В общем-то, так оно и было — ещё какой-нибудь час назад минимум половина из них молилась, чтобы некромант не взял их замок до ужина и не пополнил ими ряды своей нежити.

Я успел сделать шагов пять, когда из-за спин вылетела Венира. Она, как и два замковых мага, как и гарнизон, тоже приняла посильное участие в сражении, уничтожая тех мертвяков, которые оказывались в пределах досягаемости.

Венира не бежала — неслась. Юбки подобраны до колен, причёска растрёпана. Она, не глядя, снесла с дороги какого-то дружинника, вышибла плечом корзину с бинтами у лекарки и повисла на Руслане раньше, чем он успел выставить руки.

— Живой, — выговорила она со всхлипом. — Живой, живой, живой, — повторяла она как заведенная.

Руслан стоял в объятиях супруги с автоматом в одной руке, и на лице у него было написано неописуемое счастье.

«Удачно это я их поженил, — подумал я. — Любовь тут, похоже, настоящая».

Я отошёл на шаг и занялся своими. Ди сидела на приступке у колодца, вытянув раненую ногу, и Элеонас уже склонился над ней, чтобы оказать помощь. Потом он выпрямился, покачал головой и виновато посмотрел на меня.

— Хозяин, это некротическая отрава. Я не знаю, как с ней бороться, — признался он.

— Я знаю, — ответил я. — Ступай, там у тебя ещё трое с пробитыми руками и один с разорванным боком. А тебе, — я повернулся к Ди, — Придется пока потерпеть. Сейчас я облегчу твою боль, но полностью исцелить тебя смогу только к вечеру. Слишком много сил потратил, надо подождать, пока восстановлюсь.

— Слушаюсь, хозяин, — кивнула Ди.

Сигра, стоявшая рядом, стянула с себя остатки куртки и молча показала мне плечо: на нём багровел след от чьих-то когтей, и тоже было заметно некротическое заражение. Видимо, одна из химер всё-таки сумела её задеть.

— Ничего, — сказал я, осмотрев варну. — Тоже жить будешь. Кстати, почему вы портал не захватили?

— Не смогли к нему даже подойти, — ответила оборотница. — Он был прикрыт некро-щитом. Зато мы успели к битве!

Да уж. Успели. Весь план сражения пустили насмарку, кинувшись на зомби раньше времени. Впрочем, тут и Ди отличилась.

Во двор входили мои бойцы, коноводы разбирали лошадей, куда-то повели вьючных с пулемётами, и я поймал себя на мысли, что земное оружие здесь ещё скажет свое слово. Против нежити оно сегодня показало свою эффективность. Впрочем, подозреваю, только потому, что Гругрум не ожидал его в Мезинаре увидеть и защитил своих тварей только от магических атак. В следующий раз он такой ошибки, скорее всего, не допустит. Гений проклятый!

Я распорядился выставить на стенах сменные караулы и послать людей с факелами выжигать тела нежити — особенно химер — и не подпускать никого из замковых к трупам до утра: пока окончательно не развеются остаточные эманации некротической энергии.

А потом мы сели за столы.

Кормили в тот вечер так, как не кормили в этом замке, наверное, никогда. Венира, едва отлипнув от мужа, отправилась на кухню сама, и к тому времени, как мы собрались в обеденной зале, столы уже ломились от различной снеди, но больше всего — от различных спиртных напитков.

За главный стол сел, разумеется, я, а также графская чета — Руслан с Венирой, Инасиас, Ди, Сигра, все маги и немало удивленный и польщенный такой честью Элеонас. Хоть он и раб, но архимаг и сегодня внес значительный вклад в нашу победу. Бойцы заняли дальние столы; в замке вообще не осталось человека, вне зависимости от статуса, который бы в тот вечер не принял участия в пире.

Первый тост поднял Руслан.

— За нашего короля! — провозгласил он так, что на столе покачнулись кубки. — Он один вышел против архимага-некроманта и сотен врагов. Это его победу мы сейчас празднуем!

Ну, тут, конечно, перегнул Руслан изрядно палку. Точно не один я одержал победу. И где он только этой мезинарской традиции восхвалять власть предержащих научился? Тоже постепенно местным становится?

Надо будет с ним поговорить на эту тему — мне-то как раз этот обычай моей первой родины совсем не по вкусу. В моей первой жизни мне куда больше нравилась привычка моих соратников-разбойников после побед беззлобно подшучивать надо мной. Впрочем, такое дозволялось только им — знавшим меня с самого начала и делившим со мной место у лесного костра.

К вечеру начали подъезжать те, кого я, признаюсь, не ждал.

Первым прибыл барон Вендел с конным десятком — соседний владетель с шестью деревнями и вечными просьбами прирезать ему ещё землицы. С порога он начал рассказывать, как собирал людей, чтобы прийти на помощь своему королю, но, увы, не успел. Он говорил это, кланялся и бросал на меня осторожные взгляды, опасаясь, что я сейчас накажу его за нерасторопность.

И наказал бы с удовольствием, так как не сомневался, что никому на помощь он приходить не собирался и примчался сюда, только когда узнал, что нежить разбита, но делать этого было нельзя — я только что объявил о независимости Строумхудра, так что ссориться со своими вассалами мне было не с руки. Я поблагодарил его за труды и пригласил к столу.

Следом приехал старик Крайт — ещё один сосед Руслана и Вениры. Этот не оправдывался. Он вошёл медленно, опираясь на палку, посмотрел на меня, потом на Руслана и сказал:

— Я за тебя не бился, король. Виноват. Что мне прикажешь сделать, чтобы ты это забыл?

Такой подход я уважал.

— Пришли мне в Строумхудр своих лучших конников, — ответил я и пригласил его принять участие в пире.

Он усмехнулся в бороду и кивнул. Позже, уже в сумерках, явился барон Вран — из тех, кто всегда пытается поставить на будущего победителя и всегда опаздывает. Ему я просто указал место за столом, и он молча сел.

Сейчас и остальные подтянутся, подумал я презрительно и не ошибся — вскоре еще три барона и один граф сидели за пиршественными столами и соревновались, кто произнес более высокопарный тост в мою честь.

Ночью я позвал Ди и Сигру в мои покои. Мана у меня уже восстановилась, и я мог приступить к их лечению. Первой взялся за Ди, рана которой была серьезнее и которая уже начала бледнеть.

— Сядь! — приказал я.

Она опустилась на край постели, вытянув больную ногу. Я стянул с нее штаны, размотал повязку. М-да… Как хорошо, что у вампиров и регенерация лучше, чем у обычных людей, и сопротивляемость к магии сильнее. Кто-то другой на месте Ди, даже несмотря на то, что я оказал ей первую помощь, уже был бы одной ногой в могиле — некротическая отрава работала. Медленно, но неуклонно.

— Не дёргайся, — сказал я, положил ладонь ей на бедро и начал вытягивать из ее тела энергию тления.

Та поддавалась плохо, но в результате я справился, и Ди вдохнула воздух так, будто до этого вообще не дышала.

— Пей! — поднес я к губам девушки своё запястье. — Это усилит регенерацию и поможет. Пей!

Ди замерла, проверяя, точно ли я это сказал, и потом вцепилась зубами мне в руку. Я видел, как она старается сдерживать себя, чтобы не выпить слишком много, и слушал, как она постанывает от удовольствия.

— Всё. Хватит, — остановил я вампиршу, и она тут же отпрянула от меня. — Теперь ты, — повернулся я к Сигре. — Раздевайся!

С ней всё оказалось гораздо проще — как я и думал, оборотницу задела своей лапой химера. В кровь попало совсем немного яда, который я быстро вывел.

— Хозяин сегодня будет отдыхать один, или позволит нам остаться? — спросила Сигра, впервые сама предлагая мне лечь спать и с ней, и с Ди.

На ночь я оставил у себя обеих девушек, и, к моему удовольствию, они восприняли это абсолютно правильно — не как любовную игру, а как лечебную процедуру. Да, моя магическая сила в такие моменты благотворно сказывается и на Ди, и на Сигре.

Первая уже скоро очередной вампирский ранг возьмет — конечно, до высшей вампирши ей ещё расти и расти, но частая близость со мной, а также убийство ею архимага-некроманта, часть посмертной магической эманации которого она, как и все представители её вида, впитала, дала ей хороший толчок в развитии.