— Он будет в порядке, поняла? — Излишки силы опять вылились внушением, и я всё ещё не знала, как этим управлять. — Просто не думай о плохом.

Подруга замерла на миг, а после выдохнула так, словно с её души спал какой-то тяжёлый груз. Иден только глянула на меня понимающе, однако ничего не сказала – только коротко кивнула, поддерживая.

— Кстати, следующая тренировка с тобой, принцесса. Готовься! — крикнул дракон, уже придя в себя, и, судя по безумному взгляду, что-то задумав. — Завтра будете у меня как миленькие тут отплясывать!

— Как же он… — Мика только кулаки сжала.

— Бесит?

— Восхищает. У меня нет столько веры в себя, как у него в нас, а ведь он только недавно был в заложниках у Эвиларда.

— Да, хуже не придумаешь.

Чуть позже мы переместились внутрь, где друзья подробнее рассказали, что видели и слышали. В целом, обстановка была напряжённой, но те драконы, что втайне следили за местностью, убрали людей из деревни, а сами остались в их домах, чтобы в случае чего отразить удары.

— Интересно, а Повелители везде оставили своих солдат? — поинтересовалась я вслух, но совсем не думала, что мне ответят.

— Ага. Иден со своим генералом поддерживает ментальную связь.

Рыжая кинула в Риверса скомканной салфеткой, и тот сделал вид, что ему больно.

— Это правда?

— Я не знаю, почему это происходит.

А вот я знала, да и Нейт явно успел прочесть об этом.

Пары всегда могут обратиться друг к другу, где бы ни были, даже если кто-то не обладает магией. Так было у нас с Шейдом, хотя пока это не распространялось на дальние расстояние, но хотелось верить, что только пока.

— И что там происходит? Драконы сильно злые? — Меня до сих пор беспокоило, не ринется ли за мной Сет, хотя генерал и успокоил.

— Старикашка сказал, что ему впервые было так смешно наблюдать за Повелителями, — усмехнулась подруга. — Особенно рыжий сейчас бесится.

Все посмотрели на нас с интересом, а я хорошо представила, как Эйнар сходит с ума, наверняка планируя мои поиски. А Лессет? Он без сомнений держит всё в себе, никому не давая знать, как сильно зол, ведь по сути, считал меня своей собственностью. Обидно, наверное.

— Жаль, я не знаком с тем драконом, который может останавливать время, — вздохнул Кас. — Знаешь, я пытался снова это сделать, но больше не вышло.

Я прикусила щёку изнутри, чтобы не сказать лишнего.

Не хотелось пугать друзей свой способностью, хотя я понимала, что всё равно придётся признаться рано или поздно. Однако сейчас последнее, чего мне хотелось, это заставлять их беспокоиться ещё и об этом…

Какое-то время мы ещё провели вместе, а потом меня опять сморило. Генерал, заметив это, молча указал мне наверх, и я, злясь и зевая, отправилась в комнату, только вот сразу засыпать была не намерена.

Застыв за дверью, напрягла слух, надеясь, что магия поможет мне хоть что-то услышать, и улыбнулась, когда голоса друзей всё же донеслись до меня.

— … я думал, Вы можете уберечь её от глупостей, — негодовал Ивар, и его ярость показалась мне куда сильнее, чем могла быть. — Не Вы ли хвастались, что она не сумеет никуда переместиться отсюда?

— Ты сейчас нарываешься, парень! Моя сила никому так просто не дала бы прорваться, но её тьма – не моя. Это что-то иное. Я такого прежде не знал, не ощущал, а магия, которая не поддаётся объяснению, очень опасна и непредсказуема!

«Ну да, мы с моей тьмой ведь должны закрыть Разлом – только особенным такое под силу», — с горечью подумала я, вслушиваясь в каждое слово.

— Нельзя, чтобы Рэйна увязалась за нами в академию. — Слышать такой решительный тон Мики было непривычно, только принцесса с каждым днём становилась всё решительнее.

— Тебе там тоже делать нечего, — сказал Кас, и дракон его поддержал.

— Согласен. Ты, конечно, машина-убийца, но тебе придётся остаться, если уж вы решили в это влезть.

— Но… — Она попыталась поспорить, однако поняла, что это бессмысленно, потому спросила: — А Вы где будете?

— Никуда я от вас не денусь, — загадочно ответил генерал.

С интересом ожидая, что ещё они придумали, чтобы оградить меня от участия в вылазке, я не заметила, как за спиной появился гость.

— Подслушиваешь? — Уха коснулись губы, перемещаясь на шею, и чужие разговоры быстро перестали меня волновать.

Его запах окутал надёжным коконом, заставляя забыть о тревогах, и я почти расслабилась, вот только в аромате Шейда я внезапно уловила нотку, которой там не должно было быть. Несмотря на то, что он наверняка вымылся перед встречей, я всё равно ощутила этот призрачный флёр чужого, приторного запаха, и принадлежал он Майре.

— Что она опять с тобой делала?

— Рэйна…

Я взбесилась в ту же секунду. Здесь бы не помогла ванная, даже если бы я тёрла Шейда самой жёсткой губкой до кровавых мозолей – показалось даже, что эта вонь лишь усилилась, чем дольше я её вдыхала, принюхиваясь будто зверь.

С невероятной силой я оттолкнула Шейда от себя прямо к кровати. Он приземлился на неё, скорее, от неожиданности, но отчего-то даже не попытался мне сопротивляться или останавливать. А тьме только это и было нужно – чтобы ей не мешали.

Я оседлала его бёдра, крепко сжав их своими, а потом склонилась над ним, стиснув его шею пальцами и сообщила:

— Ты мой, ясно?

Рык, родившийся где-то в глубине его груди, задел все струны моих тела и души, пробудив что-то совсем первобытное, чего я не знала прежде, и мой поцелуй стал началом конца. Я укусила Шейда до крови, принявшись слизывать горячие капли, наполненные магией, с его мягких губ, а потом сознание помутилось, и теперь обезумела уже я, теряя рассудок.

Я поняла, что всё-таки проиграла тьме это сражение, а на меня с дикой жаждой смотрели такие же почерневшие глаза моего дракона.

Собой я больше не была.

Тьма словно вытолкнула меня из собственного тела, заставляя наблюдать, как мои же руки творят настоящее безумие, и я не могла это просто остановить.

Пальцы сдавили шею Шейда чуть сильнее, но он прикрыл глаза, как будто наслаждался этим, и вниз по его коже побежали чёрные молнии.

Мои губы принялись прослеживать каждую из них, и чем ниже я спускалась, тем быстрее на нас сгорала одежда. Пламя вспыхнуло внутри по-новому, распространяясь по венам – остро, неконтролируемо, а поэтому непредсказуемо.

Во мне будто текли реки огня, окрашенные тьмой, и с каждым моим касанием они перетекали в Шейда. Теперь там, где его кожа была украшена следами печати, расцветали, сверкая и искрясь, золотистые дорожки.

Когда он вновь распахнул веки, обжигая меня чернотой, я на мгновение будто стала им и заглянула в недавнее прошлое, видя его глазами.

Вот Майра вошла к нему.

Она была настроена решительно, а потому тут же принялась обнажаться. Ей было всё равно, если кто-то зайдёт – эта дрянь хотела моего мужчину слишком сильно, чтобы её волновали такие мелочи.

В реальности Шейд сжал мою руку, явно ощутив, что я всё это вижу, но я хотела знать, что будет дальше, поэтому продолжила мучать себя образами. Майра тем временем опустилась на колени, гладя мужские бёдра, и смотрела своими проклятыми глазами, в которых горело желание.

Шейд протянул руку к её подбородку.

На его пальцах выступили когти, раня нежную кожу, но ведьме по-прежнему было всё равно. Она хотела, чтобы дракон причин ей боль, и он сжал её горло, лишая её кислорода. Майра была в восторге. Смотрела на него с безумной жаждой, а Шейд стискивал тонкую шею всё сильнее, пока она не потеряла сознание, упав прямо там, а его не переместило ко мне…

Моё сердце сжалось от облегчения – я бы не смогла просто смотреть на то, как у меня в очередной раз отбирают Шейда. Вот только тьме было сложно объяснить, что всё обошлось. Она хотела наказания для дракона. Хотела, чтобы он раз и навсегда понял, как не стоит себя вести с другими.

Я не успела опомниться, как тёмные жгуты уже связали его руки, и он больше не мог трогать меня. Шейд злился от своей беспомощности, прикованный к кровати, но не мог освободиться – кажется, у него не было возможности сопротивляться моей тьме, и это её очень радовало.