— Владимир, — произнесла она. — Здесь слишком много людей, а мне бы хотелось кое о чем вас расспросить. В нашем доме сейчас остановился мой брат. Будет ли удобно, если я предложу поехать к вам?

«И мне тебя тоже надо расспросить кое о чем, — мысленно усмехнулся Кригор. — Только вряд ли тебе это понравится».

К сожалению, без своих телохранителей Вера теперь не ездила никуда. С ними-то и возникла небольшая проблема. Когда два сопровождавших девушку мордоворота поняли, что они приехали в дом к «Шебуршину» (до этого они считали, что их подопечная и «герой Российской империи» просто решили прогуляться за город), то сразу встали на дыбы.

— Ваше сиятельство, Вера Олеговна, — пророкотал один из них. — Ваш батюшка строго-настрого приказал нам не допускать, чтобы вы навещали одиноких молодых людей. Простите великодушно, но я вынужден сообщить ему о том, происходит, — телохранитель достал свой коммутатор, но воспользоваться им не успел.

Кригор, который предвидел, что с телохранителями почти неминуемо возникнут сложности, был готов и одним взмахом руки активировал сильнейший ментальный удар, накрывший обоих.

— Ха-ха-ха, — рассмеялась княжна. — Какие глупые у них сейчас рожи, Владимир! Ты — гений. И я хочу тебе сказать, что ты мне очень нравишься. Настолько, что я готова… — не договорив, она прижалась всем телом к Кригору.

— Что ты готова рассказать мне правду о своем старшем брате, которую ото всех скрываешь? — спросил он, беря девушку за руки и глядя ей в глаза.

— Я… — Вера вздрогнула и попыталась высвободиться. — Я ничего не от кого не скрываю. И я плохо знаю Андрея. Он старше, и он приходится мне только единокровным братом. Владимир, ты сейчас так смотришь на меня, что мне становится страшно. Перестань, пожалуйста.

Она рассказала ему всё. Менталистом он был отменным. Вообще, все. Начиная с того, как в детстве пробовала на старшем брате различные проклятья, которые всегда оборачивались против нее самой, и заканчивая тем, как недавно, когда он спас ее от похитителей, она стала свидетельницей того, как он вырвал рукой сердце у одного из них, а потом допрашивал, превратив в нежить. Не забыла она и о помощнице-секретарше Нижнеуральского князя, которая на самом деле вампирша, и о том, что видела в замке брата, когда сумела проникнуть к нему на его базу в Мезинару.

Наконец, поток слов у нее иссяк, и юная княжна замолкла, безвольно осев на пол.

— Да, есть, о чем поразмыслить, — задумчиво пробормотал Кригор. — Получается, что этот Андрей все-таки землянин, раз эта дурочка его с самого детства знает и тот с тех же пор, пусть и старался скрывать это, демонстрировал нешуточные магические возможности. Не знаю, к лучшему это или к худшему. Нужно время, чтобы все в голове улеглось. А пока… — он посмотрел на сидящую у его ног Веру.

— Вставай и иди вон туда, в спальню, — приказал он и указал рукой на дверь. — Сейчас ты продемонстрируешь мне, на что в постели способны местные юные аристократки.

Домой я вернулся только в полпятого утра, когда уже начало светать, и сразу завалился спать. День обещал быть тяжелым, и отдохнуть было необходимо. Вообще, я еще в первой своей жизни, в бытность разбойником научился засыпать, невзирая ни на какие лезущие в голову мысли и треволнения, и намертво усвоил, что в обстоятельствах, когда ничего в данный момент сделать не можешь, лучше всего посвятить время отдыху.

— Что ты тут у костра все сидишь, Ан? — спросил меня как-то раз атаман, когда стражники за особо дерзкий грабеж загнали нас на небольшой островок на болоте.

Мы, конечно, могли бы от них оторваться, но для этого пришлось бы бросить добычу, которая нам стоила пота и крови. Само собой, на такую жертву даже ради спасения собственной шкуры наша шайка пойти не могла.

— Пытаешься предугадать, полезут они завтра за нами сюда или нет? — продолжил атаман, насмешливо глядя на меня. — Так в этом нет никакого смысла. Если полезут, то будем отбиваться, если уйдут, спокойно отсюда вылезем и скроемся на время в соседнем герцогстве, если останутся и будут сторожить тропу на этот островок, то мы проложим гать на другой берег болота и все равно ускользнем. И заметь, что для любого из этих вариантов каждому из нас понадобятся все его силы, так что ложись спать. Завтра я с тебя полуторный объем работы спрошу за то, что ты так бездарно потратил половину ночи!

Свое слово атаман сдержал. На следующий день (стражники решили взять нас измором) я шел первым с шестом, то и дело проваливаясь в трясину, а потом, когда вешки были установлены и самые опасные места прогачены, на мою долю выпали не одна, а две ходки за нашей добычей на остров — её мы по-прежнему оставлять стражникам не собирались.

Тяжко было, но урок я запомнил и признал полезным. По крайней мере, больше я никогда в жизни времени на анализ того, что анализировать еще рано из-за недостаточности информации не тратил.

Проснувшись в восемь утра, я за завтраком выяснил, что Вера так в подмосковную резиденцию Нижегородского княжества и не вернулась. Ну и шут с ней, в конце концов, пусть у отца голова болит по поводу ее поведения. Это ему грозит раньше времени стать дедом, а не мне. Еще накануне по ее глазам, заблестевшим после разговора с кем-то по коммутатору (я к беседе не прислушивался, но уловил, что она ответила что-то вроде «Конечно. С удовольствием. Через полтора часа буду на месте!») сразу понял, что спешит она отнюдь не к подругам, а к какому-то «подругу». Что поделать? Горбатую, как говорится, могила исправит. То ли предыдущий опыт общения с сильным полом ее ничему не научил, то ли она его уже успешно забыла.

Короче, дергаться и уж тем более звонить отцу я не стал, а устроился поудобнее в кресле и в ожидании реакции Великой княжны на мой ночной визит занялся изготовлением амулета, который позволит мне услышать даже шепот с расстояния метров в пятьдесят. Давно хотел нечто подобное изготовить, а сейчас он мне еще и пригодиться может.

Вдруг — шум, гам, испуганные крики слуг со двора. Вышел. Во дворе стоит микроавтобус имперской секретной службы, она же служба безопасности. Узнать его не сложно, так как, видимо, в целях маскировки и соблюдения секретности на обоих его бортах красуется герб Российской империи в обрамлении ленты с надписью «Доблесть, верность, честь». Я бы еще слово «глупость» добавил, но мое мнение пока здесь никого не интересует. Сами бойцы в количестве пяти человек уже высыпали на свежий воздух и теперь грозно поводят дулами автоматов из стороны в сторону. Впрочем, не все, как дети малые, увлеченно играются со своим огнестрелом — один из них маг. На ладони его правой руки клубится пламя — этот слабосилок демонстрирует, что в любой момент готов угостить супостата огнешаром.

Это не за мной, случайно? Неужели, Катюха оказалась настолько глупее, чем я думал, и приказала этой группе убогих меня арестовать за «несанкционированное проникновение в Новый кремлевский дворец»? Так не выйдет ведь. Чтобы уничтожить приехавших, мне понадобится меньше минуты, а чтобы сделать шаг в сумрак и скрыться — меньше секунды. И им очень повезет, если я изберу второй вариант.

Упс… Нет, не ошибся я в умственных способностях Великой княжны. Вот и она сама из микроавтобуса появилась. Она, что? Ехала в нем вместе с бойцами? А зачем? В лимузине, честное слово, было бы гораздо удобнее. А что это мы такие дерганые, ваше высочество? Почему так опасливо оглядываемся по сторонам?

— Ваше императорское высочество! — окликнул я полным титулом наследницу престола. — Позвольте мне пригласить вас зайти в дом, и прикажите, пожалуйста, своей охране опустить оружие. Это пугает слуг.

— Вы здесь, князь⁈ — только после моего приветствия, заметила меня Екатерина. — Как хорошо! Я пыталась найти вас с раннего утра, звонила вашей сестре, но не смогла с ней связаться…

— Давайте все обсудим в гостиной, ваше высочество, — прервал я этот поток сознания. — Прошу вас, — я широко распахнул дверь в дом. — Силантий! — позвал я мужчину, заменившего здесь Матвеича, которого забрал к себе в Нижнеуральск. — Распорядись, чтобы нам с Великой княжной подали кофе.