Он вышел за дверь — и к нему синхронно шагнуло шесть высоких парней в полной броне:

— Контр-адмирал!

Фред попятился, автоматически принимая боевую стойку и понимая, что шансов у нет совсем, даже если бы одна рука была не в гипсе. Кто он, безоружный и в одиночку, против такой толпы десантников.

— Лейтенант десантного полка Ранезира, Де-Роне, — козырнул стоящий спереди. — По приказу полковника Руперта фон Вагензайла, ваша личная охрана.

— Интересно девки пляшут, если снизу посмотреть, — пробормотал Фредерик, выравнивая дыхание. — И кого ещё он так решил охранять?

— Все ключевые фигуры сражения находятся под охраной, господин контр-адмирал!

— Ладно, — Фред согласился с паранойей полковника. — Я собирался зайти к капитану Амарго. Вы знаете, где он живёт?

— Мы проводим, — кивнул лейтенант, включил наручный навигатор, запросил маршрут и уверенно показал направление: Сейчас идем прямо до лифта, а потом четыре этажа вниз и справа будет нужная улица.

Фредерик зашагал в окружении охраны, чувствуя себя то ли принцем с какой-нибудь задрипанной планеты, то ли артефактом, похожим на те древние антаресские вазы, которые они вытащили с пиратских баз. Картина мира, вернувшаяся к своим ориентирам за последние несколько дней давала сбой, и стоило Фредерику задуматься о том, что же сейчас с ним происходит, в голове растекался серый туман и начинало ломить виски.

Получив задачу: отбить атаку на Ранезир, голова снова выстроила привычную картину мира — есть мирные люди, есть бандиты и есть королевские войска, — но ее сразу снова сломало появление генерала со стороны бывшего врага, который мало того, что не задумываясь принял сторону Фредерика, но и, проанализировав диспозицию, отправил самого Фредерика отдыхать.

Тэр несколько раз прокрутил свой разговор с Фуксом и еще раз убедился, что ни в одном слове не было иронии, издевки и уничижительной интонации. Генерал относился к нему с уважением. И, черт возьми, он был прав. Фредерик действительно не располагает возможностями отразить атаку, поэтому был отправлен в тыл лечиться.

Тэр даже помотал головой, чтобы факт улегся в голову. Враг, желающий ему добра!

Будет ли считаться, что он перешел на сторону Дэров, если командование в этой операции возглавляет Фукс. Или это локальное сотрудничество двух королевских домов в решении вопроса по прекращению бандитизма в секторе Орион?

Фредерик покрутил в голове ситуацию и так, и эдак, и решил, что это — сотрудничество. А что там подумают юристы в штабе флота, он потом прояснит. Когда подробно распишет диспозицию и укажет причины принятого решения. А вчерашний вечерний разговор с Фуксом в рапорт можно и не вносить.

Изнутри Ранезир был похож на огромный многоярусный мегаполис: по центру располагались общественные здания, технические службы и системы управления экзо-планетой. Жилые сектора рабочих располагались рядом с заводскими помещениями, чтобы сократить время на дорогу до работы. Ранезир разделялся на кластеры, между которыми проносились по монорельсам грузовые и пассажирские поезда. Для удобства навигации каждый сектор имел свое собственное название, квартиры выходили дверями сразу на улицу и были пронумерованы.

— Амарго живет в секторе «Синее небо», — болтал лейтенант. — Там у нас всех пилотов поселили… Кроме рудовозов: эти селятся ближе к своим заводским ангарам.

— Почему?

— До работы ходить недалеко. У нас тут почти у всех такое расселение.

— А Амарго?

— Они в нашем космическом квартале живут, — ухмыльнулся лейтенант. — Команды линкоров и истребители. Сейчас еще два квартала — и поворот налево.

Выйдя из лифта, Фредерик попал на широкую улицу, похожую на те, которые много раз видел в городах. По центру было несколько полос для автомобилей, слева и справа от них — широкие тротуары, обсаженные деревьями и кустарниками, велодорожка для фанатов архаичного транспорта, движущаяся лента траволатора для маломобильных жителей. Искусственное небо было где-то далеко наверху, и оттуда же сверху лился яркий свет ультрафиолетового спектра. Все вместе напоминало солнечный день с небольшими облачками.

На композитной двери, искусно имитирующей деревянную, висела табличка с фамилией и именем хозяев. Фредерик насчитал их четыре, но удивиться не успел — дверь открылась.

— Вам кто нужен? — отрывшая ему женщина была среднего роста, с аккуратной короткой стрижкой. Большие чёрные глаза смотрели внимательно, но морщинки в уголках глаз превращали внимательный взгляд в хитрый. Словно она уже придумала шалость, но пока не решила: с чего начать.

— Мама, это папа пришел? — в прихожую выскочила девочка. — Здравствуйте, Фредерик!

— Здравствуй, Лиза, — наклонился Фред. — Я — Фредерик Тэр, капитан Амарго приглашал меня в гости. Но если я не вовремя, могу прийти в другой раз.

— О! Нет- нет! — Ясмина распахнула дверь шире. — Амарго будет с минуту на минуту. Он вас так ждал!

— И я ждала! — вклинилась Лиза.

— И я, — улыбнулась Ясмина. — Мне про вас уже третий день рассказывают. Наконец-то увижу героя вживую.

Фредерик улыбнулся в ответ и зашёл в дом.

— Про мой героизм вам явно преувеличили. Ваш муж принял меня на борт в виде ручной клади, и всё, что я мог в тот момент, — лежать и приниматься. Впрочем, я этого даже не помню.

— Пойдёмте к столу!

На кухне в углу стоял маленький светло-желтый диванчик и детский стульчик на колёсиках. Рядом с раковиной — разноцветные бутылочки с детским питанием.

На столе валялось отгрызенное яблоко, судя по отпечаткам зубов, лизино.

— А у меня сестра есть! — заявила Лиза. И добавила с гордостью: Она спит пока, но, когда проснётся, будет махать ресницами.

— Чем махать? — изумился Фред, у которого глагол "махать" ассоциировался только с метлами и космодромом, который его на третьем курсе отправили подметать, решив, что физический труд исправляет проштрафившегося оболтуса быстрее, чем гауптвахта. Наказание было заслуженным: вернуться из увольнительной он опоздал, но девушка, из-за которой Фред задержался, того стоила.

— Они у неё длиннющие! — подтвердила Лиза. — У меня короче.

— Всё понятно, — улыбнулся Фред, усаживаясь за стол. — Через двадцать лет у меня не будет никакого шанса.

Лиза почему-то насупилась. Ясмина быстро расставила чашки, вазочки с печеньем, варенье, засыпала заварку в чайник

— Как интересно пахнет.

— Это Амарго редкий сорт принес. С Камиззена каждый месяц приезжают продукты, а у них растет просто восхитительный чай. Вот мы и наслаждаемся.

— А вы тоже родились на Камиззене?

— Нет, я с Ушвы. А вы?

— Я родился на Нимозисе-8. Это в созвездии Стрельца, — Фредерик пил чай, жевал печенье и чувствовал себя удивительно спокойно. — У нас была квартира на окраине города, окна выходили на парк. Тридцать девятый этаж. У меня одно из самых лучших воспоминаний детства, как я стою у окна и смотрю на закат.

— У нас дома на Ушве тоже красивые закаты, — вмешалась Лиза. — Особенно, если солнце синее.

— Это поздней осенью, — пояснила Ясмин. — Если на следующий день сильный ветер и похолодание, то солнце становится синеватым.

— Красиво, наверное, — вежливо кивнул Фредерик.

— Я сейчас покажу! — Лиза умчалась в комнату, но принесла не только фотоальбом, но и прописи.

Пока Лиза бегала за тетрадками Фредерик успел рассказать Ясмине историю своей встречи с ранезирцами, посмеяться над выражением лица Боливара, застукавшего их после покера.

— Я уже буквы начала писать, — Лиза с чувством идеального выполненной работы показывала на ровные палочки и водила пальчиком по странице. Видимо, чтобы всем было понятнее. — Вот «м», вот «п», вот «л».

— Еще немного гласных букв, и напишешь и «мама», и «папа», и «лиза».

— А у вас очень длинное имя! — нахмурилась Лиза. — Но мы уже решили с мамой, что следующая буква будет «Ф», и я смогу вам писать письма.

Хлопнула входная дверь.