— Не налюбуешься?

— Никогда, — из-за спинки махнула рука. — Неси сюда свои сводки! Я буду смотреть, а ты расскажешь, что там по маневрам? Есть что-нибудь интересное?

Де-Арси обошел стол, притащил второй стул и сел рядом:

— Все нормально у нас. Только недавно закончили ремонт, закупились запчастями, все вакансии закрыли. Новости с Камиззена идут дурнее некуда: народ нервничает. Как думаешь, не собираются и нам досыпать неприятностей?

Нарха понял, что Де-Арси зашел не только с докладом, но и поговорить, и стек в кресло еще ниже. Теперь он полулежал в той же позе, к которой привык, когда был хозяином своего собственного корабля и мотался по галактике.

— На Камиззене правит Касанаве. Он такой глупости не сделает. Помнишь, месяц назад со стороны Ушвы к нам корабли подошли и грозно маневрировали. А эти даже не пошевелились. На что хочешь спорю, командир там нормальный и держит своих вояк на сворке. Я больше за Ушву боюсь.

— Науськают их, думаешь?

— Мне отписали, что туда целый номинум дома Дэров прибыл. Не просто так.

— У нас тоже целый номинум гостит.

Де-Арси вздохнул.

Номинум Фукс, навязанный Нархе канцлером Ушвы, оказался крайне раздражающим гостем. Первый месяц он активно совал нос в системы безопасности Ранезира, а теперь почти на каждом совещании просил слова, призывал усилить оборону. Активно спорил.

Перед этой общей проблемой сплотились даже промышленники с разработчиками, что несказанно радовало Нарху, считающего что «союз меча и орала» сделало совещания гораздо продуктивнее. Правда «орало» как раз это недоразумение, а «меч» в виде шутника Де-Арси и полковника десантных войск Руперта фон Вагензайла ковался пока втайне.

И Нарха не хотел пока знать об этом ничего.

— Давай мы Фуксу что-нибудь устроим? — заныл Де-Арси. — Не может же один говнюк портить жизнь такому количеству хорошего народа?

— Не трогайте его, — вздохнул Нарха. — Это такой тип людей… Для него скандал — родная стихия. Он пока всем кровь не перепортит, отчет своему благодетелю написать не сможет. Тут ты ему не соперник.

Де-Арси почесал кончик носа, потом скрестил руки на груди и мечтательно улыбнулся. Судя по блуждающему взгляду, команданте его не убедил, и мысли капитана пошли продумывать это «что-нибудь» более тщательно.

— Пойми, Де-Арси, я очень боюсь, что наши планетарные канцлеры сами себя перехитрят. На Ушве выборы через месяц, а на Камиззене — через три, и я почти уверен, что в борьбе за власть кто-то обязательно ухватится за такую наживку, как протекторат королевского дома.

— А еще может вылезти какая-нибудь внезапная оппозиция, которая на Дэровы деньги устроит что-нибудь громкое и грязное.

Де-Арси был уроженцем западного материка Ушвы, и в детстве видел, как рухнуло прежнее государство, как бандиты рвали власть друг у друга — а потом с восточного материка пришел Адальберт фон Рихенза, навел порядок и всей планетой был выбран общим канцлером. Прожив половину жизни в мире и покое, Де-Арси совершенно не хотел повторения того разгула, которое видел ребенком.

— Рад, что мы понимаем друг друга правильно, — тихо сказал Нарха. — Лично я ничего против Касанаве не имею: он, наверняка, имеет огромный доходы с нашей промышленности, но он любит Камиззен и будет стоять за него до конца. В этом я на его стороне. Человек должен любить свою Родину. Особенно, когда этот человек у власти.

— По-моему, ты его идеализируешь…

— Команданте! Новости с Камиззена! — в кабинет заскочил секретарь. — Включите второй канал!

Нарха запустил присланный ролик о взрыве космопорта, и с каждой минутой лица собеседников становились все более мрачными.

— Страшная трагедия, — выдавил Де-Арси. — Столько людей погибло…

— Сразу говорят, что теракт. Как и у нас с геологами.

— Как думаешь: кому это было нужно?

— Не знаю, Де-Арси. Выборы же скоро. А, может быть, это как-то с королевским флотом связано. Я получил сводку, что они в нашу систему чиниться прилетели. Может быть, это бандиты пытались кому-то из командования отомстить?

— А там и королевские солдаты погибли?

Нарха вздохнул и с сожалением сел в кресле:

— Да кто ж нам скажет… Но за Ранезир я боюсь. И давай-ка мы вот что сделаем: ты берешь свой линкор, встаешь на пути кораблей с Камиззена на Ушву и проводишь тотальный досмотр. Как заметишь что-нибудь подозрительное, сразу отправляешь мне сигнал. Я отправлю помощь.

— Думаешь, мы кому-то интересны? — усмехнулся Де-Арси.

— Боюсь пропустить какой-нибудь невзрачный кораблик, который попросится к нам пополнить запасы воздуха, мы их пустим, а потом про Ранезир будут такие же новости показывать.

— Чтоб отправить надолго целый линкор нужен какой-то очень серьезный повод?

Нарха улыбнулся.

— Вы с Рупертом уже придумали, как пошутить над Фуксом?

Де-Арси изобразил оскорбленную невинность. Нарха улыбнулся:

— Да понял я, понял. Давайте, сегодня шутите, завтра я издам приказ, чтоб Фукс посчитал это дисциплинаркой, — и ты уматываешь. А я тут поднапрягусь с нашей милицией. Вагензайла с его десантниками привлеку, запустим фильтрацию — может, их агенты тут уже давно. А Фукс так, для шума больше.

— Ты так говоришь, будто собираешься превращать Ранезир в закрытую территорию?

— Мы вместе смотрели новости, Де-Арси. Если с таким же размахом эти гады бомбанут у нас, половина Ранезира разлетится. Миллионы погибнут. Да я военное положение и комендантский час введу, чтобы этого не повторилось! Народ на боевые расчеты поставляю! Фукс вообще сиять будет как елка новогодняя.

— Я понял, понял. Согласился. Ухожу. Готовь свою ругательную бумажку к завтрашнемуу совещанию.

— Команданте, я уже много раз докладывал вам, что дисциплина в войсках Ранезира нуждается в кардинальной замене командующего! Но сегодня они перешли все допустимые границы!

Нарха с чувством внутреннего удовлетворения смотрел на перекошенную физиономию Фукса и нервный тик над левым глазом.

— Вы совершенно правы, господин Фукс, этого оставлять никак нельзя.

Сидящие за общим столом представители управляющих департаментов тихо давились от смеха, представляя по рассказу пострадавшего, как метко разыграли посланника Де-Арси и Руперт фон Вагензайл. Капитан линкора и полковник космодесанта подружились в первый год совместной службы, и были главными возмутителями спокойствия на Ранезире. Больше всего доставалось от Де-Арси, который помимо розыгрышей еще вел сатирический канал в информатории и не скупился на фельетоны. Язык у Де-Арси был острый, чувство юмора и меры присутствовало в равных пропорциях, а сарказма и злобы — наоборот, не имелось совсем. Среди десантников Вагензайла нашелся неплохой художник-самоучка, и блог Де-Арси расцвел авторской иллюстрацией.

— Хотел бы я почитать этот фельетончик, — склонился к уху соседа глава департамента образования.

— Сейчас команданте для вида покричит, потом какой-нибудь приказ подмахнет и отправит нашего героя отдохнуть на гауптвахту, — тем же тоном ответил ему глава департамента логистики. — Вот он там и настрочит. Нам на радость и себе на развлечение. Надо будет ему комментариев побольше отсыпать, чтоб на «губе» было не скучно.

— Я уже не первый раз сталкиваюсь с предвзятым отношением у вас, команданте! — продолжал разоряться Фукс.

— Не стоит переходить на личности, господин номинум. Мой подчиненный совершил правонарушение. Согласно уставу Ранезира, ему полагается дисциплинарное взыскание. И он обязательно его получит!

— Очень рассчитываю, команданте, что вы остановите это безобразие, — процедил Фукс и сел обратно.

Совещание потекло своим чередом, под конец Фукс снова попросил слова, предложил провести разведку по обе стороны астероидного пояса в целях «профилактики возможной угрозы». И внезапно для всех команданте эту идею поддержал. Продиктовал приказ, в котором вместе переплелись дисциплинарное взыскание шутнику Де-Арси и необходимость обязательного патрулирования навигационного коридора.