно центр этой вселенной. Всё было ровно так, как рассказывала Аня.

Я подошёл немного ближе и стал слушать разговор.

— … Я вам говорю, — сказал Рэм, размахивая рукой с пластиковым стаканчиком. — Моё творчество — следующий уровень, парни! Это не просто какой-то очередной рэп. В нём заключена целая философия. Это мой собственный лайфстайл и послание для таких же ребят по всему миру! Да, я уверен, что моё музло будет во всех мировых чартах! Просто пушка! Вы слышите, что сейчас играет? Это старая школа. Пфффф. Прошлый век! А я — это будущее индустрии. Я выпущу альбом, и он разлетится на миллион прослушиваний на первой же неделе. Клипы будут крутить по всем центральным каналам. Меня будут узнавать на улицах и звать на все шоу, которые только есть. Я стану больше, чем просто местным артистом. Я — голос нового поколения, поняли? Так что цените, что сидите вместе со звездой такого масштаба, и, может быть, я про вас не забуду потом.

Боже… мне стоило немалых трудов, лишь бы не проржаться прямо здесь и сейчас! «Я, я, я, я…» — ничего другого в его словах не было слышно. Сколько же «я», но по факту этот парнишка вообще не представлял, о чем он говорил, хотя пафоса в его голосе было немерено.

Я присмотрелся к нему ближе, и мне сразу же всё стало ясно. Я прекрасно знал таких, как он, и знал эти глаза. В его глазах не было той самой искры, которая бывает у настоящих артистов и музыкантов. Той искры, которая заставляет тебя играть до крови на пальцах, до тех пор, пока не получится воплотить в реальность свою задумку. Его слова были абсолютно пустыми, ведь он не выстрадал этот путь, который проходит каждый начинающий артист. Парень мог лишь кудахтать про миллионы проданных копий с первого альбома, но кто вообще будет покупать альбом какого-то понтореза с района?

Парень вообще не представлял, о чем говорит. Обычный балабол. И как же это было смешно.

— Рэм, — обратился к нему один из парней, стоящих рядом. — А когда мы услышим твои песни? Ты так много про них рассказываешь, что я уже горю желанием поскорее послушать твоё музло. Есть дата выхода релиза?

Рэм вдруг замялся. Я видел, как он на секунду сбился, будто не ожидал такого прямого вопроса. Парнишка сделал глоток из стаканчика: явно тянул время, чтобы найти, что ответить. Затем демонстративно откашлялся и сказал:

— Слушай, ну пишу альбом… Всё в процессе. Сейчас самая жара! Серьёзный альбом, а не какое-то одноразовое фуфло, которое вы тут все слушаете. Мой рэп — это левелап! Там каждый трек — это хитяра на топ один чартов. Я тебе отвечаю, прям каждый — бэнгер! Я уже половину записал, но я не могу вам показать, это секрет, понимаете? Если я покажу до релиза и каким-то хером всё утечёт в сеть, то все ништяки пропадут. Андестенд? Вы же знаете, как это работает? Хотя откуда вам знать, вы же не в индустрии, мои ниггас. Сначала надо всё записать, потом сделать мастеринг, подготовить промо, сниппеты, рилсы для социальных сетей. Всё по-взрослому. Короче, будете ждать, как и все, а потом купите в день релиза.

Он говорил быстро, но я заметил, как он каждый раз отводил глаза в сторону. Ещё одна маленькая деталь, которая говорила о том, что он просто нагло врал. Когда ты достаточно пожил, да ещё и провёл всю эту жизнь в шоу-бизнесе, начинаешь намного лучше разбираться в людях и их поведении. Нет, конечно, бывали и исключения. Например, мой продюсер был тот ещё тип. Пухов врал мне в глаза и даже не стеснялся, но он был реально мастером этого дела. Мог смотреть тебе в душу, улыбаться, говорить, что ты ему дорог, а сам уже держал нож за спиной, как Брут. А этот был мелковат… Пацан не умел врать так красиво, да и вообще врал он так себе. Если бы ребята, которыми он окружил себя, не вели себя как наивные глупцы, то уже давным-давно поняли бы, что на самом деле представлял из себя Рэм.