Несколько военных попадали на стол, захлёбываясь кровавой пеной, и больше не пришли в себя. Сайлос снова схватился за горло, пытаясь сказать что-то Грин, но та отпихнула его ногой, и майор упал на пол где, его скрючило в три погибели. Впрочем, у тех, кто успел поесть, дела тоже шли не очень.

— Привет, пап! — Нейт махнул задыхающемуся отцу, перемахнув через стол, и старый, обрюзгший король свалился прямо на Сайлоса, кажется, окончательно придавив его. — Прощай, пап.

Ивар схватил меня за руку, поймав взгляд своего отца, но канцлер как будто не переживал, что всё пошло не по плану – он просто смотрел на сына со странным выражением.

— Чего вы ждёте, олухи?! — Грин плевалась ядовитой слюной, глядя мои друзья отбиваются от стражей магией. — Не дайте им уйти!

Оставшиеся гости тоже пытались противостоять им, но не все – те, кому была дорога шкура, попытались сбежать, а кто-то просто залез под стол. Иден быстро спеленала их призванными корнями и побегами, как и стражников.

— Посидите пока тут.

В тот же миг дверь сорвалась с петель, и внутрь начали заваливаться кадеты. В их глазах сверкала магия, и они были полностью под контролем, готовые выполнить любой приказ – будто послушная армия.

— Думали, у меня нет никакого плана? — Ректорша расхохоталась. — Может, вы и смогли одержать маленькую победу, но взгляните туда!

Драконы на экране вдруг перестали атаковать дворец, как и кадеты послушно замерев на земле со стеклянными взглядами, в которых плескалась чужая воля.

— Для вас всё кончено, как и для остальных. Все... кончено. — Она вдруг запнулась на полуслове, а потом растерянно опустила взгляд на собственную грудь – оттуда торчало остриё меча.

Майра стояла за её спиной и улыбалась своей безумной улыбкой, а когда Грин осела на пол мёртвой куклой, помахала мне.

— Нет…

Кажется, моё сердце остановилось.

Я ещё не успела повернуть голову к экрану, но уже услышала громогласный, полный боли звериный рык, который отозвался в каждой клеточке моего тела, и меня будто саму пронзили сотни молний.

— Я подумала, что твоё лицо доставит мне куда больше радости, чем Шейд у моих ног, — сказала Майра, вытирая кровь матери с меча. — И знаешь, этого и правда того стоило!

Тьма поднялась волной, но проклятый браслет впился в руку острыми шипами, прожигая вены. Я вскрикнула, чувствуя, как всё немеет, но магия не собиралась сдаваться, как и я сама, затаившись в ожидании удобного момента.

— Я убью тебя! Клянусь всеми богами…

— Правда? Я с радостью посмотрю, как у тебя получится.

Ярость застила мне глаза, и я не осознавала, что делаю, когда рванула вперёд.

Майра с улыбкой махнула рукой с тонким браслетом, отправляя молнии, позаимствованные у Шейда, прямо в меня, но смазанное пятно метнулось между нами и оттолкнуло меня в последний момент. А потом рядом упал Ивар с огромной раной в груди.

— Рэйна-Рэйна… — пропела эта дрянь, глядя как я замерла от переполняющей меня боли. — И каково тебе, когда твои близкие умирают из-за тебя? Сколько ещё их будет?

Я не видела ничего и никого – только в венах всё сильнее жгло пламя. Друзья с подоспевшим генералом сражались где-то на заднем фоне, и все звуки, доносившиеся оттуда, просто слились в неясное жужжание, когда внутри меня всё сильнее гудел рой разъярённых ос.

Боль от браслета перестала иметь значение. Фигура Майры превратилась в уродливую кляксу, которую нужно было смыть с лица земли, и в тот миг, когда она снова занесла руку, улыбнувшись, я улыбнулась в ответ.

— Умри.

Жгут из тьмы и огня схватил мерзавку за горло, пробивая ей ближайшую стену. Я била её об камни раз за разом, заставляя вытерпеть ту же боль, через которую она заставила пройти многих, пытая и мучая. Я снова и снова ударяла до тех пор, пока перестала слышать её крики, а сама Майра не превратилась в безвольную, поломанную куклу.

Напоследок я пробила ей ещё одну стену – на этот раз наружную, и сожгла. Её тело вспыхнуло мгновенно, будто факел, только я не стала за этим наблюдать. В душе разверзлась воронка, куда засасывало все мои чувства, и стоило только бросить взгляд на едва дышащего Ивара, я закричала.

Этот пронзительный крик исходил из глубин моей души, всё сильнее напоминая мне звериный рык. Он отдавался в ушах, а значит, его могли слышать другие драконы, уже наверняка летящие сюда во главе с Сетом, вот только я не собиралась к нему возвращаться.

Я полностью потеряла здравый смысл.

Обезумела.

Единственная мысль, которая пробивалась сквозь этот гудящий улей, кричала о том, что мне нужно убраться отсюда. Нужно найти Шейда, а Ивара унести – он не должен умирать в Цитадели, на глазах у своего папаши.

— Рэйна, уходи первая! — крикнул кто-то из друзей, а значит, они были в порядке, и я не обернулась.

Коснулась Хелма, думая только о том, что хочу оказаться в безопасном месте, а потом тьма подхватила нас. Однако переносясь, я вдруг обнаружила, что мы висим в воздухе, а по бокам от меня хлопают два огромных крыла. Два огромных, золотистых крыла, и они, кажется, принадлежали, мне.

«Доверься ветру»…— Слова Мики зажглись в моём сознании, и крохотное сомнение тут же исчезло.

Сжав Ивара чуть надёжнее, чтобы не причинить ему боли, я рванула ввысь, оставляя академию на плечи друзей. На пути мне не попалось ни одного дракона, хотя я ощущала их приближение… Скоро они будут там, но не найдут меня. Никто не найдёт!

Я летела, доверившись встречному ветру, который ласкал мои расправленные крылья, как паруса, и ночь вместе с тьмой скрывали меня ото всех. Скрывали мою боль, которая затихла на время полёта, но я знала, что ещё она вернётся, и когда я приземлилась где-то в горах, её отголоски ударили по мне.

Ивара я осторожно опустила на землю, и он открыл глаза в последний раз.

— Прости, — прошептала я, прижимая его руку к себе. — Прости меня.

— Мы ещё увидимся… Золотце… Ещё… увидимся. — Он кивнул из последних сил, а потом снова сомкнул веки.

Уже навсегда.

И тьма взревела, как моя драконица недавно. Забурлила, будто жуткое зелье в котле, ярясь, как никогда прежде, а потом оплела тело друга, скрывая его от меня полностью. Наверное, она тоже не хотела, чтобы я запомнила его таким.

Я так и не смогла отпустить руку Ивара.

Сидела, прижимая её к животу, пока тьма всё кружилась и кружилась вокруг его тела, никак не желая успокоиться. Я тоже не знала, как унять эту боль от потери сразу двоих. Мысли о том, что и Шейда больше нет, я гнала от себя как могла, вот только нельзя было убежать от правды.

Его смерть прошла через меня ещё там, в Цитадели, когда Майра убила свою мать, но я не хотела, не могла в это поверить. А сейчас, держа в своей руке ещё тёплые пальцы друга, понимала, что моя ярость спасла меня от полного осознания этой потери. Сейчас я была опустошена и раздавлена, а мой внезапно обретённый зверь тихо выл где-то внутри.

Я даже не могла толком принять тот факт, что сама являюсь драконом. Что там все говорили? У их женщин нет звериной ипостаси? Их женщины не обладают магией? Видимо, я была каким-то огромным исключением, однако вряд ли я вообще позволю кому-то об этом узнать.

— Как же я хочу, чтобы всё это оказалось сном… — Мой шёпот напоследок коснулся руки Ивара. — И как же я не хочу с тобой прощаться.

Тяжесть на сердце от мысли, что придётся жечь его тело, сковала грудь, и я не сразу заметила, что в завихрениях почти беспросветной тьмы показались сверкающие зеленью искры.

Магия жизни? Откуда?

Ещё боясь поверить своей внезапной догадке, я опустила взгляд на живот, коснувшись его, и затаила дыхание.

— Неужели ты целитель?

В ладонь тут же отдался крохотный толчок тепла, а искр стало в разы больше. Я всё смотрела и смотрела, как они кружатся, постепенно сменяя собой тьму, а потом полностью покрыли Ивара, как стая крохотных светляков.