В комнате повисло лёгкое напряжение, но через пару секунд Даниил вдруг вздохнул и лениво бросил:

— Сори, без завтрака.

Я подняла глаза, посмотрела на него и мягко сказала:

— Я поем у себя в отеле.

Он ничего не ответил — лишь медленно поднялся, подошёл ко мне, обнял за талию и, прежде чем я успела среагировать, поцеловал.

Нежно.

Совсем не так, как ночью. Я застыла, чувствуя тепло его губ, прежде чем ответить. Когда он отстранился, лёгкое покалывание всё ещё оставалось на губах.

— Увидимся, Лис, — сказал он тихо, но взгляд всё ещё оставался задумчивым.

Я вернулась в отель и, открыв дверь нашего номера, сразу же наткнулась на пристальный, выжидающий взгляд Марины.

Она сидела на своей кровати, скрестив ноги, и с явным интересом смотрела на меня. Я быстро окинула взглядом комнату, проверяя, есть ли здесь Надя.

Марина, перехватив мой взгляд, сразу же ответила:

— Её нет. Так что выкладывай.

Я тихо вздохнула, сбросила сумку на кровать и медленно присела рядом.

— Марин…

— Даже не думай. — Она тут же подалась вперёд, склонила голову и заговорщически прищурилась. — Я уже простила тебе то, что ты не говоришь, кто это, но я должна знать, как прошла ночь.

Я закатила глаза, но улыбнулась.

— Восхитительно.

Марина тут же завизжала, чуть ли не подпрыгнув на месте.

— Лисаааа! — её глаза загорелись. — Ты моя девочка! Давно пора начинать встречаться!

Я замерла.

Слово «встречаться» будто эхом отдалось в голове, оставляя неприятный осадок.

Даниил бы рассмеялся. Или лениво ухмыльнулся. Или просто сказал бы что-то в своём стиле, давая понять, что это не про него.

Но я…

Последнее время все мои мысли крутились вокруг него. Я просыпалась и засыпала с этим чувством, будто он рядом. Почти каждый день мы виделись — а если нет, я просто ждала встречи.

Вскоре мы отправились на завтрак. Марина без остановки болтала обо всём подряд, а я машинально кивала, поддакивая. После лёгкого перекуса я вновь сосредоточилась на работе.

Сегодня было много новых участников, поэтому работы прибавилось. Я почти без передышки носилась по трассе, снимая старты, финиши, эмоции гонщиков, мельчайшие детали, которые могли бы передать дух соревнований.

В какой-то момент, когда я опустила камеру, с финиша мне помахал тот самый французский гонщик, который раньше явно проявлял ко мне интерес. Я прищурилась, но всё же коротко махнула в ответ и сделала пару снимков.

После обеда, когда основная часть работы была сделана, я закрылась у себя в номере и занялась обработкой снимков. Работа, в которой я терялась, забывала обо всём. Но даже это не помогало.

Где-то внутри меня всё равно сверлила мысль о том, что сейчас, в этот самый момент, Даниил занят подготовкой к вечеринке, о которой мне сказал только с утра. Я выдохнула, скидывая готовые снимки на почту Кристины, и закрыла ноутбук.

К вечеру мы с ребятами собрались в баре при отеле. Это было обычное дело — расслабиться после долгого дня, посидеть в своей компании, обсудить прошедшие заезды и просто отвлечься.

Я сидела в рабочей комнате недалеко от фойе, где сквозь стеклянные двери было видно, как жильцы приходят и уходят. Кто-то из гонщиков выходил покурить, кто-то возвращался в номера, а я продолжала сидеть, вцепившись взглядом в экран ноутбука, но не видя перед собой ничего, кроме размытого пятна. Мысли путались, сердце странным образом не торопилось биться чаще, но в голове всё звучало глухим эхом: я знала.

Я знала, с самого начала. Но, Господи, я не думала, что это произойдёт так скоро.

Я думала о неделе. О месяце.

Я закрыла лицо руками, а потом истерически засмеялась, сама не понимая, отчего во мне поднялся этот горький, нервный смешок.

Неделя?

Лиса, три дня. ТРИ, ЧЁРТОВЫХ, ДНЯ.

Я прекрасно понимала, что там происходит, знала, как Даниил встречается с женщинами. Сегодня одна, завтра другая, потом снова первая. Я знала, но все равно пошла на это.

Я посмотрела на свои ладони, ожидая увидеть дрожь, но пальцы оставались неподвижными. Слёз тоже не было. Хотя я была уверена, что, когда всё это закончится, разрыдаюсь, закутавшись в одеяло.

Я чувствовала себя разбитой. Казалось, стоит меня тронуть — и я рассыплюсь, и только гравитация каким-то чудом спасала меня от полного уничтожения

Часы пробили час ночи.

Я продолжала всматриваться в двери, бездумно следя за тем, как люди входили и выходили, но в голове не было ни одной связной мысли — только бесконечный круг повторяющихся фраз, из которых невозможно было выбраться.

К этому моменту я уже заранее уточнила у Игоря информацию о его друге, невзначай поинтересовавшись, кто он, чем занимается и какие у него проекты. Всё было подготовлено — выдуманный проект, в котором мне якобы нужен специалист по звуку, чтобы, если потребуется, поддержать разговор. Поэтому, когда мне понадобилась его фотография, Игорь переслал её без лишних вопросов.

Я ждала. В два часа ночи дверь открылась, и я увидела его. Я соскочила с места быстрее, чем успела обдумать, что скажу.

— Юра! — крикнула.

Парень удивлённо обернулся. Я быстро к нему подошла, делая вид, что мы знакомы.

— Мы знакомы? — он слегка прищурился, явно не понимая, откуда я его знаю.

— Я коллега Игоря, — с улыбкой ответила я, как будто всё было, так и задумано. — Он сегодня мимоходом о тебе упомянул.

Юра скептически ухмыльнулся.

— Он разболтал, что я ему писал? Вот мудозвон… — он покачал головой. — Только сразу скажу, это закрытая вечеринка. Никакой информации наружу.

Я тут же перебила его, пока он не ушёл в ненужные мне детали:

— Да-да, я знаю. Наша фирма тоже подписала контракт, поэтому заверяю, наши ребята ничего не расскажут.

Юра немного расслабился. Я же тут же продолжила, делая вид, что речь только о работе:

— Собственно, я к тебе вот по какому вопросу. Хотела взять у тебя контакты. Есть один проект, в котором я задействована, и мне нужны хорошие специалисты.

Юра тут же выпрямился, его лицо изменилось, в глазах мелькнул интерес.

— А что за проект?

Я изобразила лёгкую улыбку, покачала головой, словно не хотела сейчас загружать его деталями:

— Уже поздно, не хочу тебя загружать на ночь глядя. Просто хотела узнать, открыт ли ты к предложениям?

Он усмехнулся и развёл руками.

— Я всегда за.

Я кивнула, достала телефон и сделала вид, что записываю номер. В этот момент он уже окончательно расслабился, и я позволила себе вставить более небрежный вопрос:

— Кстати, как тебе вечеринка? — спросила я с лёгким интересом, не смотря прямо в глаза, словно это был просто разговор на отвлечённую тему.

Он хмыкнул.

— Ну… как обычно. Алкоголь, девочки, вип-зона, ничего нового.

Я мягко улыбнулась, чуть склонив голову:

— Вип-зона?

— Для главных гостей. Сам знаешь, для партнёров, тех, кто важен.

Я сделала вид, что обдумываю его слова, будто это не имеет для меня особого значения, а затем лениво спросила:

— А кто сегодня из гостей был в центре внимания?

Юра чуть прищурился, словно обдумывая, стоит ли говорить, а потом хмыкнул:

— Ну, скажем так… Леднёву явно пригласили не просто ради фона.

Я почувствовала, как внутри что-то неприятно дёрнулось, но удержала выражение лица нейтральным.

— Понимаю. И с кем она?

Юра усмехнулся.

— А ты как думаешь?

Я почти сразу, не давая себе времени на раздумья, спросила:

— Громов?

Он коротко кивнул, уголки губ чуть дрогнули в ухмылке.

— Он самый. Вообще, ребята, которые работают в его клубе, говорили, что она раньше там зависала. Так что вряд ли они только сегодня познакомились. С Даниилом у неё уже давно более тесные отношения.

Я молчала, чувствуя, как в груди что-то неприятно сдавило. Неожиданно пересохло в горле, но я всё равно заставила себя выдавить: