Он подумал, что хорошо было бы составить ей в компанию в верховых прогулках. Но делать этого не стоит. Особенно теперь. Они научились соблюдать дистанцию и при этом сохранили доверительные отношения. Сумели удержать хрупкий баланс, который так легко нарушить.

Девушка вернула книгу в шкаф и повернулась к Генриху:

– Сегодня был очень насыщенный день – я никогда не бывала на подобной охоте. Так много народа. И все наряжены, как на бал. У нас в имении все было просто, и охоты проходили очень незамысловато – двое или трое соседей, скромный ужин.

– Вам не понравилось? Вы еще не освоились в высшем обществе. Безусловно, лицемерие очень утомляет.

– Ольга Васильевна приятная дама, а вот ее окружение и правда любого может свести с ума. Весь день только и разговоров, что о моде и последних сплетнях. Правда, волчонок затмил все. Однако уже очень поздно.

– Да, пора спать. Завтра надо пораньше вернуться домой. Мне нужно на завод. А вам проведать волчонка. Надеюсь, он ведет себя прилично.

– Я тоже на это надеюсь. Вдруг собаки сейчас сходят с ума от его присутствия?

– Это вряд ли. Думаю, Егор пристроит его в подходящее место, чтобы он никого не беспокоил.

Барон проводил Екатерину до ее комнаты:

– Спокойной ночи. Постарайтесь хоть немного поспать – завтра отправимся домой очень рано.

Девушка открыла дверь и оглянулась через плечо, задержавшись на пороге.

– Спокойной ночи. Спасибо вам за волчонка и за то, что потакаете моим капризам.

Она замерла на мгновение и хотела сказать что-то еще. Но передумала, только застенчиво улыбнулась на прощание. У Генриха снова защемило сердце. Он знает, отчего она задержалась на пороге. Можно удержать ее, взять за руку, обнять… Но он этого не сделает и не воспользуется ее минутной слабостью.

Только под утро в доме наступила тишина. Гости, наконец, разошлись по комнатам. Пора было ложиться, но фон Берг не хотел спать. Он сидел на подоконнике и смотрел, как светлеет небо на востоке. Где сейчас Полина? Какие злобные мысли зреют в ее воспаленном мозгу? Он обязан остановить ее. Но ничем хорошим все это не кончится…

Утренняя свежесть холодила лицо, а легкий ветерок игриво трепал волосы. Кони горячились и постоянно переходили с шага на галоп. В воздухе пахло свежескошенным сеном. Екатерина надвинула цилиндр низко на глаза, чтобы защититься от острых косых лучей яркого солнца. Длинный газовый шарф спадал с тульи и развивался у нее за спиной.

Девушка украдкой наблюдала за своим наставником и ругала себя за нерешительность. Почему она ничего не сказала ему? Ведь хотела… Да и говорить ничего не надо было. Просто поцеловать. Разве это так трудно? Да, она нарушила бы данное слово. Но ведь Генрих ждал этого. И пусть он ее не любит. Она ему нравится, если не сказать больше. И это очевидно. Однако скромность остановила девушку. Возможно, она еще не раз пожалеет об этом.

Екатерина глубоко вздохнула и пришпорила коня. Он стремглав понесся вперед, и девушка снова почувствовала себя птицей – свободной и одинокой. Но вскоре наставник догнал ее и взял Ромео под уздцы.

– Я же просил вас не носиться сломя голову, – укоризненно произнес он.

– Простите, не удержалась и поддалась искушению, – теперь она не могла посмотреть ему в глаза.

Она стеснялась своих откровенных мыслей. Да, лучше бы она поддалась искушению этой ночью.

Вернувшись в имение, Екатерина первым делом направилась проведать волчонка. Вчера его поместили в сенях в доме Егора. Волчонок был накормлен и крепко проспал до утра, свернувшись калачиком в углу на подстилке. Собаки не беспокоились, так как не чуяли его, и ночь в имении прошла спокойно. Обо всем этом девушке рассказала кухарка, которой волчонок тоже понравился. Вечером она долго возилась со зверьком и накормила его до отвала.

– Кто бы мог подумать – дикий зверь! Настоящий волк. А такой хорошенький. Хвостиком виляет, как обычный щенок. Игручий. Толстый – видать, мамка его хорошо кормила. Все-таки жаль ее, хоть и шалила она в деревне. А как волчонок ел жадно – настоящий обжора, – без остановки тараторила кухарка. – Как его Егор прокормит? Придется помогать. Будет в имении настоящий большой волк, как у деда молодого барина. Я того волка хорошо помню – умный был, страсть какой. И не злой вовсе.

Екатерина поняла, что ей предстоит еще долго слушать разговоры о волчонке. Ну, что ж, с этим ничего не поделаешь – не каждый день приносят маленького хищника из леса. Всем любопытно, какой он и что с ним будет. А что может быть дальше? Вырастит большим и красивым волком, умным и ручным. Только надо ему уделять должное внимание и правильно воспитывать. А вот Егору-то все это надо?

Девушка вошла в дом кучера. Тот сидел на табурете и играл с волчонком, пытаясь отобрать у него кусок растерзанного половика. Зверек мотал головой, упирался всеми лапами и игриво рычал.

– Егор, тебе он нравится? – издалека начала девушка. – Его вчера могли убить. А он такой маленький… Прижался ко мне, будто просил защитить. Ну, я его и забрала. Генрих Александрович мне позволил. Мы с ним подумали, вдруг, он тебе приглянется, и ты его возьмешь себе?

Она посмотрела на Егора исподлобья. Может, он все-таки не будет возражать? Тот широко улыбнулся и погладил пышные усы:

– Мне уже сказали, что это ваш подарок для меня.

– Так ты не будешь против? – с надеждой спросила Екатерина. – Он такой милый.

– Нет, конечно. Спасибо. Волчонок мне тоже нравится. Давно хотел завести овчарку. А этот намного лучше.

– Я буду тебе помогать его воспитывать, – пообещала девушка. – Правда.

В комнату вошел фон Берг. У его ног вилась любимая борзая по кличке Вьюга. Он придерживал ее за ошейник.

Волчонок подбежал к борзой и уселся рядом, глядя на нее снизу вверх. Вьюга понюхала щенка, тот ловко лизнул ее в морду и улегся рядом с ее длинными ногами. Собака была поражена такой наглостью. Морда борзой вытянулась еще больше, и глаза округлились до неестественных размеров. От неожиданности она села, с удивлением глядя на маленького нахала. Волчонок снова лизнул ее. Борзая тихо зарычала, и шерсть на ее загривке угрожающе поднялась. Барон крепче взял собаку за ошейник и потрепал по холке:

– Ну, ну… Не злись, Вьюга. Не злись…

Но волчонка рычание не остановило, а только раззадорило. Он радостно рыкнул и кинулся лизать собаку уже без остановки. Борзая обреченно вздохнула и тоже лизнула волчонка в ответ. Тот пришел в неописуемый восторг и радостно завилял хвостом. Вьюга признала его – все-таки это всего лишь маленький щенок, только пахнет лесом.

– Похоже, они подружились, – заметил Генрих.

Он отпустил Вьюгу, и та растянулась на полу, позволив волчонку уткнуться ей в бок. Он видимо, принял ее за волчицу и доверчиво прижался к ней.

– Все идет к тому, что, Вьюга тоже останется жить у меня, – Егор уже был согласен и на это.

– Надеюсь, остальные собаки со временем привыкнут к нему, – фон Берг почесал борзую за ухом и погладил волчонка. – Вы придумали ему имя?

– Может, Грей? – предложила Екатерина.

– Выбор за вами. Но, по-моему, хорошее имя для волка. Егор, а ты что скажешь? Это же тебе подарок, – усмехнулся Генрих.

– Мне тоже нравится это имя. Грей так Грей, – кивнул Егор. И добавил, видимо, заметив усмешку фон Берга. – Я очень доволен подарком, Генрих Александрович. Давно хотел завести собаку. А это волк! Просто отлично.

– Грей по-английски значит «серый», – пояснила девушка Егору.

– I know what this word means, – Егор невольно рассмеялся.

Генрих тоже не смог сдержать широкую улыбку – удивление Екатерины выглядело очень забавно.

– Егор, ты говоришь по-английски? – Екатерина была поражена.

– Yes, my lady, – Егор продолжал улыбаться во весь рот, – Я окончил курсы водителей и механиков в Лондоне. Так захотел Генрих Александрович. Пришлось учить язык.

– Чего еще я не знаю про вас обоих? – поинтересовалась девушка, шутливо изображая возмущение.