Мы смеялись. И меня все сильнее к нему тянуло. Я повернула голову и, не удержавшись, посмотрела на него.

— Тебе пора вставать, — тихо напомнила я, наблюдая, как он сопротивляется этому факту, зарываясь лицом в подушку.

Он не ответил сразу, но всё же через пару минут сонным голосом пробормотал:

— Кто вообще придумал вставать так рано. Уволить бы его к чёрту.

Я фыркнула, слегка ткнув его пальцем в плечо.

— Это ты.

Даниил медленно приоткрыл один глаз, выдохнул, потом хрипло добавил:

— Значит, я сам себе враг.

Он притянул меня ближе, уткнулся носом в мою шею, и по телу тут же пробежала дрожь. Его дыхание было тёплым, ленивым, смешанным с остатками сна, и от этого вся моя кожа покрылась мурашками.

Я прикрыла глаза на секунду, прежде чем всё же заставить себя говорить дальше:

— Сделать тебе кофе? Или, может, завтрак?

Он опять открыл один глаз, теперь уже чуть нахмурившись, будто анализируя сказанное.

Боже. Заспанный Даниил — это отдельный вид Даниила. Я, наверное, никогда не привыкну к такому его выражению лица — мягкому, расслабленному, с тенью усмешки на губах.

Он потёр ладонью лицо, затем всё-таки выдавил:

— Можно.

Но спустя пару секунд прищурился и добавил:

— А ты вообще умеешь готовить?

Я не сдержала улыбки, пожала плечами и чуть усмехнулась:

— Если бы не умела, не предлагала бы.

С этими словами я вылезла из постели, быстро натянула свою вчерашнюю майку, на ходу подхватывая трусики, а затем развернулась в сторону кухни. Вся квартира — одна сплошная студия, комната разделена барной стойкой, так что даже расстояния преодолевать не пришлось.

Через некоторое время из ванной послышался шум воды — Даниил пошёл в душ.

Я поставила сковородку, начала жарить омлет с ветчиной и сварила кофе. Для себя, как обычно, включила чайник.

Минут через двадцать Даниил уже сидел за столом, держа чашку кофе и внимательно изучая тарелку с завтраком.

Я села напротив, наблюдая за его реакцией. Он нахмурился, прищурился, слегка наклонил голову, будто оценивая блюдо с разных ракурсов, — а потом поднял на меня подозрительный взгляд.

— Ты уверена, что ничего в него не добавила?

Я рассмеялась, пожав плечами.

— Абсолютно.

Он ещё секунду изучал меня, а потом лениво ухмыльнулся:

— Теперь мне страшно. Обычно маньяки так и поступают — сначала уверяют, что всё в порядке, а потом… — он многозначительно посмотрел на меня, изобразив выражение лица, будто я только что призналась в заговоре.

Я захлопнула рот рукой, пытаясь не расхохотаться.

Невозможно.

Я ничего не могла с собой поделать.

Я была счастлива.

Сегодня должны были проводить финальные приготовления трассы к заезду, поэтому Даниил должен был ехать на площадку, а у меня оставался ещё один выходной. Мы договорились списаться позже.

Когда он уже собирался уходить, остановился возле двери, затем потянулся — и я не успела даже моргнуть, как он наклонился к моему уху. Его голос — низкий, с лёгкой утренней хрипотцой — прошёлся по коже почти так же, как накануне его губы.

— Сегодня ночуешь у меня.

Я вдохнула, ощущая тепло, которое тут же разлилось по телу. Когда дверь за ним закрылась, я облокотилась на неё, оглядела квартиру, а затем медленно зажмурилась.

Пусть это продлится как можно дольше.

А лучше — навсегда.

Я долго не могла собраться с мыслями. Сделав глубокий вдох, провела ладонями по лицу — будто это могло помочь вернуться в реальность — и направилась к ноутбуку. Нужно было отвлечься. А что может быть лучше работы?

Я открыла программу, перебирая отснятый материал.

Сначала вернулась к тем кадрам, которые делала на прошлой неделе — это были снимки с трассы. Я привыкла, что обработка фотографий занимает время, особенно если хочется довести их до идеального результата, поэтому углубилась в процесс.

Но затем глаза автоматически скользнули к папке со вчерашними кадрами, сделанными во время съёмки с Лерой.

Я открыла их. Первая фотография. Вторая. Третья. Это было действительно круто.

Свет, движение, эмоция — всё сложилось так, как я хотела. Лера оказалась потрясающей моделью, даже несмотря на первоначальные разногласия. Я не заметила, как пролетело 4 часа, откинулась на спинку кресла, пару секунд разглядывая экран, затем потянулась, делая глубокий вдох. Нужно было размяться. Я уже почти две недели не занималась спортом, и это начинало сказываться. В голову тут же пришла мысль.

Бассейн.

Но перед этим решила написать Марине, чувствуя свою вину за прошлый раз.

Лиса: «Марин, я сегодня планирую возвращаться на локацию. Если тебе нужно, могу тебя забрать».

Ответ пришёл почти сразу.

Марина: «О, спасибо, что решила предупредить! В этот раз».

Лиса: «Прости, я не специально».

Марина: «Ну да, конечно. Просто исчезла на сутки, даже не написав».

Лиса: «Марин...»

Марина: «Ладно-ладно, я не обижаюсь. Просто напомню, что ты могла бы сказать хотя бы пару слов, что не планируешь ночевать в номере».

Я проснулась от привычного, слишком громкого звука будильника. Телефон завибрировал на тумбочке, и мне пришлось вытянуть руку, чтобы его отключить. Глубоко вздохнула и с трудом открыла глаза. Рядом со мной Даниил даже не пошевелился.

Я повернула голову, чтобы посмотреть на него.

Он лежал на спине, одна рука закинута за голову, другая на одеяле. Тёмные волосы слегка растрепаны, отчётливо выделяясь на белоснежном постельном белье. Те самые густые ресницы, чёткие брови, спокойное дыхание — всё в нём выглядело таким безмятежным, что на секунду мне даже не хотелось двигаться.

И татуировки. Чёрные линии и узоры, покрывающие его кожу, казались ещё выразительнее на фоне белых простыней. Кончики пальцев аж сводило от желания взять фотоаппарат и заснять это. Запечатлеть так, чтобы сохранить навсегда. Внутри буквально зудело желание сделать снимок.

Но вместо этого я просто глубоко вдохнула и с силой заставила себя выбраться из кровати. Тихо, чтобы не разбудить его.

В душе я долго стояла под струями тёплой воды, пытаясь окончательно прийти в себя. Я вышла из ванной, вытирая волосы полотенцем, но уже полностью одетая.

Когда подняла глаза, удивилась, увидев, что Даниил не спит. Он сидел, облокотившись на подушки, держа телефон в руке. Лицо было задумчивым, взгляд рассеянным, но при этом сосредоточенным.

— Доброе утро, — сказала я, глядя на него.

Даниил медленно повернул голову, пробежался по мне взглядом с ног до головы, а затем лениво усмехнулся:

— Уже не такое доброе.

Я нахмурилась.

— Почему?

Он фыркнул, потянувшись.

— Ты полностью одета. Как-то не радует с утра.

Я не смогла сдержать лёгкой улыбки.

— Какой кошмар.

— Да, вообще-то, — он приподнял бровь — Я рассчитывал на более эстетичное зрелище.

— Слишком много хочешь, — я склонила голову.

— Да ты что? По-моему, вчера ты была не против моих желаний.

Я вспыхнула, но промолчала, только стрельнула в него взглядом.

— Какие у тебя планы на сегодня? — спросила я, решив перевести тему.

Даниил посмотрел в телефон, лениво пролистал экран, затем небрежно бросил:

— Работа. Встреча с партнёрами. Сегодня они приезжают в полном составе.

Я кивнула, но тут он добавил:

— Вечером будет закрытая вечеринка. Компенсация за погодные условия.

Я удивлённо моргнула.

— Вечеринка?

— Да, — он снова пролистал экран телефона. — Чисто для партнёров. Закрытое мероприятие.

Я нахмурилась. Я почувствовала сожаление. Сожаление, что узнаю только сейчас, но постаралась выбросить это из головы.

— Значит, сегодня мы не увидимся? — я не смогла скрыть лёгкого разочарования.

Он ещё секунду смотрел на меня, а затем спокойно сказал:

— Нет. Я должен быть там всю ночь.

Как я так быстро к нему привыкла? Я не хотела показаться глупой или навязчивой, поэтому просто отвела взгляд, сосредоточившись на том, чтобы собрать сумку.