— Его спасли ранезирцы. Команданте отправил линкор на перехват всех кораблей. Наш попался случайно.

— Почему ты не перехватил корабль с Ар-Дашем в космосе?

— Рядом проходили эсминцы королевского флота. Они успели бы прийти на помощь.

— А эсминцы появились, потому что они искали своего контр-адмирала.

— Да.

В этот раз граф молчал значительно дольше.

Как могло такое случиться, что в огромном космосе встречаются совершенно два независимых корабля? Как поведет себя контр-адмирал? Будет подавать жалобу или промолчит? Надо ли будет прикармливать генштаб? И есть ли там уже кто-то, кто сможет положить донесение под сукно?

— Позволите несколько комментариев, — кашлянул Оскар. — Есть кое-что о чем я не сообщил в документах.

— Хотели сказать лично? Рассказывайте.

— Ар-Даш вылетит с Ранезира по расписанию, мы перехватим его чуть позже. Камиззен нам больше не нужен, и я предлагаю операцию на Камиззене сворачивать.

— Сворачивайте, — согласился Кимарим. — Их внутренние дела нам неинтересны. Появились слухи, что Дом Дэров собирается покупать какие-то разработки на астероидах в этой системе. Даже если это правда, мы не вмешиваемся.

— Смею предположить, что слухи появились очень своевременно. Почти одновременно с информационными вбросами о стабильности политической обстановки. Ровно в пику нам.

— Королевский дом Дэров был заинтересован в том, чтобы правительство нервничало поменьше, — Оскар услышал, как тихо звякнул фарфор: видимо, граф поставил чашку на стол. — Главное, что Дэры ничего не знают про изобретение Ар-Даша. Затирайте следы и уезжайте.

— Часть наших исполнителей была захвачена во время боя. Сейчас их расспрашивают на Ранезире.

Кимарим нахмурился: отправленные на операцию корабли были укомплектованы наемниками, и он не горел желанием узнать, что их перекупили.

— Их нанимал Эрл от своего имени, ваша светлость, — произнес Оскар, догадавшийся о мыслях начальника. — Там утечки не будет. Но есть опасность, что контр-адмирал возьмет ученого под свою защиту, и тогда его захват сильно усложниться.

— Это обычный военный, — отмахнулся Кимарим. — У него есть приказ генштаба патрулировать сектор, и против приказа они не пойдут. Выделять корабли в сопровождение он тоже права не имеет. А сам он сейчас смещен с должности и числится то ли пропавшим без вести, то ли погибшим, то ли перебежчиком. Забудь о контр-адмирале, ему сейчас будет чем заняться.

— Хорошо, — согласился Оскар. — Мы покидаем Камиззен и организовываем перехват Ар-Даша после вылета с Ранезира.

Прямоугольник на экране мигнул и погас. Оскар закрыл крышку лептопа и невидящим взглядом уткнулся в стенку. Все было очень плохо. Расшатать политическую обстановку на Камиззене удалось почти идеально: газеты вопили про политический кризис, канцлер расшаркивался то перед номинумом Дэров, то перед новым контр-адмиралом ударного флота… как его… Тьярро Верде. На орбите стояли корабли в боевой готовности, и все это позволило отправить Ар-Даша с планеты. Из-под вездесущих камер наблюдения и охраны министерства обороны.

А потом эти метания кораблей по системе все похоронили.

Биржевые торги шли своим чередом. Оскар не слишком разбирался в хитросплетениях финансовых игр, знал только, что граф отправил хорошего игрока. Но воспитанная годами привычка лично проверять работу подчиненных не дала ему встать из-за стола, не посмотрев: как идут дела на «втором фронте».

Утренние результаты торгов показывали, что покупка всех трех компаний, на которые нацелились Эрлинги идет даже быстрее, чем планировалось. Первые две компании уже перешли к новому владельцу, напротив третьей уже второй день застыла цифра — 87,4 % акций. Аналитик, наверняка, уже рассказал Кимариму, как изящно провел торги и получил доступ к контрольному пакету акций.

Оскар лениво щелкнул клавишей, чтобы посмотреть стоимость оставшегося актива, поперхнулся и набрал Рунелю.

Биржевой маклер ответил через три минуты, голос его чуть дрожал.

— Приветствую, Рунель! Смотрю сейчас на биржевые новости…

— Я только закончил разговаривать с его светлостью. Нас обыграли.

— Что ты сказал?!

— Нам расставили ловушку, Оскар. Вся моя биржевая игра была заранее спланирована противником. Мы сразу зашли играть на чужое поле. Сейчас все акции наших компаний скуплены полностью.

— Так! — повысил голос полковник. — Пошагово! Четко!

— Мы начали скупать акции, биржа увидела повышение нашей капитализации и начала скупать наши собственные акции, которые были в свободной продаже. Это нормальное поведение брокеров: идущую вверх компанию приобретают. Выкупали частные игроки и мелкие брокерские фирмы. Мы не обращали внимания на мелкую рыбу. А когда опомнились, поняли, что эти мелкие игроки скупили почти все. Мы выкупали заказанные мне конторы, а в это время кто-то купил нас!

— Ты не можешь выкупить акции обратно?

— Они исчезли с рынка. Это спланированная игра, Оскар. Нам подсунули «Бюро 500», спровоцировали скачок стоимости акции, и мы попались. Сейчас я выкуплю оставшиеся тринадцать процентов «Вангарда», но свою фирму потеряю вместе с выкупленным.

— И нет никаких шансов?

— Змея сожрет собственных хвост, полковник. Даже если мы не потратим остальные деньги и оставим часть «Вангарда» на бирже, нашу фирму мы не вернем.

— Единственный способ получить технологию — выкрасть изобретателя, — подумал Оскар. — Надо срочно вылетать на Ранезир.

Полковник послушал еще несколько минут о биржевой ситуации и закончил разговор. Была ли вся эта операция изначальным провалом? Вряд ли… На Камиззене все отлично прошло, геологи, взрыв космопорта, похищение контр-адмирала — все прошло, как по нотам. Местные СМИ отлично разгоняли панику, офицеры из королевского флота искали своего начальника, бегали к канцлеру, боевой тахар в столице посадили, чуть с Дэрами не поссорились… Нигде им не было противодействия. Фредерик выжил, но очень невовремя и в неправильном месте. Подобрал бы его какой-нибудь другой корабль. Вмешается? Полковник вспомнил досье контр-адмирала. Черт его знает. Лучше не рисковать. Дождаться, когда Ар-Даш вылетит с Ранезира, и под видом пиратов перехватить.

Граф Эрлинг уверен, что этот физик сделал какое-то фантастическое открытие. Не может же это быть тщательно спланированной дезинформацией? Даже если это так — зачем? Кому это выгодно? Сейчас в системе Камиззен нет ни одного крупного игрока! Или его просто не видно?

Оскар знал, что паранойя у него профессионально воспитанная и для успокоения сел за анализ операции еще раз. Ведь если игрока не видно, не значит, что его нет. Может быть, он просто настолько большой, что нужно изменить расстояние, чтобы его увидеть?

До Ранезира три дня полета — вот и будет чем заняться после вылета.

С каждым днем Фредерику становилось все лучше. И дело было не только в заживающих ранах. Ранезир отбили, рядом свой флот, Эллим развлекал байками о том, как они искали командующего. Тэр оценил маневр следователя с розыгрышем Аатмы Кавальери, а на рассказ про испорченные часы махнул рукой: мол, согласен. Доброе имя ценнее.

На линкоре королевского флота он чувствовал себя дома. На второй день Фредерик переоделся в привычный мундир, хотя и без знаков отличий. Но от перевязи не отказался, и теперь солдаты козыряли командиру, узнавая его по сломанной руке в синем шарфе.

Три дня Фредерик ходил слушать допросы. Спасенные бандиты оказались обычными наемниками, которые выполняли заказ такого же наемника. Допрос под сывороткой правды, к большому огорчению Фредерика, не приблизил их к разгадке: зачем обычным космическим пиратам понадобился физик и контр-адмирал.

На третий день Эллим доложил, что к Фредерику пришел полковник ранезирских десантников и просит принять.

— С чего такие формальности, Руперт! — Тэр вышел с корабля к Вагензайлу.

— Дело есть, — нахмурился полковник. Он стоял на взлетной полосе, положа руки в карманы, и с неодобрением смотрел на стоящий за контр-адмиралом эскорт. — Поговорить надо… Лучше бы наедине.